Двойняшки для бывшего

Глава 45

Марат

Многое изменилось с тех пор, как Вера побывала у меня. И сейчас то, что я наблюдаю ее и наших дочек в своем доме, кажется сном.

Сбылась моя едва ли не самая заветная мечта.

Топот детских ножек раздается по второму этажу, пока я общаюсь с Мишей. Нашим переездом из Успенска будет заниматься он. И если мы остаемся здесь, то ему придется сделать еще ходку туда и обратно.

Вещи девочек, игрушки и прочее добро прибудут утром отдельным контейнером.

Наша Мэри Поппинс должна прибыть следующим рейсом, и я ее очень жду. Вера вымотана, устала, а девчонкам хоть бы что. Няня сможет заняться нашими крохами, а я хочу, чтобы Вера была спокойная и веселая, как раньше.

Маленькие шумные крошки рассматривают свое новую комнату и только радуются.

– Когда ты успел и здесь отделать детскую? – спрашивает Вера, спускаясь ко мне.

– Я просто рад, что нашел вас. И хочу, чтобы все в нашей жизни теперь было как надо, – четко, по-мужски объясняю моей Вере те старания, что я приложил.

Вера осматривает дом, неспешно идет и изучает комнаты, как кошка, осваиваясь на новом месте.

Мое холостяцкое жилище нравится ей в разы больше, чем особняк класса люкс в гребаном Успенске.

Душный городок, как оказалось. Люди в нем мне попались какие-то желчные, гнилые и лицемерные.

После того, как Вера нехотя поделилась со мной подробностями своего последнего разговора с гребаными родственничками, я до сих пор пребываю в легком шоке.

Братец Веры тот еще урод.

Если еще раз к моей семье хоть на шаг подойдет воровка-мама и прохвост-Макс, то им не поздоровится.

Ее взгляд ласковый, нежный, проходится по мне, вызывая острое желание прижать Веру к себе и не отпускать. Но меня ждут дела.

В кабинете я закрываю двери плотно так, чтобы ни один звук не долетел до Веры и девочек.

Я буду ругаться сейчас больше обычного, мне оставили выбора, черт подери.

Из окна в комнату просятся розовые лучи заката, а я устраиваюсь напротив и закуриваю по привычке. Не люблю разборок, дополнительных угроз для тех кто, не понимает. Но иногда приходится.

Омерзение достигает пика, когда я слышу в трубке томное “алло”.

Первый брак – комом, с бывшей мне не повезло капитально.

Брак по расчету в данном случае был ублюдской ошибкой и кабалой с моей стороны. Расчет сыграл только у моего отца.

Все познается в сравнении, правду говорят. После моей бывшей жены любая самая чокнутая стерва будет казаться ангелом, а Вере – так и вовсе равных нет. Она идеальна.

– Марат, – мое имя низким тоном Лейла выдает так, что кожа покрывается мурашками. Но не от вожделения, а от злости.

Мерзкая, двуличная гадина. Не смогла даже договорной брак нормально "отыграть", тут же кинулась на всяких гребаных лыжников и прочих мачо.

– Что за херню ты устроила, тварь? – рявкаю ей сходу.

Нет никакого желания продолжать ненужное общение.

– Я ничего… Ты не так понял! – тут же взвизгивает Лейла.

– Я отправляю юристов за очень интересным интервью. Ты хотя бы думаешь, когда рот свой открываешь на публике? Мы давно не семья, общих дел у нас нет! Ты хочешь иск за клевету, Лейла, или тебя интересуют проблемы крупнее?

– Я тебя хочу, – выдавливает в трубку.

Внутри все сводит, кубарем катится сердце к чертовой матери. Только что были эмоции самые светлые, живые, а теперь черная злость и дурнота у горла.

– Пошла нах, ясно? У меня есть любимая женщина. Не унижайся так, ты очень сильно опустилась. И еще: я вышел из всех проектов отца. Мне безразлично, что ты там несешь под кайфом на камеру, но дела у тебя только с ним. Не со мной.

– Ты врешь. Ты без папочки никто! – тут же цедит Лейла сладким змеиным голоском.

– Никто – это ты, без денег твоего отца! Следи за языком. Эмин раздавит тебя, как щепку и никто не поможет.

– Да пошел ты. Я его не боюсь! – со слезами в голосе выплевывает Лейла.

Просчиталась ты, дорогая женушка!

Мой отец не мальчик и вырвет из глотки у тебя землю под застройку. И она это знает…

На этой минорной ноте считаю, что мой сегодняшний персональный ад завершен. День выдался не просто сложный, а адовый, нескончаемый.

За дверью кабинета совсем другой мир царит.

Мягкие игрушки, уродливый фарфоровый кот прямо у стены моего кабинета, детский смех моих дочерей и улыбающаяся Вера.

За это можно все отдать, порвать нахрен любого.

Телефон прирос к моей руке, и только хочу убрать его подальше, получаю самый неожиданный и самый долгожданный звонок.

– Марат, сынок. Ты совсем пропал, – говорит с теплотой в голосе моя мама.

– Мам, прости. Сегодня только вернулся домой. Как ты? Дамир не появлялся?

Потираю переносицу.

Чувство стыда перед матерью душит меня, клешнями хватает горло.

Я стал копией своего отца, поганой бездушной копией, для которой только деньги имеют значение, а все человеческое чуждо.

– Дамир давно вернулся, но он сейчас занят чем-то. Ты же знаешь, он очень скрытный. Я переживаю, как бы он снова не связался с этим его другом.

– Артем сейчас уважаемый человек, владелец собственного бизнеса. Не думаю, что Дамир захочет с ним снова общаться.

– Мне кажется у него появилась девушка. Он стал мягче, добрее. Может, ты поговоришь с ним? Вам нужно помириться… – с любовью говорит мама о моем старшем брате. – Марат, когда же ты меня порадуешь?

– Мама, я приеду к тебе в гости. Хочу тебя познакомить со своей семьей, – говорю ей с улыбкой. – Мы приедем завтра. Я и мои девочки. У тебя две внучки, настоящие красотки.

Мама прислушивается к нашему разговору в трубке и понимает, что я в окружении детей, что мне никак не свойственно.

– Марат, я буду ждать вас с нетерпением. Сынок, только приезжай, – умоляющим тоном просит мама, разбивая всю мою холодность и серьезность в минуту.

Тут же на ходу, прямо на лестнице подхватываю одну из маленьких кукол на руки.

– Папа! Ты что меня пугаешь, как медведь! – хохочет Маруся.

Рассматривает меня внимательно и улыбается.

Сентиментальная волна подкатывает, когда ко мне прибегает и Ариша, и обнимает меня, крепко прижимая к себе плюшевого мишку.

– Мама сказала, что у нас будет семейный ужин, – говорит Ариша, погрозив мне пальчиком.

– Маму нужно слушать, – говорю дочке, трепля ее светлые волосы. – Пойдемте, куклы-непоседы. Вы проголодались после длинного пути.

– А куда мы завтра поедем? – подключается вторая дочка, когда спускаю Маруся с рук на пол.