Страница 7 из 87
Девушки уже были заняты обоюдным поединком, а потому Анлуриин вызвала на спарринг сразу двух парней, вежливо склонивших голову, при виде подошедшей к ней будущей жрицы. Она не помнила, как их зовут, да и не слишком и хотела знать их имена, хотя один из них явно ей недавно попадался где-то в коридорах дворца и проводил следом, как она интуитивно почувствовала, явно заинтересованным взглядом. Оба они были вооружены шпагами, с накрученными на концах лезвия шариками, что говорило о том, что это оружие тренировочное, а не боевое. Анлуриин выбрала со стойки пару длинных, искривленных кинжалов, недостаточно длинных для того, чтобы называться саблями, но значительно длиннее ее утреннего, ритуального оружия.
Пару минут они лишь обменивались оценочными ударами, кружась в тройственном хороводе переступов и обманных финтов. За это время ей уже стало ясно, что один их них идет по пути воина, а второй – скорее хозяйственник, чем маг, потому как иначе, он был бы, скорее всего, вооружен жезлом или посохом. Оба неплохо владели оружием, хотя второй все же был немного послабее. Именно он и стал, поэтому ее первой жертвой, когда она, поднырнув перекатом под глубокий выпад первого, заблокировала одним из своих кинжалов защитный удар второго и от души резанула обе его ноги по икрам своим вторым оружием, оказавшись неожиданного для того, сзади.
Подняв вверх шпагу, условно раненный, причем достаточно тяжело юноша, выбыл из боя, и ей тут же стало совсем неинтересно. Ее противник был неплох, но и только. Она же, словно дикая, хищная кошка, скользила вокруг него и уже трижды касалась затупленной кромкой своего тренировочного кинжала то ноги, то руки противника, не позволяя ему даже приблизиться своей шпагой к ее гибкому и верткому телу. Да и сам юноша, давно уже не помышлял об атаках, все свое внимание, уделяя своей, трещавшей по швам обороне, стремясь уйти или парировать ее молниеносные атаки, сыпавшиеся на него, буквально со всех сторон, причем практически одновременно. Она даже успевала мельком увидеть широко открытый в изумлении, от ее скорости и грации стремительного перетекания из стойки в стойку движений, рот выбывшего в самом начале боя противника, заворожено застывшего в полном изумлении от подобного великолепного зрелища.
Недаром ее баллы в интернате по всем гимнастическим, физическим и боевым дисциплинам были «феноменально». Она, как живая вода, скользила, обтекала своего гораздо более медленного противника, неуловимо перемещалась, изгибая и выворачивая свое тело в немыслимых по гибкости и скорости движениях, размытых и недоступных, для отслеживания их, не тренированному для этого специально взору. Наконец, чуть утомившись, причем, скорее, от собственных гимнастических изысков боя, чем от трудностей вызванных не слишком высоким мастерством ее противника, девушка очередным своим молниеносным движением поднесла к горлу юноши кинжал, тем самым останавливая, итак совершенно неоправданно затянувшийся поединок, который в самом конце, перешел уже в совсем откровенный фарс, с ее стороны.
Побежденные юноши синхронно отдали ей воинский салют и занялись продолжением своего спарринга, от которого отвлекла их, пришедшая в зал красавица Анлуриин. А она быстро заглянула в душ, а затем сразу отправилась в обеденный зал, предпочтя сегодня принять ужин в общей трапезной, уединению в своих покоях, куда она вполне могла себе позволить вызвать слуг, с заказанными на свой выбор блюдами.
Лане еда еще долго не понадобится. Паучиха принимала пищу не чаще раза или двух в неделю, подолгу переваривая каждый свой обильный обед. Сегодня, плотно поев, она будет спать не менее суток, а завтра можно будет отправиться с ней на прогулку, и даже при желании прокатиться на ней верхом, благо она, как и сама Анлуриин, значительно подросла за эти годы. Прошло уже почти девять лет с тех пор, как они обе, будучи детьми, в последний раз вместе катались, распугивая домочадцев своими диким спринтами, несясь тандемом по совершенно для этого не предназначенным залам и коридорам, их огромного, шикарного дворца.