Страница 25 из 109
Глава 12
Вера
Выхожу из офиса и невольно поеживаюсь от холода. Серые капли дождя стучат по тротуару, усиливая и без того плохое настроение.
Суматошный день оставляет очень странное послевкусие. В сердце засела тоска и неясная тревога.
Под ложечкой ноет. Что-то случится, чувствую…
Все вроде бы хорошо, и даже мой бывший муж эволюционировал из козла и ублюдка в почти нормального человека.
Пока бегу к автобусной остановке, утопая в лужицах носками туфель, мне приходит сообщение из банка.
«ТИМОФЕЙ ДАНИЛОВИЧ С. ПЕРЕВЕЛ ВАМ…»
– Ого! – выдыхаю одним звуком-возгласом. – Сколько? Не может быть! Здесь какая-то ошибка!
Смотрю на сумму со слишком большим количеством нулей и моргаю несколько раз.
И сразу вопросом стучит в голове: откуда у моего мужа столько денег?
Перезваниваю тут же, но Тим не поднимает трубку.
Из-под навеса на остановке толпа практически вносит меня в автобус.
В набитом людьми салоне воздух ощущается липким, влажным. Я обмахиваю себя рукой, протискиваюсь к открытой форточке, так как от духоты перехватило горло.
– Куда прешь, профурсетка? – ругается откуда-то снизу сухая бабулька. – Наденут каблучищи и ходят по ногам, как по бульвару!
– Простите, – пищу, и на цыпочках иду все ближе к выходу.
Ехать мне еще три остановки, но я никак не могу оставить моего бывшего мужа в покое! Меня всерьез пугает небывалая щедрость Тимофея, и ничего хорошего его выпад не предвещает!
Только когда выхожу на своей остановке, муж соизволил перезвонить мне.
– Ну, что такое? Мы обо всем уже поговорили! – с недовольством отвязно бросает в мой адрес.
Перемена в его голосе и настроении, удивляют еще больше.
Нет, я, конечно, не подумала, что Тим и правда предлагает мне сойтись. И в его признание, что любит и меня и беременную Ларису, тоже не поверила!
Теперь убеждаюсь еще больше, что мне не показалось, и все в Тимофее сегодня было наиграно!
– Зачем весь этот спектакль? Что за деньги, Тим? – строго выговариваю козлу.
– Вер, угомонись! Думаю, деньги тебе очень скоро понадобятся. Что-то мне подсказывает, что Шагаев пошлет тебя нах, Веруня. Чуйка у меня особенная!
Он злобно смеется в трубку. Мои нервы скручиваются узлами под кожей.
– Тимофей, что ты несешь? Причем тут Марат и эти деньги! – кричу, срывая на хрип горло.
Железный дождь обдает меня с ног до головы. Никуда не спрятаться от него, и я спешу по продрогшему тротуару к своей новой квартире.
– Вер, ты же хотела свободы? Так получай! И не звони мне, ок? Все, что сказал тебе в ЗАГСе так, из жалости навеяло.
– Ах ты урод! – выкрикиваю. – Это ты жалкий! Подлец! Чтоб тебя…
В мобильном тишина, а экран уже погас. Мой муж отключается, оставляя еще больше вопросов.
Я добираюсь до дома. Накрываю себя пиджаком и прячусь от затянувшегося ливня. Потоки воды на пешеходном переходе обдают ступни льдом. Набираю прилично воды и, хлюпая, спешу домой.
Думаю, что простуда накануне вылета совсем не то, что мне нужно.
Прибегаю к элитной высотке, прячусь под козырьком дома и наспех достаю ключи. В лифте снова мусолю в голове слова Тима.
Неприятный страх подступает к горлу.
Чем больше анализирую, тем больше понимаю, что Тим никогда не стал бы отдавать мне и копейку!
Селезнев жадный, всегда на мне экономил, еще и деньги за жилье сдирал по-хамски!
Промокший пиджак летит на вешалку в прихожей. Скидываю наспех туфли и иду по ламинату, оставляя за собой мокрые следы.
Переодеваюсь в свои вещи из чемодана. Муж не потрудился сложить все как следует, поэтому комки мятой одежды приходится разбирать с трудом.
Возвращаюсь в кухню и присаживаюсь на высокий стул у барной стойки в центре комнаты. Провожу пальцами по ней так же, как вчера, рисую узоры на дизайнерской столешнице, а мысли мои далеко…
Мой телефон предательски молчит в кармане домашнего костюма, накаляя и без того нервозную обстановку.
Время уже позднее, на работе задержалась, а Марат мне до сих пор не позвонил.
Решаюсь с тяжелым сердцем набрать его номер.
И тут же попадаю на вторую линию, слушаю гудки и кусаю губы.
Что-то не так! Вот только что?! Поджилки трясутся от напряжения.
Он не отвечает на мой звонок.
Неужели он делал все, чтобы просто затащить меня в постель?
Оставляю телефон и плетусь к кофемашине.
Продрогла и вымокла до нитки. Влажные волосы по плечам растрепались. Поправляю пряди и отвлекаюсь на долгожданный звонок. Марат набирает меня сам спустя несколько минут.
– Алло! Марат… – говорю ему, но тут же осекаюсь.
– Вера, где ты была сегодня днем? Отвечай! – металл в голосе, непонятная интонация.
– Я была в ЗАГСе с мужем, я же тебе рассказывала!
– А еще где вы были? Давай, покопайся в памяти! – цедит Шагаев, грубо и пьяно отчитывает меня.
– Марат, почему ты так говоришь со мной? – спрашиваю его с нотами слез в голосе.
– И ты еще спрашиваешь? Хорошо потрахалась, Вера? Я думал, тебе хватило меня, но ты ненасытная!
– Что ты говоришь? – только успеваю сказать.
– Я видел вас с мужем в машине, у здания гребаного ЗАГСа, а потом в номере отеля в самых откровенных позах!
– Зачем мне с ним спать, ты хотя бы подумал? – говорю ему, и тут же молнией бьет в голове ревность. – Подожди… Марат, может, ты просто хочешь со мной порвать? Там же твоя невеста, я так понимаю?
– Ты меня обвиняешь в измене? Девочка, ты совсем зарвалась! – рычит Шагаев. – Я отменил твой билет и приеду сам, послезавтра буду в столице! И ты мне все расскажешь. Твой ушлепокТимофей тоже ответит!
– Меня подставили, я с ним не спала! Марат, почему ты мне не веришь?!
– Если это подстава, то виновный ответит, – выдавливает глухо Шагаев и прощается со мной.
Дрожащими руками кладу телефон на стол и вижу, как капли падают на красивую, серую столешницу. Я беззвучно рыдаю, не веря, что можно так просто оболгать человека! Забираю руками волосы, сжимаю гудящие виски и вдруг понимаю, о чем он говорит.
Мы с Тимофеем занимались сексом в гостинице всего лишь раз. Отмечали годовщину в романтичной обстановке, выпили, и Тим предложил мне записать домашнее видео, чтобы потом пересматривать вместе.
Я отказалась от эксперимента, а муж настаивал, что хочет подогреть остывшие в браке эмоции.
Судорожно отбиваю цифры на экране.
Звоню гребаному Селезневу, и тут же срываюсь на крик так, что голос звенит в пространстве!
– Селезнев, ты просто урод! Неужели ты записал нас?