Страница 27 из 87
— Я внимательно оценила тебя, отметив твою стойкую и смелую душу. Ты заслуженно именуешься гордым титулом «Истинная илитиире» и вполне достойна моего внимания и даже частички моей милости. А потому мне нужно, чтобы ты выполнила мое небольшое, но крайне важное поручение. – Проговорила она неожиданно мягким голосом, но отчего-то, по спине пытавшейся сесть девушки, вниз пробежала целая стайка из ледяных и по ощущениям, царапающих ее кожу изнутри, злобных мурашек.
— Приказывай, госпожа! – Произнесла Анл’луриин, пока еще не слишком слушавшимся ее голосом, в мелодии которого, она всеми силами старалась не допустить даже малейшей неуверенности, а тем более дрожи.
Богиня улыбнулась ей поощряющей улыбкой, от вида которой, та же стайка мурашей, продефилировала уже обратно, направляясь к шее девушки, вновь замораживая ее мышцы спины, до полной окостенелости. Словно не заметив ничего такого и резко погасив свою ослепительную улыбку, Л’лос стала сразу серьезной, и более подробно пояснила высказанное ею ранее поручение:
— Тебе необходимо согласиться на пост жрицы, а вскоре, именно тебя, старая Сабал’л назначит уже старшей жрицей, взамен неожиданно скончавшейся Фел’линдирры. – Верховная богиня в этом месте своей фразы, метнула на, уже сидевшую на камне девушку, свой молниеносный взгляд, а не заметив ни тени эмоций, на лице внимательно слушавшей ее дроу, удовлетворенно хмыкнула и продолжила:
— Ты станешь отвечать за всех воинов Миззрим, который вскоре после этого выступит в Поход. Ты должна будешь отправиться с ними и даже возглавить сборное, из семи правящих Домов, экспедиционное войско. Целью выхода на поверхность – станут люди. Вам нужно будет проучить одно из близлежащих к Пещере, небольших королевств, на территории которого есть забытый и давно заброшенный храм моей непутевой дочурки Эйлистри. Соседствующие с королевством людей эльфы, одного из Домов Реки, решили восстановить его, чтобы этим возродить ее из забытья, позабыв испросить на то моего разрешения. Эти вечно сующие не в свое дело, наши светлые родственнички, уже заключили договор с местным королем. Разрушь этот храм, Анл’луриин, а главное – уничтожь сам алтарь, который еще теплится благодаря остаткам былой Силы, моей давно павшей в бездну Тартара дочери. Сделай это до того, как светлые эльфы станут готовы возродить богиню Эйлистри.
По мере произнесения этой длинной тирады, параллельно нарастанию накала страстей, глаза Л’лос наливались красным сиянием, от которого на запястьях девушки сначала нагрелись, а затем и лопнули путы. Холодный сквознячок, поначалу разговора еще овевавший ее обнаженное тело, теперь сменился жаром неистового гнева богини. Ее Сила, обжигала своим раскаленным дыханьем темную кожу девушки.
Следом за руками, очередные лопнувшие от жара путы, освободили и стянутые ими лодыжки Анлуриин, и та смогла наконец-то спрыгнуть с жертвенного алтаря, встав, как это и подобает, во весь свой рост, перед верховной богиней своего народа.
Я всё сделаю, даже не сомневайся! – Голос девушки окреп, и теперь в нем не было даже малейшего намека на слабость или дрожь.
Богиня, чуть притушив льющуюся из глаз Силу, милостиво кивнула Анл’луриин, и взмахом тонкой, изящной руки отпустила ее, полностью потеряв интерес к дальнейшему разговору. Миг давящей на разум темноты.. и перед вновь прозревшими глазами Анл’луриин, чертоги прекрасной, но грозной богини, сменились практически тем же самым антуражем, но уже в родном ей храме Миззрим.
Анл’луриин обнаружила себя в ритуальном зале, стоявшей у жертвенного камня. Впереди, над алтарем, постепенно угасало яркое, еще не до конца потерявшее жар, кровавое сияние рубиновых глаз статуи Л’лос, а многочисленные аколиты, уже со всех ног бежали к почему-то вдруг погасшим повсеместно, во всем огромном храме, магическим шарам его архитектурной подсветки.
— Значит, ты теперь зовешься Анл’луриин.. – задумчиво проговорила, невесть откуда, совершенно внезапно, появившаяся за спиной девушки Сабал’л. – Поздравляю тебя с прохождением Ритуала.
Анл’луриин, еще не отошедшая от предыдущего разговора, задумчиво кивнула верховной жрице, заметив краем глаза, как та, быстрым и почти незаметным, для нетренированного глаза движением, смахнула куда-то в складки своей мантии, обожженные и оплавленные обрывки волосяной веревки, лежавшие на поверхности жертвенного камня, возле которого они сейчас обе стояли.
Сабал’л мельком глянула при этом на девушку, но тут же отвернулась, потому что прямо над ней, вновь зажегся стационарный магический шар, на краткий миг осветившей ее лицо, которое она тут же отвернула в тень. Но Анл’луриин, славящаяся своей быстрой реакцией, а так же отличной способностью увидеть и запомнить даже мелькнувшее на мгновение изображение, все же успела заметить причину такой нелюбви Сабал’л к яркому освещению. Через всю правую щеку верховной жрицы, сверху вниз, проходили три глубоких шрама от острых паучьих коготков, характерно выделяющиеся на гладкой, обсидиановой коже дроу, своими безобразными, и явно не заживляемыми, хоть и чуть подсохшими, тонкими, кровавыми бороздами.
— Гнев Л’лос, иногда бывает достаточно жесток! – Проговорила Сабал’л тихо, а затем добавила с горечью в голосе. – Даже для самых верных и преданных ей жриц.
— Давно? – Так же тихо и совершенно безэмоционально спросила Анл’луриин, внутренне почувствовав, что пока не закончилось волшебство этого момента, они находятся с главой Дома на равных.
— Скоро будет уже шесть лет. – Верховная жрица вздохнула и попыталась было уйти, но затем притормозила, словно вдруг вспомнив о чем-то важном. – Наша Богиня что-то сказала, о чем я должна знать?
— В этом храме, с этого момента, появилась новая жрица богини Л’лос. – Не повышая градус эмоций, практически прошептала девушка. – А затем, не знаю точно через сколько именно времени, ты назначишь меня на место Фел’линдирры.
Сабал’л вздрогнула, как от удара и, не отрывая вспыхнувших было в гневе, нестерпимым синим сиянием глаз от лица, стоявшей перед ней Анл’луриин, готовая сурово наказать, ведущую столь неподобающие речи девчонку, смеющую ей что-то приказывать, как вдруг закрыла их и только спустя полминуты, вновь открыла.