Страница 121 из 149
— В темнице сидят, молчат, — оживился Альберих, плотоядно облизнувшись. — Но мы на них еще надавим, господин. Особенно на этого нежненького, Эдди Перышко. Он с бумажками в основном возится, расколется.
Вейт вздохнул — с преувеличенным, театральным сожалением, словно его огорчала необходимость применять крайние меры.
— Жаль. Что ж, у нас есть время. Ждем до рассвета. — Он снова обвел взглядом закованных претендентов. В его глазах заплясали недобрые огоньки. — Если к утру арбитр и наблюдатель не соизволят явиться и засвидетельствовать законность процесса... — он сделал зловещую паузу, смакуя напряжение, — ...нам придется начать сокращать число претендентов. Для чистоты и ускорения процедуры, так сказать.
Он не повышал голоса, но от этих слов по залу прокатилась волна страха.
Взгляд Вейта скользнул по шеренге пленников и остановился на съежившейся фигуре Фионы Обрег. Та, словно почувствовав этот взгляд, двумя руками сильнее прижала к себе перепуганных детей.
— Начнем, пожалуй, с самого слабого звена, — задумчиво произнес Леонард.
Фиона инстинктивно загородила детей собой. Ее муж Роланд, забыв о собственных оковах, дернулся было вперед, но его грубо осадил конвоир, со всей силы ударив в живот. Роланд согнулся пополам и осел на пол.
— Папа! — тонко вскрикнула девочка из-за спины матери.
Вейт с брезгливостью наблюдал за этой сценой жертвенности, словно оценивал, насколько действенны его методы и где можно будет надавить еще.