Тень железной руки

— Послушайте, — произнёс Альбрехт, — у вас нет ни единого шанса. Если вы признаете своё поражение сейчас, вы останетесь невредимы. В противном же случае..

Фолтрейн ругнулся и вытащил ногу из западни, маг в это время уже успел отойти на достаточное расстояние. Рыцарь встал, попытался сделать шаг и едва не споткнулся об очередной торчащий из земли камень. С каждым шагом у его ног появлялось новое препятствие, но он упорно продолжал идти вперёд.

— Рано или поздно вы оступитесь и вывихните себе лодыжку.

— Много болтаешь, старик, — прорычал Гильям Фолтрейн в ответ. На его обычно апатичном лице появилось недовольство, а брови над рыбьими глазами нахмурились.

Альбрехт сделал несколько резких движений рукой, и несколько увесистых камней с металлическим звоном ударились о кирасу рыцаря, оставив на ней заметные вмятины. Вдруг сир Гильям рванулся к противнику и, необычайно быстро для человека в доспехах, оказался совсем близко к нему, едва не поразив того мечом. Зрители ахнули. Маг успех сделать несколько шагов назад и выставить прямо перед собой своеобразную стену из вздыбленной земли.

В следующий момент рыцарь оказался отброшен этой же стеной с такой силой, что, пролетев с десяток футов, оказался на спине. Когда он с трудом поднялся, обе его ноги плотно завязли меж камней, так что он не мог сдвинуться с места.

— Имперский ублюдок! — вскричал рыцарь и отчего-то усмехнулся. — Расправлюсь с тобой, и твой братец сгниёт в темнице!

— Я предупреждал, — нахмурившись, произнёс маг, — но вы меня вынуждаете.

Он сжал кулаки, вскинул руки и бросил их в сторону рыцаря. В следующее мгновение со всех сторон в сира Гильяма полетели камни. Они разбивались о доспех, шлем и щит множеством мелких осколков, высекали из металла искры и оставляли вмятины.

Альбрехт сделал несколько изящных пассов руками и сформировал ком из земли и песка. Запущенный точно в забрало, он рассыпался облаком пыли, и в следующее же мгновение сир Гильям поспешил стащить шлем с головы. Протерев глаза от песка и отплевавшись, рыцарь сделал два шага вперёд, но камешки вновь устремились прямо в лицо. Вдруг он вскрикнул, бросил щит рядом и выплюнул что-то на латную перчатку.

— Зуб! Ты сломал мне зуб! — прорычал рыцарь. — Я тебе брюхо вспорю!

Однако маг сохранял хладнокровие и не сдвинулся с места. Метко запущенные камни попали сиру Гильяму в нос и полоснули по уху, заставив его взреветь, как дикий зверь. Он подобрал щит и ударил им по держащим его ноги каменным тискам. Камни почему-то раскрошились в щебень, а рыцарь ринулся в сторону мага.

Альбрехт удивился, но не растерялся, и в то же мгновение перед ним вновь вырос земляной вал. Он был ещё выше прежнего и нависал над рыцарем, будто крепостная стена.

— Я пытался не калечить вас, сир Гильям! — воскликнул маг. — Но теперь вижу, выбора нет. Я похороню вас. Прощайте.

Огромная масса земли и камня с грохотом обрушилась на рыцаря, и трибуны ахнули в ужасе. Подобная тяжесть должна наверняка погребла под собой любого, но, к всеобщему удивлению, сир Гильям лишь опустился на одно колено, держа над головой серебристый щит, с которого чёрными комьями осыпалась земля и осколки камня.

— Великий Дугматор.. — изумлённо прошептал Дунгар. До того гном переминался с ноги на ногу, внимательно следя за ходом поединка. Теперь же он застыл на одном месте, как вкопанный.

Сир Гильям опустил щит, протёр его рукавом, и окровавленные губы скривились в отвратительную ухмылку. Он сделал шаг вперёд, и маг удивленно попятился.

Альбрехт взмахнул рукой, вновь поймал ногу рыцаря в каменную ловушку, но тот сразу же разбил её краем щита. Полетевший прямо в лицо сира Гильяма камень ударился о серебристую полосу металла и тоже рассыпался крошевом.

Глядя на это, Дунгар побледнел и сделал шаг от ограды.

— Нет.. — в голосе гнома Рия впервые услышала неподдельный ужас. Он схватился за голову и попятился назад. — Не может быть.. Только не это..

— Что случилось? Дядя Дунгар?

— Эти полосы на щите! О, боги.. Что я наделал!

— Что с щитом? — Рия подскочила к гному и взяла его за плечи. — Объясни же наконец!

— Ох.. — глаза Дунгара бегали, он пытался собраться с мыслями. — Мы же привезли их из Могримбара. По заказу короля.. Дьявол! Кто же знал, что он использует их вот так..

— Что такого в этом чёртовом щите⁈ — вкрикнула Рия. — Соберитесь же!

— Серебряная сталь.. Её не берёт магия! Они оббили ею щит! Дьявол! Я чёртов старый болван!

Рия перевела взгляд с полных ужаса и горя глаз гнома на происходящее за оградой ристалища. Поединок переместился из середины ближе к краю, и теперь Альбрехт пятился спиной в сторону Рии и Дунгара.

— Но как вы.. — изумлённо проговорил маг. — Это же..

— Занятная штука, — произнёс сир Гильям, сплюнув кровь на песок. — Мне было интересно, сумею ли я победить мага без этого.. — он принял летящий булыжник на щит. — Наверное, просто потратил бы меньше времени. Пора заканчивать..

Произнеся это, он ринулся вперёд и ударил Альбрехта ребром щита в живот. Старик согнулся пополам, издав сдавленный стон, но в то же мгновение в лицо Фолтрейна устремился очередной камень. Рыцарь едва успел увернуться: на щеке осталась глубокая ссадина.

— Ненавижу вас, чёртовых колдунов, — проговорил он, оскалив зубы. — Заносчивые ублюдки.. Вы наделены силой с рождения. Вольны делать что угодно, и никто из простых людей вам не указ. Вы не заслуживаете этого. И ты не заслуживаешь!

Удар рукоятью меча пришёлся прямо в лоб Альбрехта. Рия рванулась к ограде, но Дунгар остановил её. Она кричала проклятья на родном языке, а из глаз текли слёзы. Происходящее казалось чем-то нереальным, безумием, кошмарным сном.

— Рано ты со мной попрощался, старик, — ухмыльнулся рыцарь перехватив меч поудобнее.

Кровь из рассечённого лба Альбрехта заливала глаза. Маг сжал кулаки, и из толщи земли вырвалось множество камешков. В мгновение ока они плотно облепили его руку наподобие латной рукавицы.

Фолтрейн ударил наотмашь. Маг успел поймать меч за лезвие, и на землю брызнули искры. Однако отступать уже было некуда. Альбрехт упёрся спиной в ограду, за которой Дунгар крепко держал за руку рыдающую Рию.

— Я заслужил это, — прохрипел Гильям Фолтрейн, взяв мага за плечо. — И это тоже, — добавил он, кивнув в сторону девушки. Трибуны замерли. Рия слышала только собственное безумно колотящееся сердце, а от пульса, казалось, вот-вот разорвётся голова.