Страница 8 из 109
Глава 4
Вера
Холод под ребрами, пульс учащается. Не думала, что Шагаев к свадьбе готовится! И уж точно не ожидала, что от моего перевода будет зависеть, женится ли он на неизвестной мне девушке!
– Вера, что там написано? – с нажимом.
– Сейчас, минуту, – тараторю, поеживаясь в кресле, как от холода.
На столе нахожу ручку, листок бумаги. Записываю отдельные фразы, но в целом просто тяну время.
Марат отходит к окну, стоит, повернувшись ко мне спиной. Плечи широкие, пол окна загораживают. Мой босс сейчас напряжен не меньше, чем я.
«Рабочая» часть переписки дается легко. Компаньона зовут Вернер, фамилию я тут вспоминаю из документов, которые готовила для Шагаева.
– Он передает данные фирме Санрайз, – кратко говорю, пытаясь отсрочить «любовную» часть беседы.
– Санрайз, – задумчиво повторяет Марат. – Скажи, Вера, а ты можешь его диалог разбить на реплики с переводом так, чтобы я мог показать это отцу?
– Да, завтра днем я отдам готовый вариант, – произношу на автомате, а сама смотрю на эротичные фото Карины.
Кажется, что от напряжения мои мышцы свинцом налились. Мышка в руках стала как камень, и двигаться с места никак не желает.
Красивая, стройная брюнетка в тонких, кружевных стрингах эффектно уселась на стуле.
Она запускает нежные пальчики под белье, а сама томно закусывает нижнюю губу. Снизу подпись: «Хочу, чтобы ты был во мне!»
И это самое невинное, что пишет ему Карина.
Вернеру нравится горячее тело девушки, манкие позы и призывный взгляд. Он живо реагирует, дарит обещания сделать все так, как она хочет в этот раз. Читаю чужой флирт, и я понимаю, что секс у них уже был. И не раз.
Фото переписки и откровенные снимки красотки плывут яркими пятнами перед глазами.
Ревность комом подкатывает к горлу, застилает глаза, пробирается в душу.
Не верю, что у Марата с ней просто договорной брак.
Слишком уж в его вкусе Карина.
Я видела как-то, с кем Шагаев уезжал с корпоратива по случаю подписания крупного контракта с иностранными партнерами. Такая же идеальная модель, с кукольной глянцевой внешностью. Ноги от ушей, высокая грудь-троечка и распахнутые глаза.
Марат разворачивается, мажет по моей фигуре пристальным, обволакивающим взглядом.
– Вера, я жду, – с нажимом. – Она с ним спит? Говори, не бойся. Ты не ее адвокат, и не должна прикрывать эту суку.
Я хочу сквозь землю провалиться в этот момент!
Почему именно я должна решить его судьбу за него же, не понимаю?!
А дальше меня ждет открытие, и без того шокирующее.
Вернер тоже в курсе, что Карина не свободна, и одной ногой невеста Шагаева.
Компаньон Марата не так прост.
Он присылает девушке фото жаркого поцелуя Карины и Шагаева, и требует объяснений.
На что Карина отвечает, что это просто бывший…
Внутри меня бушует целая гамма эмоций от ревности до гнева!
Нет, не показалось. Это не «договорняк»! А я только что чуть не переспала с чужим женихом!
Поцелуй Марата горит пламенем на губах.
Я наивно полагала, что между мной и боссом может вспыхнуть не просто мимолетная искра, а нечто большее.
Такая простушка как я и он… Невозможно.
Все! Вычеркнуть и забыть скорее!
Но тяжелый взгляд Марата не дает покоя.
Боковым зрением вижу, как высокий силуэт движется ко мне. Тучей нависает над рабочим столом, кладет руку рядом с моей, едва касаясь.
«Прости, Карина. Но ты сама виновата!» – мысленно даю себе отмашку, встаю с места и убираю мышку в сторону.
– Все? – спрашивает босс удивленно.
– Да, – безразлично отвечаю, когда он равняется со мной, вторгаясь в личное пространство.
– И какова же правда? – сверлит синими глазами меня и ждет ответа.
Говорю все как есть, не думая о последствиях для прекрасной нимфы с фото.
Думаю, что Шагаев ей все простит за одну улыбку. Или за одну ночь.
– Она спала с Вернером. Он следил за твоей невестой и прислал ей фото вашего жаркого поцелуя в каком-то клубе. Карина ответила, что любит его. А ты – просто бывший, и ничего для нее не значишь. Если кратко. Могу и это перевести завтра, – устало говорю, выходя из полукруга его рук.
Воздух между нами становится густым, плотным.
Дышать под его взглядом тяжело. Марат разгневан, держится, но желваки играют на высоких, точеных скулах от злости.
– Карина правду сказала. Этот поцелуй ничего не значит, – нарочито спокойно говорит мне, глядя исподлобья. – Ты точно все перевела?
– Да, я перевела все. Завтра я предоставлю вам перевод, – говорю сухо, а у самой от злости колени трясутся.
– Мы опять на «вы»? – улыбается Марат.
– Нет, просто на автомате выдала. Я могу идти спать? – смело заявляю боссу.
– Вера, спасибо тебе. Свадьбы не будет, я все отменю, и завтра же скажу отцу свое решение.
Марат ловит меня у выхода, запускает руки под пшеничные пряди моих волос и заставляет посмотреть в его бездонные глаза.
– Мне нужно в душ. И я… Хотела бы прилечь. Если я мешаю, то могу поехать в гостиницу. Только денег у меня нет, – торопливо и часто говорю, стараясь спрятать взгляд.
Шагаев наклоняется ко мне. Целует щеки, упирается в губы, а с них переключается на тонкую шею. Трогает пальцами взрывающийся пульс, и описывает круг возле ключицы. Снова врывается в сворки губ. Языком внутрь проникает, заставляя отвечать на ласки. Сладко, мучительно сладко. Целовать чужого мужчину я очень хочу, но мысли о Карине не идут из головы.
– Марат, пожалуйста, – шепчу ему в губы, уворачиваясь от жгучих поцелуев.
– Вера, я не люблю ее. Один поцелуй ничего не значит.
– Ты должен был сказать с самого начала, что у тебя скоро свадьба, – твердо отстраняю его от себя.
– Вера, да нечего говорить! И смысла врать тебе нет! Карина – невеста по договору. Выгодное слияние двух фирм наших отцов и все! И я его отменю завтра же, – твердит, разгоряченно.
Упираюсь руками в предплечья, увитые сеткой выпуклых вен. Давлю ладонями в железную грудь, а он все ближе. В большом кабинете, кажется, совсем тесно и от него не сбежать.
Чувствую, как сердце Марата под рубашкой рвется наружу.
– Завтра будет завтра, – слабо дышу, закидывая голову назад, ускользая от его губ.
Шагаев меня отпускает, с рваным вдохом отходит от меня на пару шагов.
– Спальня для гостей прямо по коридору. Пойдем, я провожу тебя, – говорит, потирая короткие волосы на затылке своей мощной пятерней.
Первый жар от близости проходит.