Страница 4 из 111
Глава 2
Наёмник шел весь оставшийся день и заночевал чуть поодаль от дороги. Развёл костёр, прикрылся плащом, расставив несколько самодельных ловушек и, конечно же, положил подле себя меч, а с восходом продолжил путь.
Далеко на востоке солнце окрасило горизонт огнём, а птицы в лесу начинали жизнерадостно щебетать, оглашая звонким чириканьем округу. По дороге брёл человек в пыльном походном плаще, который должен был быть черным, но от постоянного использования в качестве спального мешка сделался серо-коричневым. На спине дорожная сумка, но наёмник привык не сутулиться, чтобы не болела спина от долгих переходов. Несмотря на худощавость, сложен он был весьма крепко. В прошлом ему случалось быть ещё худее из-за скудной военной кормёжки, а сейчас порой он ещё грезил воспоминаниями о сытой зиме, проведённой в Гирланде. Несмотря на это, в его теле не было даже намёка на полноту. Грязные тёмно-русые волосы, доросшие уже до плеч, сотрясались при каждом шаге, а карие, достаточно глубоко посаженные глаза наёмника, на половину прикрытые веками, выражали сильную усталость и голод. Густые брови его немного выступали подо лбом, а широкие скулы, какие обычно и бывают у северян, были слегка испачканы дорожной пылью. С кончика прямого носа упала капля пота. Наёмник облизнул сухие губы и почесал давно небритый подбородок.
Он знал, что скоро должен достигнуть пункта назначения, а именно захолустной деревушки к востоку от Гирланда. Каждый шаг вселял надежду в сердце наёмника и вместе с тем повергал в отчаяние от того, что проклятая деревня никак не появлялась в поле видимости. Через некоторое время, когда Таринор уже начинал сомневаться, что идёт правильной дорогой, он увидел тёмную полосу вдали, которая по мере приближения оказалась деревянным частоколом высотой в два человеческих роста. На больших деревянных воротах висели гоблинские черепа, видимо, для устрашения. Жителям деревни, наверное, невдомёк, что гоблины от этого только злее становятся. Таринор дошел до ворот и сильно пнул их несколько раз. С той стороны послышался шум, после чего открылось небольшое смотровое оконце, и чей-то недовольный заспанный голос проворчал.
— Кто там ломится ни свет ни заря? Назовись!
— Я Таринор, наёмник. Слышал, у вас проблем невпроворот. Пришел помочь, если, конечно, заплатить сможете.
Раздался звук снимаемого засова и ворота приоткрылись ровно настолько, чтобы наёмник мог пройти. Протиснувшись, Таринор увидел, кто его впустил. Небритый стражник, опиравшийся на ржавую алебарду, оглядев мутным взором наёмника, водрузил обратно засов.
— Кажись, ты пришёл куда надо. Тут тебе точно найдётся работа. Вообще место всегда тихое было, но в последнее время люди спокойно жить не могут.
— В чём дело? — коротко спросил наёмник.
— А ты Бедобора спроси, старосту нашего. Вон там его дом. — Стражник махнул рукой в сторону большого здания, самого видного во всей деревне.
Наёмник с опаской двигался по пустым мрачным улицам меж покосившихся деревянных домов и неухоженных огородов. Пасмурное небо с кружащими воронами говорили о том, что деревня не зря носит своё странное имя.
Дом старосты выглядел внушительно и был настоящей крепостью на фоне остальных приземистых строений. Открыв массивную дверь, Таринор попал в просторный зал, где за крепким деревянным столом дремал маленький лысый мужчина в красном сюртуке. От звука шагов он проснулся и уставился на наёмника, уже стоявшего у стола.
— Кто такой будешь? Зачем пожаловал? — Протяжно зевнув, спросил лысый. — Я — Бедобор, здешний староста.
— Слышал я, у вас неладное творится, и решил, что вам не помешает помощь наёмника. Если, конечно, сможете её оплатить.
— Расходы, опять расходы.. — вздохнул Бедобор и потёр лоб. — И сколько же стоят твои услуги?
— Зависит от работы. Гоблины — по пять монет за рыло. Тролля убить обычно сотня серебром, если он не гигантский, конечно. — Произнёс наёмник.
— Сколько?! — Глаза старосты от услышанного сделались похожими на пару чашек. — Это же месячный оклад городского стражника! Даже двух! Куда тебе такие деньги?!
— Первым делом куплю еды, потом наточу меч и буду надеяться, что оставшихся денег мне хватит хотя бы на пару недель. Не забывай, что стражники живут в тёплых домах, а мне приходится странствовать по миру и жить чем придётся. Зато обычно я не задаю вопросов. И присягой не связан.
— Эх, твоя правда, наёмник. — Почесал в затылке Бедобор. — В общем, есть тут одно дельце..
— Я весь внимание.
Староста вздохнул и начал свой рассказ.
— В пару месяцев назад к нам в деревню пришёл маг. Назвался Мирениусом. Сказал, что из Вальморы, из Академии. Искал спокойное место, где он мог бы провести остаток жизни. Старый такой был маг, борода седая до колен, всегда в балахоне своём ходил. Поселился в домике прямо у частокола, откуда в прошлом году Том уехал. Люди к нему за помощью обращались: у кого хворь какая или рана — все к нему шли. Никому не отказывал. Когда зельями поил, а когда и просто совет добрый давал. Иногда на весь день уходил в лес, травы нужные собирал. Бывало, помощников с собой брал, но чаще один ходил. Однажды он из леса возвращался, а у ворот часовые с гоблинами бьются. Тут то он и показал, что не только зелья варить умеет: прокричал что-то и гоблины, штук двадцать их было, заполыхали, точно факелы, а несколько даже сразу на месте сгорели, только кучки пепла да ножи их кривые остались.. Ну ладно, вижу, ты хочешь знать суть дела. Так вот, на прошлой неделе в деревне тип один появился, сказал стражникам, что к магу, купить у него что-то хотел. Странный, скажу тебе, он был: с людьми не общался, в таверне в дальнем углу сидел, в плаще ходил, так, что лица не видно было. А через три дня Мирениуса нашли мёртвым в собственном доме.
— Так вы хотите, чтобы я вычислил того, кто убил вашего мага? — спросил Таринор.
— Да нет же! Мы сами дураки что ли? — Возмутился староста. — И гоблину понятно, что тот в плаще его и убил, иначе, зачем ему исчезать из деревни? Нет, у нас другая проблема. В доме мага после его смерти нечисть завелась. Не знаю, откуда и каким образом, но от неё нужно избавиться. Позавчера Отец Дормий попытался изгнать нечистую, но у него ничего не вышло. Сейчас он наверняка в храме, ожоги залечивает.
— Постой, ты сказал «изгнать их», а кого это «их»? — не понял наёмник.
— Ну.. Нечисть всякую.. — уклончиво ответил староста.
— И как же я с ними справлюсь, если даже ваш священник не сумел с ними совладать? Я наёмник, не экзорцист.