Осколок

– А почему нет? Можем добраться по дороге до озера, посмотреть повнимательнее следы какие-то, хотя времени уж прошло… Есть ли толк? Либо можем отправиться к топям, где стоянок гоблинов больше, и тихонько… – она вновь с сомнением покосилась на дварфа, – посмотреть и послушать, что там творится. Но если Далур прав и гоблины увели людей для какого-то своего ритуала, шансы, что они ещё живы, очень малы. Если вообще есть. Никто не захочет кормить столько ртов просто так столько времени. Опять же – нас трое. Велик шанс не набрести на стоянку, тем более нужную. Тут, я надеюсь, ты нам поможешь. – Она вопросительно взглянула на Молчуна.

Он после короткой паузы кивнул.

– Далур, покажи-ка и нам табличку.

Молчун и Арди встали по бокам от дварфа и посмотрели на нацарапанную карту.

– Подними-ка чуть выше. Так, хорошо. Поле здесь. Озеро – здесь, мы – здесь. Топь и гоблины – где-то здесь. Значит, чтобы гоблинам заявиться к полю с этой стороны… – она водила поднятой рядом палкой по табличке, – им надо было обходить Каменную Топь с юга, потом идти по лесам, в которых охотятся местные, потом обогнуть поле по краю и лишь потом выходить к людям. Долгий путь. Да и зачем?..

Молчун покачал головой.

– …Другой же дорожкой – пройти по равнине с северной стороны посёлка. По равнине, просматриваемой со всех сторон, к тому же в хижине охотников всё время кто-то есть. Гоблины трусоваты, чтобы в открытую бродить у посёлка, когда рядом прекрасный лес. Остаётся последний вариант. Самый удобный и простой. Здесь. – Арди ткнула палкой в область к северу от дороги, расположившуюся между озером и хижиной охотников. – Предлагаю поискать какие-то следы там. – Она посмотрела на небо. – До сумерек ещё далеко, а как начнёт смеркаться – вернёмся в посёлок и поспрашиваем у Ингвара, где они там корешки свои выковыривали с сыном. Ну, пошли? Через час-другой будем на месте.

Молчун уверенно кивнул и поправил мешок за спиной.

– Годится! – Далур помедлил и тут же добавил: – Но сначала я… в кусты.

– У тебя всё нормально? Что-то ты зачастил, – поинтересовалась Арди.

– Молоко, наверное… Погодите пару минут, а то ищи вас потом по всему лесу!

Продравшись через стену веток и листьев, Далур достал из внутреннего кармана плоский камень и пристально в него вгляделся. Что-то поскрёб кинжалом, чуть полил из пузырька. Долгое время ничего не происходило, но наконец камень потеплел. Руна работала. Далур облегчённо вздохнул, спрятал камень в скрытый карман и широкими шагами двинулся обратно.

– Я тут что подумал, – сказал, возвратившись к спутникам. – Может, нам всё-таки взять с собой пару охотников проводниками? Да и глаза не лишние. Как и луки, если столкнёмся с гоблой. Нет, я не боюсь! – поспешно добавил он. – Но это будет, хм-м, надёжнее. Как отбить пленников у целой шайки втроём? Сталь ведь под любой доспех дорожку найдёт. Скольких я убью, прежде чем это случится? Глупо будет так умереть. И людям не помочь, и самим сгинуть. Я-то дома насмотрелся на зелёных. Маленькими группами они не ходят. Мы их били, но втроём будет непросто. Ещё и среди этих проклятых веток, где они как рыба в воде.

– А впятером, думаешь, будет проще? – усмехнулась девушка и ободряюще улыбнулась. – Не переживай, Далур, мы не на войну с ними идём. Только в крайнем случае и только чтобы отступить. По поводу поисков… Молчун сказал, что у него есть способы поиска быстрее и тщательнее, чем помощь охотников. Тут уж доверимся ему. Да и если охотники наткнутся на гоблинов, вряд ли живыми уйдут. Так будет лучше, Далур, не сомневайся. А теперь вперёд, у нас не так много времени.

* * *

Почти сразу они разделились. Арди забрала севернее и исчезла в зелёном океане. Далур же последовал за Молчуном. Там, где человек ловко втискивался в прогал меж веток, широкоплечий дварф был вынужден продираться с треском. Он громко сопел и выплёвывал ругательства. Деревья в ответ лишь настойчивее цеплялись за дварфа.

Время от времени Молчун кричал птицей и замирал, вслушиваясь в лес. Арди отвечала ему откуда-то издалека, и все шли дальше. Комары настырно лезли в лицо Далуру. Он размахивал руками, гневно таращил глаза на противных насекомых и дёргал себя за бороду. Если это их и пугало, то комариная память короткая – они раз за разом возвращались.

Наконец Молчун остановился, трижды прокричал птицей, дождался ответного сигнала и повернулся к дварфу.

– Арди придёт до заката. Нужна твоя помощь. Ничему не удивляйся и просто охраняй меня. Вдруг кабан какой или медведь. Мне нужно будет всё моё внимание, я не смогу отвлекаться ни на что. Будет дело плохо – дай пару оплеух. – Он взглянул на большие кисти дварфа и, усмехнувшись, добавил: – Только не от всей души. Очухаюсь. Ничему не удивляйся. Птиц и мелкую живность не тронь. Ты поймёшь.

Далур с прищуром посмотрел на человека и кивнул. Незаметным движением выхватил секиру из-за пояса и снял щит со спины.

– Надеюсь, не пригодится, – улыбнулся натянуто Молчун.

– Не пригодится – уберу. А пригодится – вот оно, готовое.

Мужчина бесшумно приблизился к старому дереву с толстенным стволом. Постелил на землю плащ, сел на него и положил увесистую дубинку перед собой. С негромким хрустом повёл плечами, задумчиво потёр изувеченное ухо и посмотрел вверх, на кроны деревьев. Закрыл глаза, глубоко вздохнул и замер.

Далур стоял неподалёку, с интересом наблюдая за Молчуном. Постепенно дыхание человека замедлилось. Долгое время ничего не происходило, и дварф решил было, что тот просто уснул, но потом на дубинку перед Молчуном села птица. Она немного посидела, глядя на Молчуна, наклонила голову, чирикнула и упорхнула. На её место вскоре прилетела другая. Потом третья. И ещё одна, а затем две сразу. Сердце не успевало ударить двадцать раз, как очередной пернатый приземлялся на дубинку Молчуна, чтобы посидеть и улететь.

Бесконечная череда птиц всех мастей и размеров, несколько белок, песцов…

Заросли вокруг Молчуна полнились шорохами и криками. Далур крутил головой и ругался вполголоса. Дварф пытался всматриваться и вслушиваться в лес, старался найти опасность, но в такой обстановке это было невозможно. Неба за кронами было почти не видно, кроме совсем небольших лоскутков, и Далур уже потерял счёт времени, когда поток посетителей вдруг иссяк.

Молчун продолжал сидеть. Его можно было принять за невероятно реалистичную статую, Далур видел такие в Королевских Залах у себя дома. Камень выглядел мягким и тёплым, а лица – живыми. Молчуна выдавало редкое глубокое дыхание.