Страница 12 из 64
Глава 7
Савелий
– И что там с деньгами, милый? – Наташа подводит губы розовой помадой.
– Ничего, хватит спрашивать. Ты мне не жена, чтобы такие вопросы задавать! – ожесточенно фыркаю.
– Хорошо, хорошо, – пискнула в ответ Наташа, но не угомонилась.
Не выдерживаю прессинга, ругаю ее за глупую выходку в квартире Евы. Жила бы себе тихо и все было бы в порядке.
Она снова уставляется в окно и дуется, как обиженный ребенок.
Но мне сейчас не до ее реакции. Пигалица перебесится, а вот с Евой вышло глупо, ужасно.
Наверное, толстая бухгалтерша Светлана меня уже сдала с потрохами…
В голове сущий кавардак: мысли, планы, все к чертям обнулилось.
Неужели, придется идти к жене с повинной и просить, наступая на свою гордость, выделить транш?
Не думаю, что Ева поверит, но попробовать стоит. Играть ва-банк – мера вынужденная.
Успеваю выехать из паркинга и набираю жену. Трубку Довлатова поднимает не сразу.
– Ев, что за игнор? Тебе муж звонит, а ты не отвечаешь! – прочистив горло, спрашиваю.
Слушаю фоновые звуки, вперемешку с ее дыханием, чего раньше никогда не делал.
Ева в каком-то здании, вокруг гудит офисный улей, и он гораздо большего масштаба, чем ее мелкая фирмочка "Мойдодыр".
– Ева, ты где? Ты, что, решила заключить контракт с этим гребаным фитнесом?! Это же бред, там ночевать нужно и не только твоим уборщицам, а тебе лично! – вскрикиваю.
– Гуляев, не лезь в дела фирмы! Я не собираюсь советоваться с тобой! – задыхаясь от бури возмущения, говорит мне Ева.
Как пацана отчитала.
– Я вообще-то о нашей семье переживаю. Жена нужна мне дома, а не в фитнес-клубе с тряпкой, – цежу, сохраняя титаническое спокойствие.
Наташа театрально хмыкает так громко, что думаю Ева точно услышит…
Пауза в разговоре растет, как снежный ком. А потом Ева швыряет мне слова так же легко, как воздушный шарик.
– Сав, скажи прямо, у тебя есть другая? Давай разведемся. Просто закончим это и все.
Машина застряла в пробке, и я выхожу из салона, разминаюсь прямо посреди тягучей столичной пробки. Наташа высовывается в окно и наблюдает за мной, не скрывая, что ей мой разговор тоже не нравится.
– Нет у меня никого, ты же знаешь! У нас семья, я не отпущу… Ева, мы уже говорили об этом. Меня достали твои провокации, – озверев, не своим голосом рычу на жену.
Ева одаривает меня горькой усмешкой.
– Нет никаких провокаций. И семьи больше нет, Гуляев, – сжигая мосты между нами, холодно бросает Ева.
– Ты зачем так? Тебе уже звонила твоя Тортила и наговорила всякого? – уточняю.
– Сав, я прошу, собери свои вещи. Я не смогу ночевать с тобой в одной постели. Квартиру мы купили на двоих, вдвоем вложились, но… Подыщи себе жилье, пожалуйста.
Голос Евы мягким, нежным ядом просачивается в трубку. Она не требует, но словно стальные щупальца сжимают мою глотку. Дыхание перехватывает.
– Что-оо-о? Ты серьезно? – смеюсь наиграно, а в душе суматоха.
Если сейчас она начнет бракоразводный процесс, то никто от этого не выиграет, я уж точно.
– Кхм! – рвется из открытого окна голосок наглой пигалицы.
Я чешу затылок. Мой шок в шоке, жена говорит прямо, что нам нужно разойтись. А что дальше? Развод?!
Резко крутанувшись на каблуках туфель, машу жестом, чтобы Наташа заткнулась и тихо ждала.
Слушаю размеренное дыхание на том конце трубки. Ева максимально спокойна.
– Нет. Давай поговорим, к психологу сходим. Может, у нас кризис в паре какой-то.
– Думаешь, поможет? – с ухмылкой.
– Думаю, что ты наслушалась херни от своей Лены! Вы женщины порой чересчур требовательны! Ева, детка… Я не уйду, – твердо и без вариантов.
– Тогда мы с Эриком съедем к отцу. Пока что так, – выдыхает устало.
Жена равнодушно выключает телефон. Мир качнулся перед глазами. Собрав вязкую слюну, сплюнул на асфальт.
К такому я был не готов…
В груди стало столько пространства, будто легкие выплюнул наружу. А сердце… Оно наоборот танцевало джигу, как заведенное.
Наташа вылезла из автомобиля, звучно хлопнув дверью моего авто. Она сделала несколько неуклюжих шагов, мазнув надменным взглядом по моему перекошенному от гнева лицу.
– И что это за выпады? – кричу ей в спину.
– Я на такси поеду. Возись и дальше со своей женой! – фыркает пигалица, переминаясь на коротких тонких ножках.
Я силой усадил ее в машину и пристегнул ремнем безопасности, чтобы отчаянная не рванула наружу во время движения.
Наташа плачет, звучно роняя слезы. Всхлипами наполнился салон, а я все больше думал, что Еву нельзя отпускать далеко от себя.
Жену нужно на коротком поводке держать.
– Сав, ты меня слышишь? Ты меня не слушаешь! Ты меня не любишь! – она, оказывается, что-то говорила.
– Наташ, а ты меня вообще любишь? – упираюсь в ее лицо взглядом.
Сверлю его так, что она невольно разворачивается. Краснеет и часто хлопает влажными ресницами и шепчет "Да!"
– Что значит любишь? Да! Да, Сава! Я всем соврала, что к отцу приехала. Но я приехала к тебе! Ты же не хочешь сказать, что тогда залез на меня по пьяной лавке и пожалел, что я забеременела?
Она прямо сыплет правдой …
Все так и было.
Я прилетел в гости к брату, а Наташа вечно возле меня крутилась.
И в тот теплый мартовский вечер, когда моя родня знатно отметила прошедший праздник, она прильнула ко мне на диванчике.
Наташа рассказала, что списалась в интернете со своим биологическим отцом, Эдуардом Крестовским. Ютиться в небольшой квартире с отчимом, матерью и младшим братом ей надоело.
Наташе почти двадцать, но она уже была не девственницей.
Пигалица полезла мне в штаны, а я… Растерялся. Дал волю чувствам, запретные желания взяли верх.
Я проклинал себя, понял, что семью теряю.
Ева не простит измену. Если она узнает, то сразу же разведется.
Потом Наташа написала сообщение, что беременна.
И это был просто ад наяву.
Через несколько дней моего молчания, она добавила, что переезжает к папе в столицу.
Он ее признал, но пригласил сделать тест на отцовство.
И, судя по тому, что зажравшийся олигарх Крестовский пригласил нас на ужин для официального знакомства, тест оказался положительным…
И, раз моей семьи больше нет…
Кошусь на рыжую бестию, вспоминая жену.
– Ты так и не сказала, зачем вообще перекрасилась? – спрашиваю, меняя тему.