Страница 21 из 51
Глава 9. Всё тайное становится явным.
Глава 9. Всё тайное становится явным.
Даже если бы можно было повернуть время вспять и отговорить самого себя плыть на сушу - принц бы этого не сделал. Он сидел под стражей уже целый день. Мать не желала его видеть, гости за трапезами неловко молчали, глядя в свои тарелки, когда королева начинала повторять, что в традициях их королевства такое очень даже и приветствуется. Что Тойриэль прекрасно знал, что ему грозит и всё равно выказал такую дерзость.
Но мужчина не мог смириться. Ему казалось, что мать сходит с ума. Она никогда не была настолько строга, никогда ещё в замке её так не боялись. Даже Манта старался как можно реже появляться в тронном зале.
Трисс тем временем сидела в своих покоях и выдёргивала себе волосы по одному.
Это была её дурная привычка с детства, но она её успокаивала. От нервов русалка почти ничего не ела и плохо спала. Щёки её впали, а под глазами залегли тени.
Все её мысли были о Немуре и о том, получилось ли у неё заставить человека выпить яд. Она и сама не до конца понимала, что делает.
В мыслях у русалки смешались ревность, отчаяние, презрение и жгучая ненависть к принцессе Атланте. Она как могла раздувала и без того ходившие по дворцу слухи о том, что именно принцесса была причастна к смерти матери.
Даже о том, что именно поэтому принцесса была отвергнута Тойриэлем. Она нервно перебирала пальцами по столу, пытаясь придумать более изощрённые сплетни.
Положение принцессы было шатким. Но положение Трисс было ничуть не лучше, королева перестала вызывать её на советы, перестала давать важные поручения. Русалка чувствовала предательство и это её убивало.
Она готова была пожертвовать жизнью ради королевы, которая теперь даже не смотрела в её сторону.
Принц всё время проводил у окна, пытаясь рассмотреть поверхность.
Раз или два он замечал тени кораблей, умудрился рассмотреть вдалеке косяк золотых дельфинов. Ему жутко хотелось поплавать на свободе, поиграть с течением и наесться сушёных водорослей, а лучше тех ярких фруктов, которыми его угощала Адель.
Тойриэлю, конечно же, приносили множество блюд во время трапез, но...
Еда теперь казалась ему слишком солёной и неприятно скользкой.
Он вспоминал о хрустящих разноцветных леденцах и взбитых сливках с такой тоской, что живот у него урчал громче чем у морского льва.
Придворные с удивлением забирали почти полные морских яств раковины и шептались между собой.
“Принц голодовку объявил - всё назло матери!” - новость мгновенно разнеслась по дворцу и тут то уже королева не выдержала. Она решила сама сплавать в башню и попытаться убедить сына перестать позориться.
- Как ты можешь позволять себе подобное поведение? Я не потерплю такого в своём дворце, что за глупости? Почему ты не ешь? - королева Корнелия в ярости ворвалась в маленькую комнатку. Принц со смешком оторвался от окна.
- Что же вы, мама, не стучитесь? Мало ли что я тут делаю. А не ем потому что не нравится. - парень ткнул в раковину с салатом из водорослей. - Надоело это месиво. Под водой невозможно приготовить хорошую еду.
- Вы на него посмотрите! У нас ещё и еда плохая. Это не смешно, прекрати валять дурака. - королева посмотрела на зелёную рубленную массу. Она тоже не особо любила этот салат, но он считался полезным и по настоянию придворного врача она ела такие блюда каждый день.
- Послушай, мама. Я сейчас говорю серьёзно. Предлагаю договор - ты выпустишь меня, а я прекращу тебя раздражать и возьму принцессу в жёны согласно нашим законам. Но... Ты выслушаешь мои условия.
- Я слушаю тебя, говори.
- Сразу после свадьбы ты начнёшь готовить принцессу в свои преемницы, позволишь ей самой подписывать новые указы и сформируешь для неё круг советниц, которых она предпочтёт сама. Я же больше не собираюсь занимать место в совете и учувствовать в политике. Все дела буду решать через будущую супругу.
- А не слишком ли ты много просишь? Принцесса, конечно же, займёт место в совете, но чем тогда будешь заниматься ты?
- Я буду заниматься исследованиями. Новые минералы, лекарства, съедобные растения - всё это я хотел бы открыть в ближайшие десять лет. Мне будет предоставлена возможность исследований в любой точке океана и снаряжение для дальних заплывов. - королева прищурилась и покачала головой.
- Ты хорошо всё это придумал. Но никто не поверит в твоё рвение к науке. Совершенно ясно, что ты в любой момент будешь стремиться на сушу, иподвергать опасности себя и нас. Я не могу этого допустить. Остальные условия можно будет обсудить завтра на совете.
- Я не поплыву на сушу и могу обещать это при всех. Меня там ничего не привлекает больше, всё что хотел - я узнал.
Русалка вздохнула, а затем протянула сыну руку. Он осторожно взял её и пожал тонкие пальцы. Из башни они выплыли вместе.
Спустя час принцессе доложили о скором визите принца и о его открытом намерении вступить в брак. Как только слуги удалились девушка выронила из рук корону и попыталась привести волосы в порядок. Пряди выбивались из причёски, смешно топорщились. Она дрожала от волнения и никак не могла справиться с накатывающим страхом.
Если свадьба совсем близко, то и брачная ночь вот-вот наступит. Девушка отчаянно надеялась, что принц не заинтересован в её чести и в потомстве, но всё же... Могло статься так, что всё совсем наоборот и русал только и ждёт возможности остаться с ней наедине в статусе мужа с женой.
Во дворце стало вдруг оживлённо. Королева принялась раздавать приказы о свадебных украшениях и рассылке пригласительных в соседние королевства.
Трисс рыдала у себя комнате, принц не заглянул к ней, хотя она зала, что он будет проплывать мимо.
Она не хотела даже думать о предстоящем торжестве. Её просто вышвырнули как ненужную вещь, перед этим дав надежду.
Русалка так долго была уверена, что станет королевой и теперь просто не могла приять реальность. Ей было больно и боль не проходила. Никакой надежды на счастливое будущее не осталось.
От Немуры не было никаких новостей, Трисс даже начала думать, что чародейка погибла, но...
Она не только была жива и здорова, но и уже приближалась ко дворцу вместе со своей новоиспечённой знакомой.