Страница 26 из 75
Глава 15
Милена
Юрист Гурова прибывает без предупреждения.
Он набрал мой номер, проговорил в трубку формально и отрывисто, что через пять минут привезет документы.
Я накидываю теплый кардиган, как в коконе, стою и жду пока автомобиль припаркуется возле нашего дома.
Мама наблюдает за спорткаром красивого цвета мокрого асфальта, который на фоне нашего домика кажется черной жемчужиной в болоте.
Мужчина выходит из авто, опирается бедрами о капот и выставляет, как маячок, черную папку.
– Почему вы юристы такие?
– Какие? – спрашиваю маму, думая обо всем и ни о чем.
– Опасные. Вот этого точно надо бояться, дочка. Он не внушает мне доверия, – говорит мне мама.
– Я ничего подписывать не собираясь, – памятую о словах Вадима даже на эмоциях не стала бы ставить подпись где попало.
В дом он не напрашивается, ждет меня на улице.
– Милена, он сам надумал разводиться? – спрашивает мама, пока я натягиваю кеды.
– Да. Не знаю. Он хочет встретиться. Хочет, чтобы я все подписала.
Мама молчит.
Она не знает деталей, но что-то чувствует.
– Я думала, что его оболгали. Но Мишино поведение говорит…
– Мам, ты не видела, как он побежал к Даше. Почему он так себя вел, большой вопрос! Пусть на его совести все останется, – вздыхаю.
Готова выйти к юристу.
– Мила, его нужно наказать. Не отдавай все. Не будь глупой, как я.
Мама когда-то взяла на себя долги моего непутевого отца.
Мы жили впроголодь, пока она не встретила дядю Толика.
– Если он виноват, то пусть платит за все.
С этими словами в голове я вышла к адвокату Гурова.
Сердце, измученное бессонными ночами и бесконечными нервами, неприятно ноет.
Я не знала про дочь, не знала, с кем жила.
Я не знаю своего мужа и не могу предугадать, что он там задумал. Но выпады Гурова мне не нравятся.
Взгляд юриста из-под широких очков в черной оправе не предвещает легкого разговора.
– Наконец-то, Милена Владимировна, – цедит, окинув меня взглядом с холодком.
– Вы могли предупредить раньше. Я не ждала вас.
– Давайте к делу. Мое время стоит денег, – перебивает меня высокий светловолосый мужчина в строгом костюме.
Он протягивает папку.
Увесистую, надо сказать.
– Вам нужно ознакомиться и подписать. Ничего сложного.
Не ответив, разворачиваю документы и, повесив все на одну руку, листаю.
Мама права. Это развод.
Но не бракоразводный процесс, а просто Развод среди белого дня!
– Ваш хозяин держит меня за дуру? Это отказ от моей половины нашего совместного имущества, – сердце ускользает в горло и спазмом бьет, не давая говорить нормально.
Юриста мое негодование не радует.
Он, видимо, не привык, когда жертва артачится.
Сводит светлые брови на переносице и вытягивает губы полоской.
– Милена, я думал, вы умнее, – на выдохе, бросает поверх моей головы.
Я листаю дальше, вчитываюсь в фразы.
«Передать все права на принадлежащие акции такой-то фирмы…»
– Я должна отдать все его любовнице? – мой голос не дрожит, но связки рвутся, хочу кричать от боли.
– Не любовнице, а родной дочери. Ася Михайловна Гурова несовершеннолетняя. До наступления возраста полной дееспособности ее интересы представляет мать, Дарья Петровна. Вы же знакомы с ней?
Гуров меня убил. Раздавил и еще раз проехал бронепоездом по моему бедному сердцу.
Острые осколки моей большой и чистой любви к чудовищу разлетелись в грудной клетке, причиняя адскую боль.
– Я не понимаю вас, – сиплю, не отрывая глаз от унизительного контракта.
Юрист вздергивает волевой подбородок, сощуривает глаза. Через тонкие губы выдает:
– В прокуратуре есть заявление о том, что вы избили Асю на глазах у других учеников. Вы же понимаете, что если делу дадут ход, то…
Я решительно толкаю в его грудь проклятую папку.
– Заберите. Я ознакомилась.
– А подпись?
Поднимаю на него глаза, переполненные ненавистью и болью.
– Скажите своему хозяину, что сначала он подпишет соглашение о разводе у моего адвоката, а потом мы поговорим о разделе имущества.
Юрист пожимает плечами.
– Вам никто не даст развод. Вы владеете фирмой Гурова, фирмой, которая досталась ему от отца в разных долях с Анной Васильевной и Михаилом Александровичем.
– Мне плевать. Это мое. По праву.
Деньги моего ребенка я не отдам, Гуров не заставит меня уйти ни с чем.
– Вы не дочитали, видимо. В качестве компенсации вам оставляют миллион на счете. По-моему, достаточно. Для неверной жены.
– Что?! Идите к черту! – я отшатываюсь от него, как от огня.
Не понимая, что он несет, спешу в дом.
По пути набираю номер Вадима. И тут же стираю.
Черт, как мне быть?
Я не хочу быть тряпкой, уходить и оставлять все Асе и ее хищной мамаше.
А Гуров… Я не ожидала.
– Милена, что он сказал? – мама цепляет меня за рукав в коридоре.
– Он хочет все забрать. Точнее не он. Явно Миша действует по указке его матери.
– Но он только что хотел тебя вернуть. Ты же так сказала?
Мама в ступоре, я в шоковом состоянии.
Но я должна держаться. Ради себя, ради моего ребенка быть сильной.
Словно считав мои мысли, в руках оживает телефон. Я в панике смотрю на номер и выдыхаю.
Мне звонит Вадим.
Мама исчезает в кухне, решив, что это Гуров.
– Милена, ты мне позвонила и сбросила. Ошиблась, так понимаю?
Голос Вадим тяжелый, раскатистый. Не могу отделаться от чувства стыда и страха. Я не знаю, как попросить у родного брата мужа помочь мне отстоять мою часть имущества.
– Вадим, я… Набрала не случайно, – сглатываю вязкий ком.
– Так, – произносит он, включаясь в разговор.
– Миша прислал ко мне адвоката. Он хочет, чтобы я подписала отказ от акций фирмы вашего отца в пользу Аси.
Вадима тема трогает за живое.
Он винит Мишу в том, что их отца не стало.
Гуров сел за руль нетрезвым, но виновным признали не его.
– Мила, чем я могу помочь? – без лишних слов, бьет прямолинейностью Гуров.
– Вадим, у меня даже собственного адвоката нет. Нет человека, которому я могла бы довериться. Я хочу попросить тебя о помощи.
– Я помогу. Милена, ты не подписала ничего? – снова та же интонация, как и при нашем прошлом разговоре.
Кратко рассказываю все, как было.
– Милена, я сейчас не в городе. Завтра к тебе приедет мой юрист. Он очень толковый. Ты можешь просить его обо всем. Я все оплачу.