Страница 35 из 87
Глава 11. Путь Войны
Выстроившиеся на плацу перед казармами, бойцы Дома Миззрим, служащие под началом Найл’лота, дружно вскинули в салюте вверх правую руку. Затем они склонили головы, приветствуя появление жрицы, в белоснежной мантии, бодрым, пружинящем шагом, появившуюся из коридора и направившуюся в расположении войска. Сам офицер Найл’лот, стоял чуть впереди много шеренгового строя, отдавая соответствующие церемонии приказы.
По прошествии недели, уже ничто не свидетельствовало о том наказании, что он подвергся от нее при последней их встрече. Но судя по застывшим в очевидном напряжении лицам воинов, весть о нем, широко распространилась среди его подчиненных. Да и не могли ожоги от священного огня пройти за один день, сколько лечебных мазей и заклинаний не накладывай на пострадавшую от него кожу. А скрываться перед своими бойцами в те дни, он даже и не собирался.
Анл’луриин остановилась в пяти шагах от парадного строя, кивком головы приветствуя собравшихся перед ней воинов. Ее спокойный, размеренный, певучий голос наполнил собой громадное, сводчатое помещение, являющееся расширенным рукотворно гротом, в пару сотен шагов диаметром. Ее краткая молитва, соответствующая случаю и прославляющая Путь войны, звучала как песня, благодаря глубоким, бархатным обертонам, ее сильного голоса. Особенно глубоко, она затронула вопросы дисциплины и долга воинов, возвысив на нужных моментах своей речи, произносимую службу на пару тонов. Понимавшие причины этого, видимо Найл’лот провел соответствующую беседу, бойцы, еще ниже опустили свои головы, признавая за собой вину, повлекшую за собой справедливое наказание их офицера, от жрицы.
— Я верю в то, что наши славные воины, полностью готовы к Походу, когда бы его ни назначили! – Звонко прокричала жрица, в конце своей речи.
— Дааа! – Раскатисто и дружно ответили ей дроу.
— Я знаю, что воины Миззрим – лучшие бойцы среди всех Домов!
— Дааа! – Снова прокатился дружный рев сотен луженых глоток.
— Я благодарю нашу богиню за то, что она следит за своими сыновьями и дочерями и не оставляет нас в трудную минуту!
— Слава Л’лос!!! – Рев голосов на этот раз заставил дрожать каменный свод.
Улыбнувшись воспрянувшим после такого единения воинам, она протянула к ним правую руку, в жесте общего благословения. Повинуясь ему, все как один, бойцы упали на колено, принимая благодать богини, истекающую из ее ладони, видимым только магическим зрением ручейком. Но эффект от него был ощутим всеми, и девушка видела, как расправляются плечи и поднимаются головы встающих с колена бойцов, а счастливые улыбки расцветают на их лицах. Приготовившиеся к суровой проповеди и возможному наказанию дроу, неожиданно почувствовали вместо этого любовь богини, которую им принесла эта хрупкая, тонкая, молодая жрица. В их глазах читалось искреннее восхищение, но отнюдь не от ее красоты и сексуальности, а от благости, что пришла вместе с ней, от благодати, которую она вложила своими чистыми и ясными для всех словами, в их черствые и закостенелые от постоянной муштры души.
Найл’лот улыбался вместе со своими подопечными, лучистыми от радости глазами глядя на преобразившуюся Анл’луриин, дарящую им благодать самой богини. Ее светящиеся мягким, фиалковым цветом глаза, так разительно отличавшиеся от свирепо жарящего его пламени в каморке лекаря, сейчас, словно обнимали всех своим обволакивающим светом, касаясь каждой души, стоящих перед стройной жрицей, рослых, грубых бойцов. И они, своими распахнувшимися вдруг душами, таяли перед ней, расплавляясь воском, но не от яростного ее пламени, а от благих слов, которыми она одарила каждого, проникая в самые потаенные уголки их суровых и не самых простых сознаний.
— Великолепная служба, жрица! – Проговорил он, как только они остались одни, уйдя с плаца в тренировочный зал казармы. – Прости меня за мои опасения и излишнее нагнетание обстановки.
— Не надо недооценивать силу жриц. – Строго глянув на офицера, размеренным тоном отчеканила Анл’луриин. – Недаром именно жрицы возглавляют войско, а не офицеры.
Найл’лот смиренно склонил голову, соглашаясь с ней. Девушка скинула с плеч на его руки свою каноническую мантию и, оставшись, как обычно, в своей минималистичной экипировке, прошла к стойке с оружием и вытащила на свет свои любимые сики. Крутанув их в запястьях, оценивая тяжесть и баланс, Анл’луриин кивнула, становясь в боевую стойку.
Четыре часа тренировки пролетели незаметно, оставляя только обильно заляпанный потом пол, причем лило в основном с не такого уже молодого офицера. Девушка лишь разгорячившись, велела ему пока посидеть в сторонке, а сама размотала поочередно в спаррингах двух его бойцов, как говорится – в одну калитку. Только после этого она, забежав на пару минут в душ, покинула расположение воинов, направившись на очередную лекцию в храм, где оттачивала уже совсем другое своё искусство.
Ее ежедневные посещения казарм не остались незамеченными. Спустя пару недель, к молодой жрице подошла, весьма двусмысленно улыбаясь Фел’линдирра, одна из двух старших жриц, возглавляющих Путь войны.
— Анл’луриин, что-то ты зачастила в казармы к нашим бойцам. Приглянулся кто-то из крепких молодых воинов? – Улыбка на ее губах расползлась всё шире, и девушка сразу заметила, насколько та отличается от скрупулезно отмеривающей мимику своего лица, ее матери.
— Провожу тренировки владения холодным оружием. – Молодая жрица вежливо склонила голову, перед вышестоящей по иерархии дроу.
— Неужели? И как успехи? – Улыбка ее немного померкла, но оставалась еще видимой.
Анл’луриин подняла взгляд и тут же заметила холодок, сквозивший ощутимым сквозняком из глаз старшей жрицы. Улыбка ее была лишь ширмой, а интерес, скорее ощущался в чем-то совсем ином. Задумавшись о возможных причинах ее такой заинтересованности, она не сразу ответила на заданный вопрос, и тут же отметила нетерпение, скользнувшее тенью во взгляде Фел’линдирры.
— Успехи есть, но мне требуется больше времени, – наконец, вымолвила она.
— Если бы ты побольше занималась, и поменьше читала проповеди, то процесс пошел бы лучше!