Страница 67 из 141
Девочки опоздали на десять минут. Хорошее настроение Ашрафа снова где-то потерялось и он постоянно бубнил о том, что общение с аниматорами и персоналом ниже достоинства балерин. Они, как звезды, должны взирать на обслугу с небрежностью, не допускать панибратства и соблюдать дистанцию. Всем не очень хотелось вступать в дискуссию и, чуя общий настрой, пропесоченная Ириной за утренний скандал Нонна рьяно согласилась:
— О! Мистер Ашраф! Как вы правы! Это низко, скверно и недостойно нас! Мы больше так не будем. Честно-честно!
Ашраф взглянул на Нонку, стоящую в позе непримиримой Зои Космодемьянской на допросе, гневно сверкающую глазами на подруг, с недоверием и замешательством. Он приготовил более развернутую речь, но Нонкин пассаж убедил в том, что даже та малая толика так долго отрепетированного спича достигла цели. Он лучезарно заулыбался и уже шутливо забалакал о новом шоу, о девушках, которые ранее танцевали в «Ноевом ковчеге», и о том, что буквально все работавшие в данном заведении — проститутки.
— Откуда знаешь? — поинтересовались девочки.
— Я их насквозь вижу… — процедил Ашраф и запустил двигатель «Шевроле»…
В дискотеке не было ни одного свободного столика, некоторые посетители стояли, а на полу около сцены расположились цыганским табором несколько кучек молодых людей с бокалами пива.
— Вот что значит премьера в самом знаменитом очаге культуры этого города! — восхищенно сказала Милка, оглядев картину аншлага. — У нас вечно на представлении три калеки-туриста и толпа персонала, которая так и ждет чтобы у кого-нибудь из нас юбка свалилась.
— Какая культура? — возразила Ирусик. — Эта толпа приперлась на новых баб глядеть! Ты думаешь, они тут все ценители высокого танцевального профессионализма?
— А как же? Хлопают, «браво» кричат…
— Дуреха… — вмешалась Нонка, — ты их баб видела? В саванах до пят? Некоторые и мордень закрывают. Чтоб на них во всей природной красе поглядеть, надо к родителям сватов заслать, кучи золота отвалить, потом свадьбу сыграть. А тут… Вот они — мы! Трусики, лифчики и перья на голове и в жопе. Танец живота они уважают по тем же причинам: пупок открыт и задница ходуном ходит…
— А искусство?
— Какое, на хрен, искусство? — хмыкнула Ирина. — Очки свои, пенсне уже которые, к глазам приставь и пронаблюдай. Вот сейчас девочка сложную крутку сделала. Где восторг публики? Нет его. Они и не заметили. А в предыдущем танце народ на ушах стоял, потому что были трусы-стринги и телодвижения в основном задницей. Ты не только на шоу смотри, глянь хотя бы на мальчиков-зайчиков, что на полу перед сценой сидят…
— Тогда они тут все озабоченные! — Вывела Мила и, обиженная за высокое хореографическое искусство, невостребованное в этой стране, гордо вышла в туалет.
Новых девушек было трое. По Иринкиному мнению, тот, кто собирал их в группу, был слепой, глухой и имел такое же отношение к хореографии как бабуля-вахтер «Современника» к ядерной физике. Одна, явно бальница, высокая и худая, выделялась больше всех. Да и сольных номеров у нее было много. Вторая, сбитая девушка с накачанными икроножными мышцами, скорее всего, только что выучила программу и постоянно оглядывалась на товарок посмотреть, то ли движение она исполняет. Третья, тоже худенькая, но уж очень мелкая, с удовольствием махала ногами, доставая ими до ушей, чем сильно отличалась от остальных. Те имели более скромную растяжку. Иринка сразу признала в третьей танцовщице выпускницу гимнастической школы.
— Лебедь, рак и щука, — заключила она и успокоилась: — Они нам не конкуренты.
За самым большим столом, находящимся прямо перед сценой, этакой ложе для особо важных персон, сидели несколько мужчин. Хозяин стола, вальяжно расположившийся в самом центре, притягивал взгляд своими роскошными усами а ля маршал Буденный. Девушки, отработав шоу и переодевшись, присели к этой компании. Официанты засуетились, заставляя стол подносами с закусками, стаканами и ведерками со льдом. Пошла большая пьянка.
Нонна заинтересовалась:
— Ашраф, что там за компания важных людей?
— Это, — указал он на «Буденного», — импресарио данного балета. Зовут Халед. Весь стол — его гости. Каждый раз, когда приезжают новые девочки, они, одной и той же командой, приходят выбирать себе герл-френдс. Новая группа — новая герл-френд. Халед поощряет такие действия, так как в этой гурьбе нужные ему люди: менеджеры отелей, офицеры полиций и просто богачи с большим влиянием в обществе, — разговорился Ашраф. — Ты видишь, теперь какие здесь нравы? Нельзя никому доверять! Только мне! Я тут ваш папа, ваша мама и ваши бабушка с дедушкой…
Вернулась Милка:
— Ой! Вы знаете, я только что познакомилась с одной из этих девочек! — затараторила она. — Они сами из Череповца, раньше работали в Каире, потом попали сюда. В Каире, говорят, было хуже и вообще…
— Ты зачем лезла к ним со своими знакомствами?! — проснулся вулкан. — У них плохая репутация!!!
Милка ошарашенно промямлила:
— Какая репутация? Они же только приехали… Когда успели?
— Какая репутация?! Посмотри, с кем они сидят!!! — орал красный, как вареный лобстер, Ашраф. — У них завтра же будет по бой-френду!!!
— Ну и что? — не поняла Иринка.
— Этот мудак с усами просто продает их своим друзьям! И если вы будете с ними общаться, то встанете на тот же уровень!!! Уровень продажных девок!!!
— Ну ты, Ашраф, загнул, — не выдержала Нонка. — Девочки вообще только приехали и понятия не имеют, в какие игры Халед играет. Разберутся. И потом… Мы-то тут при чем?
— Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты!!!
Девочки недоуменно пожимали плечами. Ашраф же кипел, потел и чертыхался:
— Я пытаюсь объяснить вам, глупым курицам, что настоящая леди должна вести себя культурно и целомудренно, не общаться с ветреными особами, которые сидят в сомнительной компании! И лучше всего — иметь мужа!
— А они мужей пока не имеют, — возразила Ирина. — Может, они в поиске…
— Знаю я этот поиск: скачут из постели в постель!!!
Мила начала приобретать воинственный вид:
— Значит, если завела друга, то уже проститутка?
— Сегодня один друг, завтра — другой. Это как называется?
— Если не одновременно, в чем проблема? Да и откуда ты, мистер Ашраф, знаешь, кто с кем спал и спать будет, а?
— Я все вижу и замечаю!!! — дым из импресарио валил уже столбом. — Я по глазам понимаю!!!