Страница 57 из 92
Мы садимся вместе на диван: он в одном углу, я в другом. Но диван небольшой совсем, и в самом начале фильма вдруг его рука накрывает мою. Ой, не до фильма мне. Я вижу, что он двигается ближе, поворачиваюсь к нему, и тут он начинает меня целовать. Я куда-то скольжу вниз по дивану, я уже практически на нем лежу, а меня целуют, и целуют, и целуют бесконечно долго. Так что я готова уже сказать вслух: «Хватит, давай дальше делай что-нибудь со мной, потому что иначе я просто умру». Но я молчу, лишь все сильнее прижимаюсь к нему всем телом.
Откуда-то доносятся голоса главных героев фильма. Они говорят за нас, мужчина и женщина. За нас, потому что мы сейчас говорить не можем, из нас вырывается только стон, звуки не складываются в слова, а слова не ставятся в предложения.
Оказывается мы уже на полу. А и правда, что я так привязалась к этой спальне? Зачем туда было так настойчиво стремиться? Я слышу музыку. Я не знаю, чем там под нее занимаются главные герои. Зато я прекрасно знаю, чем занимаемся мы на полу в гостиной между диваном и телевизором.
Мы видим друг друга, как будто впервые. Кстати, каким-то чудом мы переместились все-таки в спальню. Лежим и смотрим друг другу в глаза, не двигаясь. Все застыло вокруг, тишина окутала квартиру, в которой всего час назад играла музыка, разговаривали люди, звенела посуда, лилась вода…
– Ты ведь вылечишь меня? – спрашиваю я шепотом Лешу. – От всех этих моих ужасных фобий и депрессий?
– Конечно, – он проводит рукой по моему лицу, – конечно.
– Быстро? У тебя это получится быстро? – уточняю я с надеждой.
– У нас есть ночь, день, ну, и, разумеется, еще целая жизнь. Или мы спешим? – он касается моих волос, целует в шею – он знает все эти места, он знает всю меня, как будто я только ему и принадлежала всегда. Я улыбаюсь ему в темноте и прижимаюсь сильнее:
– Ты прав. Спешить не надо. Давай потихонечку. Медленно, медленно…
***
– Вера? Это из художественного салона беспокоят. Купили вашу картину.
– Да что вы? Ну, и недолго она у вас простояла. И кто купил?
– Вот что самое в этом удивительное, Вера. Купил ее мужчина страшно, страшно, Вера, похожий на того, которого вы нарисовали. Я аж обомлела – такое сходство. Денег заплатил много. Столько у нас даже за обнаженных женщин не платили…