Сайт знакомств

Глава 9

Глава 9

Дверь открылась почти сразу. Стас стоял на пороге в спортивных штанах и чёрной футболке с коротким рукавом, которая облегала его плечи так, что я на секунду забыла, зачем пришла.

- Проходи, - он отступил в сторону. - Вино уже открыто.

Я вошла и... застыла.

Квартира была огромной.

Студия, с высокими потолками и окном во всю стену, из которого открывался вид на ночной город. Светлый паркет, дизайнерский светильник, который стоил, наверное, как моя зарплата за полгода. Кухня-остров посреди комнаты, белая, с чёрной столешницей, и никаких ободранных стен. Никакого матраса на полу.

Стас жил так, как я мечтала жить, но никогда не призналась бы себе в этом.

- Ого, - сказала я, вертя головой. - А где... где мебель?

- Вся мебель здесь, - он усмехнулся и показал рукой на диван, который стоял напротив окна. Огромнейший, который был накрыт серым пледом, пушистым, как облако.

А потом мой взгляд упал на то, что находилось в глубине второй комнаты.

Боже, что же у него все такое большое! Там была огромная кровать. Чёрное изголовье, белоснежное постельное бельё, горы подушек. Она стояла за стеклянной перегородкой, которая была дверью в другую комнату, полупрозрачной, матовой, которая ничего не скрывала, а наоборот как будто манила.

Он спит там, - подумала я и тут же одёрнула себя. - Ксюша, прекрати. Ты пришла просто рассказать про свидание с мужчиной, а не рассматривать чужую кровать.

- Садись, - Стас кивнул на диван. - Я сейчас вино принесу.

Диван был таким мягким, что я почти утонула в нём. Бокалы уже стояли на деревянном журнальном столике с резными краями. По виду было понятно, что сделано на заказ. Вообще, всё в этой квартире было эксклюзивным и сделано на заказ.

Стас принёс вино, красное, густое, пахнущее вишней и почему-то ванилью. Разлил по бокалам, сел напротив меня в кресло, которое стояло под таким углом, чтобы видеть и моё лицо, и окно.

- Ну, рассказывай, - он положил диктофон на столик и откинулся на спинку и сделал глоток. - Как прошло свидание с идеальным менеджером?

Я вздохнула, и начала рассказывать.

Сначала я пыталась быть объективной, профессиональной. Типа «источник сообщает следующие факты». Но когда я дошла до момента про судочек, меня прорвало.

- ...и он достаёт его, - я махала руками, изображая процесс, - из-под стула! Контейнер! Прозрачный! И там внутри пирог! С яблоками! Домашний!

Стас слушал, прищурившись, и уголки его губ поднимались всё выше и выше.

- И что он сказал? - спросил он.

- А он сказал: «Мама переживает, чтобы я не остался голодным»! - я уже почти кричала. - Ему тридцать два, Стас! Тридцать два! А он пришёл на свидание с судочком, потому что мама за него волнуется!

Стас засмеялся.

Не так, как обычно, сдержанно, как будто разрешая себе только половину удовольствия, а по-настоящему. Запрокинув голову, рассмеялся горлом громко и этот смех заполнил всю комнату, отразился от высокого потолка и вернулся ко мне эхом, проникая мне под кожу.

Я смотрела на него и чувствовала, как моё собственное разочарование тает.

- Это не смешно! - сказала я, хотя сама уже улыбалась. - Он предложил мне познакомиться с его мамой! На следующий день! Сказал, что она запечёт курицу!

- И ты отказалась? - отсмеявшись, спросил Стас, вытирая выступившие слёзы.

- А что мне было делать? Согласиться? Стать частью их маленькой семейной команды? Нееее, я бы не прошла фейс-контроль мамы. Мое место было бы последнее в их семейном ряду - после мамы, после судочка.

Стас снова засмеялся, но уже тише, качая головой.

- Бедная Ксюша, первое свидание и такое.

- А что, так не у всех? - спросила я с надеждой.

- Ну..., - он задумался, - не у всех, но у многих. Он хотя бы не предлагал тебе счет разделить?

- Нет, он заплатил. Карточкой, которую, я уверена, мама ему оформила.

- Это уже прогресс.

Мы ещё посмеялись. Я рассказала про рубашку, которую мама ему выбрала, про то, что после девяти мама ждёт его домой, потому что «на улицах опасно», про то, что мама решает – подходит ему девушка или нет. В общем, как в анекдоте: «Сынок, я понимаю, что у тебя должно быть свое мнение, иди ко мне, я расскажу какое…».

Стас слушал, задавал вопросы, подливал вино. И я чувствовала себя... легко, впервые за долгое время. Не одинокой неудачницей, а человеком, который попал в реальность, где тебя слушают и не поучают, как жить, где тебе доверяют.

- Ладно, - сказала я, отставляя пустой бокал. - Я, наверное, пойду. Уже поздно.

Я встала, и тут же споткнулась, об ковёр или ножку стола, а может об собственную ногу. Не важно.

Важно то, что я начала падать.

Стас оказался рядом мгновенно. Схватил меня за талию, притянул к себе, не давая упасть, и я вцепилась в его плечи. Мы замерли, лицом к лицу, всего в каких-то двух сантиметрах друг от друга.

Я смотрела в его глаза, и в них отражался огонёк. Желания? Удивления? Я не могла понять.

Его теплое дыхание, с ноткой вина и мяты, коснулось моих губ.

Поцелуй меня, - подумала я. - Пожалуйста. Просто поцелуй.

Мои веки стали тяжёлыми, и машинально я начала закрывать глаза.

А потом включился мозг.

- Ой, - сказала я и отскочила от него, как ошпаренная. - Прости. Я... споткнулась. Ковёр. Дурацкий ковёр. У тебя ковёр...

Я села быстро на диван, возможно слишком быстро.

- ...очень мягкий, - закончила я, чувствуя, как лицо заливает краска.

Стас замер напротив, продолжая смотреть на меня. Его взгляд оставался таким же притягательным, отчего по моей руке предательски побежали мурашки, он промолчал. Вернувшись в своё кресло, он спокойно поднял бокал и отпил немного вина.

- В общем, - сказал я громче, чем нужно, потому что тишина стала слишком вязкой, - это было ужасно, но смешно. Так что для твоей статьи материал есть.

- Есть, - кивнул он. - Хороший материал.

- А у тебя здесь красиво, - я обвела рукой комнату, чтобы сменить тему. - Я не знала, что журналисты так хорошо зарабатывают.

Стас помолчал секунду.

- Не зарабатывают, - сказал он тихо. - Эта квартира досталась мне от мамы.

Я замерла.

- Она..., - я не знала, как спросить.

- Скончалась два года назад. Рак.

Его голос был ровным, почти безразличным, но я видела, как напряглись его пальцы на бокале, и как побелели костяшки.

- Мне жаль, - сказала я тихо. - Я не знала.

- Откуда тебе знать? - он пожал плечами. - Мы же не общались раньше.

- А отец? - я осторожно поставила бокал на стол.