Страница 40 из 75
Глава 22
Милена
Первую половину дня я провела, словно прыгая по раскаленным углям.
Мне было тяжело сделать и шаг по коридору к кабинету Валентины Сергеевны. Она – единственный человек, который мне помог и не стал засыпать расспросами о том, почему я уволилась с насиженного места.
Но и встречаться с Анной Васильевной я не была готова.
Агата, словно видя всю бурю, которая бушует у меня в груди, подливает масла в огонь.
– Я тут загуглила кое-что о твоем олигархе и миллиардере, – говорит, присаживаясь круглой задницей на край моего стола.
– Агата, не беси меня, пожалуйста! – несдержанно отшиваю ее.
– Не кипятись! Мила, а ты в курсе, что твой муж чуть не погиб в ДТП?
– В курсе. Это было несколько лет назад. Он управлял авто, а рядом на пассажирском сидел его отец, – выдыхаю, закрывая ноутбук.
Работать не получалось, как бы я не старалась взять себя в руки.
Перед визитом комиссии я должна провести занятие с группой из пяти человек, вместо Паши. И лучше мне сбежать в аудиторию прямо сейчас…
– Нет, не верно. ДТП было несколько месяцев назад. Он даже в коме лежал, – говорит мне ужасные вещи Агата.
– Ты врешь? Откуда информация? – спрашиваю у нее.
Я не знала о том, что случилось с мужем. Может, потому, что мне стала безразлична судьба Миши, а может и потому, что все случилось в другой стране.
– Они с дочкой катались в Пхукете на байке. Гуров не справился с управлением. Девочка выжила, но попала в больницу, а вот твой бывший чуть не умер, провалялся в коме.
Видя мое замешательство и подступивший к щекам румянец, Агата тоже мнется.
– Прости, Мил. Я чушь тут несла насчет букета. Это не он, похоже. Он очень тяжело восстанавливался, – виновато говорит сплетница.
Я глотаю воздух, рвано выдыхаю, чтобы совсем не показать эмоции наружу.
Он был с дочкой. Значит, Даша тоже была там.
Миша забрал свою вторую семью и сбежал на острова, чтобы не присутствовать на нашем бракоразводном процессе, и чтобы не видеться со мной.
Я была рада отчасти, ведь мне не пришлось скрывать от предателя и лжеца свою беременность. И нашего малыша.
– Пишут, что он живет здесь. Вернулся, – зачитывает в слух Агата.
– Мне все равно. Я уверена с деньгами Гурова он нашел специалистов, которые ему помогли быстро прийти в себя, – отвечаю, сдерживая подступающую к горлу ржавчину.
Мне неприятно слышать о нем.
Каждая фраза о муже как плевок мне в душу.
Я не радовалась тому, что произошло с Мишей.
Но и умиляться от того, что он обрел счастье было бы слишком…
Я думаю только о сыне.
По коридору бегу с телефоном, прилично опаздывая на лекцию.
По пути набираю маму, так как от нее ни звоночка.
Гурову нет места в моем настоящем, зато есть плод нашей любви – Мироша.
– Алло, Милена, что ты трезвонишь?! Он только уснул. Все хорошо, как я и говорила, – торопливо шепчет мама.
Она знает, что моя паника растет с каждой минутой.
Но сейчас все обошлось. Я могу выдохнуть спокойно.
– Мама, неужели это зубки?
– Да! Не переживай, Милаша. Как ты? Паша тебя поздравил?
Мама как обычно, не дает мне забыть о моем новом поклоннике.
– Мам, он купил мне кофе и все.
– Как, кофе? – удивляется мама.
Я звучно цокаю, хотя мама это не любит.
– Мамуль, мы просто друзья и коллеги! – на выдохе говорю ей.
– Я просто хочу, чтобы ты забыла этого… своего… – она тоже вздыхает, вспоминая Гурова.
Для нас всех стало ударом то, как повел себя Миша перед разводом.
Сначала мой бывший муж трусливо сбежал из страны.
Потом натравил на меня кучу юристов. В конце концов Гуровские ублюдки представили в суд подложные документы о продаже его бизнеса задним числом Даше.
Они даже подпись мою подделали!
Мой муж вместе с Дашей и Анной Васильевной очень хорошо постарались, чтобы я не получила ни кусочка от многомиллионной империи его отца.
Гуров опустился до того, что не собирался оставлять мне ни гроша.
На последнем заседании о пятнадцати миллионах «компенсации» речи уже не было.
Представители мужа мне прямо сказали, что я не получу ничего…
Спасибо Вадиму и его адвокату.
Борцов, по поручению своего шефа, бился за мое имущество до конца.
Только благодаря адвокату мы с Мирошей живем в своей собственной квартире.
Я хотела бы поблагодарить Вадима, но он больше не возвращался…
– Мам, давай не будет о прошлом? У нас комиссия в час. Как только все закончится я постараюсь сбежать к вам с Мирошкой. Хорошо?
Мама отвечаю, что они меня ждут.
И тут же, прямо в коридоре, сильная рука цепляет мою талию и тянет к твердому мужскому корпусу.
– Куда ты собралась, Милена? – шепчет на ухо низкий голос, бесстыже облизнув мочку.
– Мам, пока. Я с-скоро, – подавившись буквами, отвечаю ей.
Чувствую, как от места поцелуя, красная краска расползается по лицу, груди и шее.
– Мил, с днем рождения, – шепчет мне на ушко Павел.
– Паш, ты чего. Отпусти. Сейчас увидят, – легко отталкиваю его.
Но Паша прижимает меня к стене.
В метре от нас дверь, а за ней в аудитории сидят мои ученики.
– Милена, я так рад тебя видеть. Ты сегодня особенно красива, – с жаром говорит мне Павел Дмитриевич, просовывая колено между моих бедер.
– Паша, ты сумасшедший! У меня лекция там. Отпусти! – выдыхаю практически ему в губы, показывая пальцем на соседний кабинет.
Паша пытается меня поцеловать, но задерживается на моих губах лишь взглядом.
Я знаю, что он хочет меня, пытается приручить к себе и не прочь перейти грань дозволенного. Но я не готова встречаться с мужчиной, который не развелся с женой.
– Мил, когда ты перестанешь меня держать на расстоянии, м? – выгибает бровь.
– Паша, ты женат, – упираюсь руками в его черный костюм и такую же черную рубашку.
– Мил, почти нет.
– Почти? Хм, – смеюсь. – Ты же кандидат наук, Паша. Должен понимать, что «почти разведен» равно «все еще женат». Я не хочу. Не могу, – мотаю головой, убирая его колено из-под своей юбки.
– Кофе понравился? – спрашивает меня Павел с читаемым разочарованием в голосе.
– Спасибо. И за цветы, – говорю ему.
– Цветы? Не от меня. Я хотел вручить тебе кое-что важное, но вечером. Ты не откажешь мне в ужине?
Дежавю пробивает меня, как выстрел.
Я помню, как Гуров тоже хотел сделать мне подарок.
Ювелирный футляр, который подарил мне муж, с маленькой подвеской и кольцом, так и остался дома у мамы.