Страница 59 из 92
– О, друг мой, вам только кажется, что все это сложно предугадать! Друг знакомит вас с родственницей. Вы уже относитесь к ней несколько иначе, чем к незнакомке, к совершенно чужому человеку. Далее, вам приходится девушке помогать. Она даже у вас останавливается и задерживается на все более долгое время. Вы привыкаете. К тому же, неудобно перед другом, который якобы ее родственник. С разводом еще проще. Скорее всего, она бы сама подала на развод. Нашла бы к чему прицепиться. Но им очень помогла Вера. Вот уж, вообще женщина ни при чем. То есть, при чем, конечно, – дедок улыбнулся. – Но ее интерес к вам лежит в несколько иной плоскости.
– Да уж… А Ольга, значит, вынюхивала дома. Эдакий засланный казачок. Нериятненько. Спасибо. Вы проделали огромную работу. Пока достаточно. Буду думать, что с этой информацией делать дальше.
***
Первым делом Сергей пошел к директору конторы. Там его ждал неприятный сюрприз: с ним уже успели поговорить.
– Понимаешь, Серёг, – начал бормотать директор, – не в моих интересах вступать с ними в конфронтацию. Меня обещают оставить, если я встану на их сторону. Тебя хотят вытеснить. Ты слишком много важных людей перетянул к себе. Вспомни, некоторые уходят от Влада. Скажешь: «Зависть, жадность». Да, согласен. И подлость тоже. Но есть схемы куда более крутые, чем по-доброму разойтись. Тебе планировали подсунуть дело, после которого ты бы остался гол как сокол. Ну так как ты обо всем узнал, думаю, лучшим выходом для тебя будет тихо уйти. Клиентов с собой не уводить, сотрудников не переманивать. Дела, которые сейчас ведешь, спокойно передать Владу. Можешь открыть обычную юридическую консультацию. Или отдохнуть пока. По-дружески советую, – директор понизил голос, хотя Сергей был уверен, что тихо говорить не имеет никакого смысла, – залечь на время на дно. Потом, увидят, что ты не лезешь, и забудут… Большие деньги, Серега, большие деньги… Большие клиенты… Ты не пересекайся с ними, и все устаканится.
После этого разговора Сергей сразу пошел в снятый неподалеку временный офис. Он велел секретарю передать все дела Владу, написал заявление по собственному и поехал домой. Вечером ему на карту упала зарплата, проценты по закрытым делам за текущий год и даже копеечная сумма, которую он клал на счет конторы в качестве акционера. Тут же пришло сообщение от директора: «Ты все правильно сделал. Я даже сумел уговорить их перевести тебе деньги».
– Хочет казаться белым и пушистым! – Сергей запустил телефоном, который успешно приземлился на диван, не долетев до стены. – На всякий пожарный. А вдруг я еще пригожусь…
Он плеснул себе виски и сел за стол.
– Надо набросать план действий, – сказал он себе так, как обычно говорил с клиентами: успокаивающим, но уверенным голосом.
Вскоре Сергей понял, что ничего не хочет предпринимать. На него навалилась апатия.
– Пусть все катится ко всем чертям, – постановил он, но тут же вспомнил про развод. – Ага, развод пусть не катится. Они получили, что хотели. Надеюсь, развод спустят на тормозах.
Однако через несколько дней ему позвонила адвокат.
– Сергей, они хотят вызвать для дачи показаний Веру. Даже если между вами ничего не было, она под присягой заявит, что объявила вас своим мужем, следила за вами, ходила и ездила в те же места, где бывали вы. Уверена, на вас ляжет тень в глазах судьи. А Веру будут мытарить и задавать неприятные вопросы. Вытащить ее, а вместе с ней и вас, из этой грязи будет сложно. Либо вы дадите мне право тоже валять ее в грязи. Тогда есть шанс нам с вами выйти сухими из воды.
От описанной перспективы Сергея передернуло.
– Я бы Веру вообще от этого оградил. Она же имеет полное право не прийти на суд.
– Тогда вас точно сочтут виноватым. Сами понимаете, версия о вашей любовной связи будет муссироваться с еще большим усердием. Скорее всего, ее не докажут, если ее не было, но сомнения уже посеются. Я предлагаю пойти с Ольгой на мировую. Подписать все бумаги, выплатить ей моральный ущерб, который она запрашивает, и закрыть дело. Тогда вопрос с Верой отпадет сам.
– Я подумаю, – буркнул Сергей.
Он сидел и вспоминал Веру, ее крохотный мини, сиротливо стоявший на парковке. Нет, он эту странную женщину трогать не желал категорически. Сергей снова посмотрел на откопированные листочки по делу о его разводе. Выставленная Ольгой сумма была вполне подъемной. Несоизмеримой платой за год ее «мучений», но бог с ним. Он перезвонил адвокату:
– Договаривайтесь. Если сможете выторговать меньшие отступные, торгуйтесь. Но я и на эти даю добро.
Адвокат похвалила его за благоразумие и обещала сделать все возможное.
***
Как ни странно, сумма уменьшилась в полтора раза – видимо, вражеская сторона не ожидала от суда большого успеха и решила не рисковать. Все-таки Влад был опытным адвокатом и мог предугадать сложности, которые ожидали его и Ольгу на суде.
Получив развод, Сергей позвонил Вере. Но ее номер более не существовал. Мини с парковки тоже исчез. Поговорив со старшим по дому, Сергей узнал номер ее квартиры. Когда он вошел в подъезд, с консьержем как раз разговаривал коренастый мужчина, которого когда-то Сергею рекомендовали как владельца отличной авторемонтной мастерской. Сначала он тормознул, чтобы попросить у того визитку – джип неприятно начал скрежетать с правой стороны, – но потом услышал разговор. Речь шла о местообитании Веры.
Две машины прибыли к дому Риты одновременно.
Потом они с Верой встретились в ресторане. Чужие люди.
Позже Сергей узнал, что владелец автомастерской переехал к ней. Этот странный роман закончился, не успев начаться. Сергей сдал квартиру и под Новый год уехал на старую дачу родителей, совсем не приспособленную для зимовки. Ему было плевать. Он закупил дров для печки, обосновался на первом этаже деревянного домика, который папа с мамой купили незадолго до своей смерти. «А вдруг у тебя будут детишки, – сказали они. – Друг за копейки продает. Да и нам летом будет чем заняться». Все, чем им тогда помог Сергей, – это деньгами (настоял на оплате домика) и строительством забора. Даже туалет был на улице.
Каждый день он просыпался и шел разгребать снег. Завтракал. Если нужно, ехал в магазин. Готовил, убирался, читал все подряд, что попадалось под руку: какие-то книги лежали, оставленные родителями, какие-то покупал в магазине. Слушал музыку на старом кассетнике, чудом крутившем пленку на таких же старых кассетах. Смотрел передачи на пузатом телеке.
Джип по-прежнему поскрипывал справа. Сердце по-прежнему постанывало слева.