Страница 21 из 64
Глава 14
Савелий
– Черт, черт! Твою ж! Суки, отдайте тачку! – бегу за машиной, упустив из вида машину Евы.
Наглые морды эвакуаторщиков только галдят мне какие-то тупые формальности.
«Заберете, когда оплатите…»
С финансами у меня сейчас не густо. Особенно, после переселения Наташи в люкс лучшего отеля нашего города из квартиры Евы.
Провожаю взглядом машину, ведь не могу же бежать за ними до самой штрафстоянки.
Бессильно вздымаю руки к небу: моя крошка уезжает…
Снова злюсь на падчерицу моего брата.
Именно она все безнадежно испортила.
Полдня потерял на то, чтобы вернуть авто и совсем забыл про Наташу.
Точнее, не забыл, а нарочно бросил ее одну всю в слезах посреди клиники.
Пусть взбалмошная пигалица посидит и одумается! Пусть осознает, до чего меня довела.
Я чуть не поседел, когда увидел, как моя жена говорит с ней в клинике.
Ясно, что Наташа сама слила информацию Еве о том, где нас застать с поличным.
Пигалица сделала это вчера вечером, пока я мылся в душе после нашего бурного секса…
Приливы ярости накатывают, как волны на берег.
Я придушить ее готов! От злости не нахожу себе места.
Из-за нее мне грозит развод с женой и что теперь с этими чудовищными последствиями делать, я пока не знаю.
От напряжения мозги закипают.
Развод с Евой никак не входил в мои планы.
А раздел имущества – как удар под дых.
Я недостаточно закрепился в фирме.
Вру, что моя карьера на пике, но это не так.
Я собирался использовать протекцию Эдуарда Павловича, решающий толчок должен был сделать мой будущий тесть, Крестовский…
– Дай мне сил все это вытерпеть, Боже! – говорю сам себе, крутясь в мягком офисном кресле.
Сердце льдом покрывается, когда думаю, что мне этим вечером и пойти некуда.
Наташу я видеть не могу. Значит, придется ехать к маме…
****
Наташа напомнила о себе не сама. Через несколько часов после инцидента в клинике мне позвонил ее чванливый папаша Эдуард Павлович.
– Привет, зятек. Ну-с, ждать вас с сегодня?
– Добрый день. Эм… На работе завал. Даже не знаю… – мнусь, как девочка.
Разговор как-то сразу перетек не в то русло, а презрительный тон Крестовского сразу заставил меня напрячься.
Эдуард не привык получать отказы. Он тяжело вздыхает и говорит, что Наташа была расстроена, когда он ей звонил.
– Черт, начинается! – пронеслось в голове.
Молча кручу авторучку в руке и жду, что же тесть скажет дальше.
– Савелий, что произошло? Моя дочь в положении. Ей нельзя нервничать. Скажи по-мужски правду.
– Я и так правду сказал, не нужно меня отчитывать, пожалуйста, – сцепил пальцами телефон, будто это толстая шея Эдуарда Павловича.
Крестовский делает многозначительную паузу.
А потом понеслось…
– Хорошо, тогда я скажу правду, Сава. Ты не тот, за кого себя выдаешь.
– ???
Безмолвно восклицаю.
– Да-да, не вздыхай. Нет, ты Савелий Гуляев. Но не «тот» в том смысле, что женатый клерк со средним достатком моей дочери не нужен. И мне такой зять не сдался, – брезгливо бросает, унижая меня.
Крестовский прибавляет несколько свежих ярких фактов из моей жизни так, что сомнений не остается: будущий тесть меня хорошенько пробил по всем базам.
Не знаю, что ему наговорила пигалица и откуда у Эдуарда такие данные обо мне.
Но тело буквально морозит о том, что Павлович меня, как открытую книгу, читает.
С трудом собравшись, продолжаю беседу.
– Эдуард Павлович, стараниями вашей доченьки, я балансирую на грани развода с женой. При этом несу всю ответственность за ребенка.
– Да, видел я, в каком хлеву собралась рожать моя единственная кровиночка! – мерзко хохочет Крестовский.
На контрасте с ним, мой «действующий» тесть кажется душкой и милым мужиком, с которым можно выпить водки и на рыбалку сходить…
Выходит, я был к Евиному отцу несправедливо критичен, обиделся, что денег на мой стартап не дал, а вбухал все в гребаного «Мойдодыра».
– Сава, ты там живой, парень? – издевается Павлович.
Хочется на хер его послать, но вынужден слушать.
– Савелий, так, это все лирика. Мне нужны конкретные действия. Что там с твоей женой? Что за кура? – спрашивает о Еве.
– А вы не узнали? – хмыкаю, вот же попал!
– Узнал, – чувствую, как он улыбается своей неприятной улыбкой. – Квартира чья?
– Общая.
– А вторая?
– Евы.
– Фирма?
Сука, мечтаю, чтобы допрос срочно прекратился.
– Тоже Евы? – передразнив мой голос, чеканит Крестовский. – А твое-то что? Трусы, небось, тоже жена покупает, Сав? Хех, ну дочка привела мне обузу! Зять не хрен взять!
Вальяжный тон и очередной приступ мерзкого клокочущего смеха от Эдуарда Павловича принимаю, как лично оскорбление.
Да уж, мой нынешний тесть реально нормальный мужик. А я…
– Я не приду на ужин. Хоть убивайте, а с вашей Наташей я жить не стану. Пусть еще докажет, что ребенок от меня! – вспомнив слова жены, отвечаю Крестовского.
– Что?! – как раненый бык, басом ревет в трубку. – Ты что себе позволяешь, сопляк?!
– Без теста на отцовство даже разговаривать с вами не стану. До свидания, – отрывисто бросаю и отключаю несостоявшегося тестя.
Взявшись за голову, мысленно разворошил все, что накопилось в мозгу за последние дни.
Ужин по случаю приезда Александра Ивановича ровно в семь, так сказала мне Ева.
Встаю с рабочего места. Рвано выдохнув, всматриваюсь в зеркало.
Вид у меня не очень парадный, но мне и так там будут рады.
Вторая жена моего тестя, Агния, меня обожает.
Куплю для «тещи» букет цветов, сделаю мужской комплимент и прокатит.
– Ева, ты зря решила, что мы расстанемся так легко и просто, – хмыкаю, заказывая цветы в бутике возле работы.