Страница 43 из 45
Он не говорит ни слова о том, суетится ли Сергей насчет поиска виновных, я же знаю, что Сержик ничего не делает и с головой ушел в пеленки и памперсы, будто наших детей и не было вовсе.
Я сама позвонила крестному Андрея, Саше, и попросила, чтобы он взял дело под свой контроль. Было сложно, но я объяснила все, как есть: мы больше не нужны нашему папе, мы разошлись с Сергеем и разбираться с нападением на Андрей буду я, хочу наказать виновных по всей строгости.
Александр обещал мне помочь, мы созваниваемся, и кажется ему Андрей важен больше, чем родному отцу…
– Я рада, что ты серьезно настроен сынок. Но брак – это не шутки, – качаю головой.
Ксюша стоит в стороне, насупившись, и звучно цокает. Андрей замечает это.
– Что с ней, ма? Ксю, какая муха тебя укусила? – строго замечает сын.
– Да почему вы говорите о браке, так будто все нормально?! Не наших родителям рассуждать о том, как строить семью. У папа дети от нашей ровесница, а мама просто отпустила его и нашла нового мужика, – бурчит она.
Я резко поворачиваюсь к дочери. Надоели ее уколы, тихие издевательства.
– Ксюша, я запрещаю тебе так говорить! Я никого не находила! Где же твой муж, где Сережа? Мы должны были Андрея на такси домой везти? – спрашиваю у нее.
– А что, неправда? – её голос дрожит от злости. – Ты даже не скрываешь, что он тебе помогает!
Я сжимаю губы.
– Твой отец, на секундочку, уже давно живёт с другой женщиной. Или это тебя не смущает? Или ты из-за денег так расстроилась? Пропал источник дохода от завравшегося папочки?
Она ничего не отвечает.
– Ты покрывала его измены, скрывала от меня правду, а теперь осуждаешь меня за то, что я пытаюсь жить дальше? Я имею право строить свою жизнь, и страдать по изменнику я не буду!
Ксюша опускает голову. Я вижу, как её плечи подрагивают.
Ей стыдно, первая волна гнева проходит без следа, ведь я говорю так, как есть.
– Мам… прости… – тихо говорит она.
Андрей тяжело вздыхает.
– Хватит сориться, нам нужно жить дальше. Мама права, Ксюха, – говорит он, разводя руки, чтобы мы обняли его и подняли с кровати.
Мы подхватываем его под руки, и наша помощь переходит в объятия. Андрей неуклюже кряхтит и хватается за нас. Он шутит, подбадривая, а у Ксюши впервые на глазах блестят слезы.
Мы смеёмся сквозь слёзы над шуточками Андрея, что он теперь ползет как черепаха и что-то еще в таком духе.
В этот момент я понимаю: мои дети наконец приняли реальность.
Мы снова семья. И даже измена и предательство Сергея не смогли отнять у нас самое главное.