Страница 4 из 12
Глава 4
Серена
Смотрела на Сидхари, и не понимала…
Почему он настолько добрый? Почему не ненавидит меня?
Я же по сути, пришла его насиловать, взять против воли…
Я ничем не лучше тех, кто пленил Сидхари, и запер его в этой клетке.
А он подбадривает меня… И улыбается так… насмешливо… Сногсшибательно…
Смотрит с жутким голодом, с одержимостью в глазах. Словно хочет сожрать всю целиком.
Одним своим видом погасил страх и ужас, что бурлили во мне с той поры, как старый ублюдок Хофман предложил эту жуткую сделку.
Ужас он словно притупился. Не пропал совсем, струился под кожей, смешиваясь с другими более горячими ощущениями.
Сидхари словно навел на меня какой-то порочный морок.
От которого по всему телу растекались горячие мурашки.
Они будоражили кровь.
Сжигали нервные окончания до тла.
Эти невероятные ощущения туманили разум. Окутывали каким-то безумным пороком.
Я чувствовала, как жар растекается по телу, скапливаясь пульсирующим комком внизу живота.
Дикая пульсация в паху сводила с ума. Горячий зуд в киске становился все сильней и сильней.
Трусики предательски намокли. Чувствительные припухшие половые губки терлись друг о друга при каждом движении. Бугорок клитора безумно пульсировал.
Влага стекала по бедрам.
Я не сводила с Сидхари ошеломленного взгляда. Видела как вокруг него появилось голубовато-темно синее сияние с электрическими проблесками.
Сидхари пожирал меня голодным первобытным взглядом.
Магия во мне, та крохотная часть, что бурлила и текла по моим венам, позволяла ощущать насколько силен его голод.
Что это за голод?
Чем он питается?
Его тут вообще кормят?
Или морят?
Я шла к столу, и почему-то понимала, что голод, от которого страдает пленник далек от жажды поесть и утолить жажду.
Нет!
Жажда Сидхари имела совершенно другую подоплеку.
И голод его был совершенно другого рода.
Вопросы возникали один за другим, ответов не было.
— Смелее, моя сладкая Аврора! — Его голос урчал, шелковыми путами скользил по моему телу, задевая все особенно чувствительные местечки. — Иди ко мне!
— Кто ты на самом деле? — прошептала тихо. — Откуда знаешь мое имя? И почему позволяешь им изголяться над собой? Ты же можешь дать сдачи…
Пленник лишь надменно ухмыльнулся.
Ожидая моих действий.
Моего подчинения.
Ему невозможно было не покорится.
Я словно загипнотизированная, шагала вперед…
Навстречу своей Судьбе…
Или погибели…
В одном пленник прав, выбора у меня действительно не было. Как и у него… Мы оба с ним заложники ужасающих обстоятельств.
Шаг, второй, третий…
И времени оставалось очень мало.
У меня, но не у моей сестренки.
Каждое движение отзывалось болью во всем теле.
Но какой-то необычной… Сладкой… Тягучей… Горячей… Мучительной...
Томительной!
Я уже и не думала, что когда-либо смогу испытывать подобные эмоции.
Думала, с того случая во мне осталась выжженная пустыня.
Сейчас, во мне бурлил вулкан…
Обжигающий и сводящий с ума.
Бедра терлись друг о друга, с каждым шагом томление внизу живота нарастало.
Желание заключить сделку с пленником усилилось.
Я все больше убеждалась что поступаю правильно.
Сидхари единственный, кто способен спасти…
Не меня!
Пелагею, мою сестренку. Ей всего тринадцать лет, вся жизнь впереди. И ради нее я готова была на все!
Пусть даже если она проживет ее в другом мире. Как можно дальше отсюда.
Скоро в ней проснется магия, родовой дар, который так сильно жаждет заполучить под контроль шакал Хофман.
И я не могу этого допустить!
Встряхнись, Аврора, действуй!
Оказавшись возле медицинского стола, на котором лежал привязанный Сидхари, замерла, оперлась руками о край стола.
Задыхалась, тяжело давался каждый вздох, словно из меня разом вытянули остатки жизненных сил.
— Послушай меня внимательно, пленник, — прошептала, наклонившись над ним. — В одном ты прав! Выбора у меня правда нет! — Забормотала лихорадочно, смотря ему прямо в глаза. — Как и у тебя его нет! Тем ублюдкам, за стенами этой лаборатории нужен от тебя ребенок…
— А тебе не нужен? — Его голос заскользил по моей коже бархатистой перчаткой, разгоняя табуны горячих мурашек до самых потаенных уголков.
— Нет! — ответила прямо, и максимально честно. — Я не смогу выносить твоего ребенка, Сидхари… Не потому, что не хочу… Сгорю раньше родов… Погибну вместе с ребенком… Рак сожрет меня раньше… Вместе с твоим ребенком… Я предлагаю тебе сделку…
— И что же мне может предложить ведьма с почти выгоревшим даром? — пленник продолжал насмехаться надо мной, словно это не его сковали по рукам и ногам. — Стоящая одной ногой в могиле? Я чувствую смерть, аури… Она уже на твоем пороге… Раковый огонь съедает тебя изнутри… И времени у тебя осталось гораздо меньше, чем ты думаешь… Мой ребенок смог бы продлить твое существование… Но…
— Всегда есть это проклятое “Но”! — выдала с горечью, глядя на Сидхари с каким-то отчаянием, и угасающей надеждой. — Но ты можешь помочь…? Не мне… Моей маленькой сестренке… На себя мне плевать…
— Что ты дашь мне взамен, аури? — Сидхари сжигал меня взглядом.
— Ты сказал, что твой ребенок мог бы продлить мою жизнь…
— Без меня, без моей энергетической подпитки, плод убъет тебя, аури, — убил Сидхари мою последнюю надежду. — Хофман тебя обманул. Они пытались искусственно оплодотворить моим семенем других девушек. Знаешь, что с ними стало?
Пленник добивал меня словами жестко, говорил прямо.
— Они все сгорели до тла. Сразу после оплодотворения. Ни ведьмы и другие сверхсущества, не способны выносить моего ребенка…
— Ты им не сказал?
— Предупредил, но старый шакал не поверил, решил все проверить сам…
— Боже!
— Я тоже сгорю? Мгновенно? Успею хотя бы попрощаться с сестрой?
— Ты готова пожертвовать собственной жизнью… ради чего? — пленник с любопытством смотрел на меня, словно пытался понять все мои мотивы, и то что происходит у меня в голове.
— Да! — ответила не задумываясь. — Я все равно смертник… Мне терять нечего… А у моей сестры появится шанс на нормальную жизнь…
— А как же мой ребенок?