Страница 35 из 49
- Да, он выжил. Но по ту сторону он тогда точно побывал. Его уже хоронить хотели, когда он вдруг пришел в себя после долгой комы, все были очень удивлены, никто не ожидал, что он выживет. Но после того случая Володька тронулся головой. Он был, знаете, такой нормальный, веселый парень-бабник. Любил с девчонками погулять, был душой компании везде, на гитаре хорошо играл. А после этого ударился в чертовщину всякую, начал книжки читать какие-то странные про потусторонние миры, параллельные реальности, такую вот всякую чушь. С духами разными общаться. И даже обряды какие-то проводить. Он мне кое-что рассказывал про эту свою бесовщину, - Иван Кузьмич перекрестился, - Даже предлагал почитать и поучаствовать. Мы же были друзьями. Но я в эти такие его дела не лез. Мы все диву давались, как он изменился, буквально сразу после того случая.
- Ну надо думать, - задумчиво произнесла Анастасия Павловна, - Побываешь на том свете, не так еще изменишься.
- Ну да, наверное. Сейчас, наверное, человек бы набожным стал после такого случая. А он, вон, в какую-то бесовщину полез. Был там один темный тип, его шаманом все звали. Был он то ли технологом в каком-то местном лесозаготовительном совхозе, то ли еще кем-то, короче, не по нашей, не по строительной или железнодорожной части. Но местные его почему-то тоже сторонились, называли колдуном. Не русский он был, не якут, а вообще, непонятно кто. Вот он-то ему первый и дал все эти книжки, которые он мне и ребятам показывал. Предлагал обряды какие-то совершать темные. Говорил, что открылся ему свет истины, когда он по ту сторону побывал. Но никто из наших с этим как-то связываться не стал. А еще у него там в Нерюнгри девчонка была. Симпатичная такая, местная, якутка. Они дружили, гуляли. И после того, как это с ним случилось, они тоже встречаться продолжали. Так вот вскоре после этого случая, девчонка та сорвалась со скалы и погибла. Нечастный случай. Володька больше всех убивался, плакал, места себе не находил. Но ребята на него все косо смотрели, потому что ей он тоже всю эту чертовщину показывал. И поговаривали, что это он ей своими этими потусторонними штучками мозги запудрил, что она чуть не сама со скалы сбросилась. Но это все только слухи. Я ничему такому не верил, но Володьку уже тогда предупреждал: бросай ты все это к чертовой матери! Не доведет тебя до добра вся эта чертовщина! Видишь, случилась беда, а уже на тебя все думают, потому что ты такой весь странный стал, какими-то непонятными вещами занялся. Но он меня не послушал.
Иван Кузьмич прервался, и в кухне на какое-то время воцарилась тишина. Анастасия Павловна смотрела на него с интересом, не решаясь нарушить такой захватывающий его рассказ даже во время паузы.
- Ну вот, - отхлебнув чаю, продолжил Иван Кузьмич, - Когда мы вернулись с БАМа, Володька так и остался таким же странным. Он устроился здесь в наш совхоз водителем грузовика, и какое-то время жил в отцовском доме. Семью так и не завел, хотя женщин иногда приводил, да и друзей тоже собирал. И всякий раз заводил разговоры про параллельные миры и всякую такую муть. Рассказывал, что окружают нас разные духи, и можно с ними общаться. Это сейчас мы понимаем, что все это бесовщина, а тогда, в советское время, кто-то над ним просто посмеивался, кто-то раздражался, уже начали считать его странным. Я ему и здесь говорил: бросай ты все это, Володька, решат, что ты умом тронулся, вызовут психиатричку, доказывай потом, что ты не сумасшедший. Но он за свое. Знаете, Настенька, что он однажды учудил? У нас вон там, за полем, лагерь пионерский был, от треста одного московского, Моспроммаш. Так вот однажды летом, в ночь накануне Ивана Купалы привел он оттуда девчонок-малолеток и утроил им свой сатанинский обряд. Гадание на суженого, вроде бы. Что с Вами, Настенька? Вам нехорошо? Вы так впечатлились моим рассказом?
Анастасия Павловна действительно побледнела при этих словах. Она всегда знала, что гадание это – пережиток языческих обрядов. Знала это и восемьдесят шестом году, когда участвовала в этом в соседнем, теперь уже ее доме, знала это и сейчас. Но услышанный ей только что рассказ этого Ивана Кузьмича про БАМ и про Володьку… ну то есть того таинственного дядю Вову из ее детства, заставил ее взглянуть на эту историю совершенно с другой стороны.
- Да, есть немного, - встряхнулась Анастасия Павловна от заданного вопроса, - А почему Вы решили, что это сатанинский обряд? Девушки во все времена гадали на суженых. И вообще, откуда Вы знаете, кого, куда и когда он приводил.
- Он сам мне рассказывал.
- Про суженого?
- Да, про суженого. Просто, как интересное приключение с девчонками. Я вашей Василиске, кстати, рассказывал про это. Она почему-то сразу решила, что он был извращенцем, раз маленьких девочек ночью в дом к себе водил. Но я Володьку знал, никаким извращенцем он не был, нормальный мужик-бабник. А вот что он там не просто гадание на суженого устраивал, а какой-то свой сатанинский обряд, да еще малолеток в него вовлек, это, я думаю, было так.
У Анастасии Павловны чуть не вырвался вздох облегчения. Так вот почему Василиса спрашивала про гадания на Ивана Купалу и про то, не участвовала ли в них Анастасия когда-нибудь. Это этот старый болтун ей все наболтал! А она, не в меру любопытная умница, моментально выстроила логические цепочки, вполне верные. Ну она задаст ей трепку, когда вернется! И узнает, зачем она-таки лазила в ее дела и позволила себе копаться в ее прошлом. Будьте спокойны, Иван Кузьмич! Не был Ваш друг ни извращенцем, ни сатанистом, в ту ночь в этом доме он действительно устроил им гадание на суженого, и подарил такие впечатления, которые она пронесла сквозь всю жизнь. А что головой тронулся, так кто бы не тронулся, если побывал на грани жизни и смерти и даже заглянул за этот край!
- И что, Иван Кузьмич, Вы считаете, что дом покупать не стоило из-за того, что Ваш друг здесь когда-то устраивал какие-то обряды?
- Не знаю, Настенька, я считаю этот дом нечистым. Но если Вы, все-таки его приобрели, я бы посоветовал Вам обязательно пригласить священника и освятить его, прежде чем в нем селиться, или даже пользоваться как дачей. Бывают места намоленные, а это место нечистое.
- Обещаю воспользоваться Вашим советом, - улыбнулась явно успокоившаяся Анастасия Павловна.
И действительно, почему бы не пригласить священника в отремонтированный дом, и не освятить его, даже просто, на всякий случай. Уж хуже от этого точно не будет.