Страница 4 из 141
— Зачем он нас задерживал, а? В номера звал? Не на тех напал, какашка нубийская! — и тоже с решительнейшим видом двинулась в его сторону.
Бусурман опять покрылся сочным цветом кирпича, открыл рот и, уперев руки в боки, храбро шагнул вперед.
«Та-а-ак… Сейчас будем слона на скаку останавливать и хобот отрывать… — пришло в голову Нонке. — Пора сматываться… Стоп! Какая своевременная мысль! Я — гений!»
— Вот твои очки, слепота! — Нонка повернулась к Милке. — Продукт выдыхается! — напомнила о главном Иринке и, метнув отнюдь не прощальный, обворожительный взгляд на нубийца, залихватски скомандовала:
— Держим курс! Зюйд-зюйд-вест!
— Иди в баню со своим курсом! — откликнулась Иринка. — Сюда тоже был зюйд-зюйд-вест…
— Тогда походную за-пе-вай!
Негативная энергия быстро преобразовалась в творческую и в коридоре первого этажа раздалось дружное и громкое:
— Маруся, раз, два, три, калина!
Че-е-рнявая дивчина!
В са-а-ду ягоды рвала…
«Какую фразу не дали сказать! — сожалея о несостоявшемся близком знакомстве с потомком фараонов и кряхтя от тяжести, думала Нонна. — Но, как говорится, всему свое время и надо уметь быстро делать ноги. Права была мама: я — умная девочка!»
— Dear Ladies! Quiet, please!
[11]
[Дорогие дамы! Тише, пожалуйста!]
— замахал руками бедный арабский секьюрити, выискивая в своей памяти еще какие-нибудь лингвистические познания, и пожалел, что не знает хотя бы несколько фраз по-японски.
Шатающаяся процессия с боевым задором, шуткой-прибауткой уползала в обратном направлении норд-норд-ост, а у входа осталась статуя чистопородного нубийца, жителя верхней части Нильской долины с ошарашенно выпученными глазами и созревшим в душе желанием заняться изучением экзотических языков.