Страница 35 из 48
Глава 23
Мурад
В захолустный городишко я попал поздней ночью. Время для визитов было неподходящее, но меня ничего не останавливало. Авто быстро домчало меня до дома, где пряталась Марина…
Ощущаю бешеный прилив энергии о того, что вся эта херня скоро закончится. Я готов был сюда бегом бежать.
Поеживаюсь, вдохнув прохладный воздух. Осеннее настроение множится с каждой минутой нахождения на промозглом ветру. Номер квартиры матери Марины Дубовой, Елены, я знаю приблизительно. Но и это мне не мешает.
Приказываю охраннику оставаться внизу, чтобы не создавать ненужный ажиотаж. Ведь в квартире только Марина, ее сын и мать…
Сначала обшарпанный подъезд, который я видел на фото. Потом старый лифт, грязный от граффити и вот, моя финишная цель.
У двери квартиры я не задерживаюсь. Сразу жму на серебристый диск звонка и плевать, сколько сейчас времени на часах.
За дверью раздаются вкрадчивые шаги. Открывать мне явно не торопятся. Потоптавшись немного, неизвестный замирает.
– Марина, открой! – настойчиво произношу, хлопнув пару раз по металлическому корпусу двери.
Для убедительности жму еще раз на диск звонка.
– Вы чего шумите?! Я щас полицию вызову! – шепчет испуганный женский голос, который принадлежит Марининой матери.
– Скажите ей, что это Мурад, – цежу, еще раз хлопнув по двери. – Если не откроете, я эту дверь вынесу к чертовой матери!
– Пошел вон! – говорит и уходит.
Я начинаю дико лупить кулаками по металлу, грохот стоит такой, что стены шатаются. Из соседних дверей никто не выходит. Марина сдается через несколько минут, недолго сопротивляясь.
– Что тебе нужно?! – шипит, вылетая на лестничную площадку.
– Тест на отцовство и правда о той ночи.
– Уходи, я ничего тебе не скажу! Мне от вас ничего не надо! – повторяет Марина то, что говорила в роддоме.
Улавливаю странные импульсы, которые бывшая жена брата вкладывает в фразу «от вас».
– Он не помогает тебе? Попользовался и бросил? – спрашиваю у нее, имея в виду Гасана.
Марина вздергивает дрожащий подбородок, ее губы становятся тонкой полоской. За несколько минут я успел рассмотреть ее, да и фото было очень красноречивыми.
Марина сильно сдала за последние несколько месяцев. После родов жена брата сильно осунулась, болезненно похудела и похожа на бледную той девушки, на которой женился Булат.
– Я же вижу, что он не помогает тебе, – заявляю уверенно.
– Уезжай. А то я позвоню Гасану, – озлобленно рычит Марина.
Дикий смех вырывается из горла, раздаваясь эхом в пустом подъезде.
Теперь я все понял. Она ничего не знает о похождениях отца.
– Он не возьмет трубку, глупая. Гасан только что вернулся из романтического путешествия. У них с женой был второй медовый месяц, пока ты здесь корячишься с пацаном, – прочистив горло, сдерживаю подкатывающий смех.
Реакция предсказуема. Марина, как сова, таращится, от возмущения раздувает ноздри. А потом ее пробирает неизбежная волна рыданий.
– Он не мог… Он занят… – твердит, не замолкая.
Из квартиры доносится громкий навязчивый плач ребенка.
– Что с ним? Болеет? – спрашиваю.
Марина стоит корягой в дверях, застыв от шока. Отодвигаю ее и вламываюсь в квартиру, без приглашения, так как заебало все.
Мамаша бросается ко мне, но быстро отскакивает, когда шарпаю рукой детскую люльку.
– Оставь его! Куда ты его забираешь?! – орет Марина.
– В больницу поедем. Собирайся и бери документы, дура. Или ты хочешь, чтобы он посинел от воплей?
Марина, рыдая, хватает сумку, быстро натягивает какой-то потрепанный кардиган. Мальчишка пунцово-красный, почти багровый. Не знаю, что с ним, но Марина не зря прибежала сюда.
– Нахера забирала его из роддома?! – цежу, продвигаясь к выходу.
Горе-мамаша и крикливая бабка Елена тащатся за мной.
– Гасан обещал мне помочь. Сказал, что с сыном все будет хорошо, если я для него рожу. Малыш болеет, а ему плевать, – содрогаясь, ноет Марина.
В лифте выговариваю ей все, что думаю о ее идиотском поступке. С ненавистью выплевываю, что она разрушила мой брак, сломала жизнь себе и сыну.
– Ты не нужна отцу. Он никогда не бросит мою мать. Зачем только всю эту херню придумала?!
– Мне Марго подсказала, но я должна была напоить Булата, а не тебя, – всхлипывает расчетливая тварь.
Требую в подробностях озвучить, ка все было. Ставлю Марине условие, что не помогу ни на грош, если она не признается Эмилии.
– Я сделаю для сына все! – хватается за мой рукав.
Отряхиваю ее, как назойливую муху.
– Жене моей сейчас позвонишь. Видео осталось?
– Да, Марита сделала копию и смонтировала все, как надо.
– Так между нами не было ничего?
Она молчит секунду. Мы как раз выходим из подъезда.
– Да как могло что-то получиться, ты был пьяный и как бревно лежал! Я тебя даже раздеть не смогла. Ворочала борова в гостиной, – раздосадовано выговаривает мне пигалица.
Млять, я так и знал.
Силюсь не прибить ее прямо здесь, у машины на глазах у охраны. Молча заталкиваю ее в машину и пихаю в руки темно-синий кокон-переноску с младенцем.
Марина плачет, невыносимо скулит, разрываясь от переживаний.
Приказав водителю ехать в медицинский центр, ставлю Марину перед фактом, что там же сделаю тест. И она не смеет мне ни слова сказать.
– Отец признал ребенка? – спрашиваю, а она в ответ кивает.
Это в корне меняет дело. Теперь у меня есть разгромный компромат и доказательство того, что измены не было.
Едем быстро, ребенок наконец-то перестает кричать.
Марина тоже выдыхает, а я протягиваю ей телефон с номером Эми.
– Теперь выполняй наш уговор. И будь максимально убедительной, – скрепя зубами, прошу.
Откинувшись на сиденье, смотрю на бесцветный пейзаж в лобовом стекле.
Мариан, глотая слезы, тараторит Эмилии правду. Догадывается включить громкую связь, и я слышу сонный голос жены.
– Ты мне веришь? Прости меня, Эмилия, пожалуйста! Я не хотела! Но Марго решила, что так Мурад вернется к ней, понимаешь?
– Марина, от кого ты родила? – устало спрашивает Эмилия.
– От Гасана… – разрыдавшись, выдает пигалица.
Я не хотел, чтобы это доходило до дешевой драмы.
По голосу Эмилии, слышу, что Марина ее разжалобила. А плачущий на фоне малыш и вовсе расстроил Эми.
– У меня есть видео, все доказательства, – плачет Марина.
Конечно, она не призналась бы, если бы мой отец выполнил свое обещание.
Сейчас ею движет только желание спасти сына.