Страница 48 из 59
Глава 31
Майя
— Догоняй! — голос Яси колокольчиком разносится по всему дому.
Утро тут же наполняется звонким детским смехом, счастливыми визгами и топотом маленьких ножек. Такого эти стены никогда не слышали.
Яся врывается в нашу с Каином спальню и кидается ко мне.
— Мамочка, спрячь меня! — хихикая, дочь забирается под одеяло и жмется ко мне.
А я перекатываюсь набок и, подперев щеку, наблюдаю, как Каин, крадучись, заглядывает в спальню.
В нашу спальню.
Это даже звучит до сих пор не то, что непривычно, а…противоестественно.
Иногда мне кажется, что я вот-вот проснусь.
Что все это окажется красивым сном.
Потому что всё ещё трудно поверить, что этот сильный, опасный и суровый мужчина — мой.
Наш с Ясей.
Что у дочери есть отец.
Настоящий. Родной.
Самый лучший на свете.
Я наблюдаю за Каином всю неделю. Все опасалась и ждала подвоха. Я была уверена, что этот день очень скоро наступит.
Думала, гадала, когда же молодому отцу надоест. Когда важные дела города поглотят его с головой, и все чаще будут звучать слова «Потом», «Позже», «Я занят», «Давай в другой раз» и «Поиграй пока сама, я потом присоединюсь».
И каждый новый день только разрушает мои страхи.
Каин очень старается.
Он стал вставать намного раньше. Душ, крепкий кофе, закрывается в кабинете и занимается важными вопросами, освобождая время.…для Яси.
Утро — это только их время. Каин не просто дает мне доспать, а настаивает на этом. И хоть для меня это дико и непривычно — делить ответственность за своего ребёнка с кем-то, я уступаю.
Потому что знаю, что это нужно им двоим.
Они знакомятся и привыкают друг к другу. И я не должна мешать этому сближению.
Каин сам кормит ее завтраком, они болтают обо всем на свете, и молодой папочка ненавязчиво вытягивает из дочери разные «секретики». Потом час или полтора они играют. Как правило, на улице, чтобы не беспокоить мой сон, но сегодня накрапывает дождь, и все игры были перенесены в дом.
— Где же моя Яся? — нарочито громко произносит Каин. — Где же ты спряталась?
Дочь хихикает под одеялом, тихонько выглядывая из своего укрытия. Каин поворачивает голову на звук, и наши взгляды встречаются.
— Мы тебя разбудили? Извини, погода не очень…
— Все в порядке. Давно пора вставать. Тебе, наверно, нужно ехать по делам…
— Не-а, — сообщает радостно, по-мальчишески улыбаясь. — Я вчера разгреб все дела, и сегодня у меня выходной. Впервые за…три года.
От удивления я даже сажусь на постели.
— Ты три года не отдыхал? Серьёзно?
— Не до этого было, — пожимает плечами Каин, медленно, бесшумно подбираясь к кровати. Прижимает указательный палец к губам. — На мне слишком большая ответственность. И такая высокая занятость не позволяла мне думать о лишнем и творить всякую хрень.
Киваю, вновь ощущая болезненный укол в сердце. Все же какой он сильный…В одиночку пережить такую страшную потерю сразу двух близких и любимых, при этом не потерять себя и не потерять город…
Это невероятно.
Я бы так точно не смогла. Я бы легла прямо рядом в могилу, и хоть живьем закапывайте.
— Ага, попалась!
С победным возгласом Каин сдергивает одеяло. Яся визжит так громко, что у меня звенит в ушах. Папа подхватывает ее на руки, крепко обнимает, невесомо и мимолетно оставляя поцелуй на макушке, что трогает меня почти до слез.
Этот мужчина очень изменился после появления дочери в его жизни. Яся, сама того не зная, вытащила наружу настоящего Каина, которого этот мужчина похоронил и закопал глубоко внутри себя.
Оказывается, он нежный, очень заботливый и чуткий. Предупреждает каждое наше желание и старается окружить счастьем и одеть в любовь.
При каждой удобной возможности этот мужчина обнимает и целует дочь. Осторожно, будто боится спугнуть.
То же самое происходит со мной. Он постоянно касается меня. Мимоходом. Неосознанно. Ладонь на спине или талии. Пальцы в волосах. Поцелуй в висок.
Даже во сне Каин находит меня рукой и перетягивает на свою сторону кровати. Словно он до сих пор не верит, что мы с Ясей — настоящие. И боится, что кто-то может нас отнять.
— Ну, что, девочки, что сегодня будем делать?
— Я хочу мороженое! — тут же выкатывает свое требование принцесса, садясь верхом на отца.
— Мороженое…, - он делает вид, что задумался. — А что мама скажет?
— Немного и только после каши!
— А мы уже кушали кашу, правда? — подмигивает Каин.
— Правда, — серьёзно кивает дочь. — С клубникой и малиной.
— Ох, и балует тебя па….
Осекаюсь.
Мы не обговаривали этот момент. не обсуждали, когда скажем Ясе правду. Как-то единогласно оба решили повременить с этим. Дать всем нам привыкнуть, и дать время Каину решить свои вопросы.
Но каждый раз слово «папа» так и норовит сорваться с языка. И это кажется таким естественным. Правильным.
— Мама! Вставай! — Яся буквально толкает меня. — Скорее! Я хочу мороженое!
Приходится подчиниться. Я принимаю душ, одеваюсь, и на завтрак Каин вывозит нас в центр.
Пока Ясе готовят супер-огромное мороженое в вафле в виде единорога, она с восторгом отправляется на батуты. А я ощущаю неприятный холодок по спине.
Будто кто-то неотрывно следит за мной.
Замечаю суровых спортивных ребят неподалеку, что вертят головами на триста шестьдесят градусов и постоянно бросают на нас взгляды. Они делают вид, что разговаривают между собой, но слишком внимательно следят за каждым нашим движением.
— Спокойно, это наша охрана, — поясняет Каин, поймав мой встревоженный взгляд. — Нам ничего не угрожает. Просто так надо. Для моего спокойствия.
— Я хотела спросить…Когда ты закончишь свои дела? Когда выйдешь из этого всего?
Мужчина слегка мрачнеет. Становится серьёзным и невольно начинает поглаживать кожу на внутренней стороне запястья.
— Я постараюсь сделать все возможное, чтобы это произошло как можно раньше. Но ты должна понимать — это не так просто. И не делается за один день. Мне нужно найти преемника, как минимум. Передать ему дела. Согласовать это наверху… Давай не будем об этом. Я обещал завязать, и я это сделаю. Просто поверь мне.
— А разве не ты самый главный? — удивленно вскидываю брови.
— Нет, — усмехается, обнимая меня за плечи. — Над самыми главными есть те, кто внимательно следит за всем порядком. И как правило, они всегда в тени, и никто о них не знает.