Скрытые воды

Глава 39

Адди

От пристального взгляда Беккета, когда он говорил, я начала беспокойно переминаться на месте. Это было слишком. А его слова намекали не только на настоящее. В них звучало навсегда.

А мне опасно было надеяться на навсегда. Для меня это никогда ничем хорошим не заканчивалось. Ни с мамой, ни с Эверли, ни с кем-либо, кто был мне по-настоящему дорог.

Я шагнула назад.

— Я найду уборную. Вернусь через секунду.

Я пробралась сквозь толпу прежде, чем Беккет успел ответить. Группа как раз вернулась после перерыва, так что очереди в туалет не было. Я проскользнула внутрь, едва оттуда вышла другая женщина, и заперла за собой дверь.

Я уставилась на себя в зеркало. Под безупречно нанесенным макияжем я немного побледнела. Я открыла холодную воду и на минуту подставила под струю руки. Они дрожали под водой.

Мне не нужны были эти проблески навсегда от Беккета. Потому что если он мне этого не пообещает, я не буду злиться, когда он уйдет. Смогу сохранить нашу дружбу и не ожесточиться. Но если я правда позволю себе надеяться на завтрашний день с ним и еще тысячи дней после, меня раздавит, если он уйдет.

Я намочила бумажное полотенце прохладной водой и отжала его. Потом приложила к шее сзади. Сегодня. Вот все, что имело значение. Нам даже завтрашний день никто не обещал. Я не позволю себе туда заглядывать.

Я бросила полотенце в мусор и вышла за дверь. Девчонка, которая выглядела слишком юной для бара, юркнула в туалет за моей спиной, а я пошла по коридору. Там было темно, но неоновые вывески разных сортов пива и крепкого алкоголя освещали стены. От этих вывесок пространство заливало теплым сиянием.

Передо мной возникла крупная фигура. Еще несколько шагов — и лицо проступило из темноты. Во мне все окаменело.

Я открыла рот, чтобы закричать, но опоздала. Уолтер двигался куда быстрее, чем можно было ожидать от человека его размеров. Его кулак взлетел и ударил меня в висок.

Перед глазами вспыхнул свет, а потом он уже тащил меня к черному выходу. Мое тело безвольно обвисло на нем. Я боролась с мутной пеленой, которая пыталась утянуть меня под воду. В памяти вспыхнули глаза Беккета. Их напряженность. Шепот о навсегда.

Я впилась ногтями в руку Уолтера и закричала. Он зажал мне рот ладонью и толкнул дверь.

— Ты заплатишь за все, через что заставила меня пройти. И я насладюсь каждой секундой.

К горлу подступила желчь, но я не перестала сопротивляться. В голове эхом прозвучало напоминание Беккета: защищаться всем, что у меня есть. Я впилась зубами в руку Уолтера так сильно, как только могла.

Он разразился потоком ругательств и на долю секунды ослабил хватку. Я вырвалась, хотя мир вокруг расплывался.

— Ах ты сраная сука!

Он рванулся вперед, одной рукой вцепился мне в шею, а другой начал рвать платье. Его пальцы сжали мою грудь, больно, грубо.

Паника перехватила горло. Этого не происходило. Не могло происходить. Я царапала лицо Уолтера, пытаясь добраться до глаз, но по краям зрения сгущалась темнота.

— Эй! — крикнул кто-то за нашими спинами. — Отпусти ее!

Уолтер дернулся на крик, отпустил меня и бросился к двери.

Я рухнула на пол, хватая ртом воздух.

— Черт, ты в порядке? — спросил мужчина.

Я отползла, когда он положил руку мне на плечо.

Он поднял обе ладони.

— Прости. Я…

Его слова оборвались, когда по коридору рванули Хейз и Беккет.

Беккет опустился передо мной на колени, обхватил мое лицо ладонями.

— Адди. Посмотри на меня.

Я несколько раз моргнула, пытаясь вернуться к себе. К Беккету. Я попыталась запахнуть на себе разорванный лиф платья.

— М-мне нужен душ.

Я хотела стать чистой. Стереть воспоминания, которые терзали мозг.

Беккет скинул фланелевую рубашку и укутал меня в нее, пока Хейз засыпал мужчину, помогшего мне, вопросами.

— Уолтер, — прохрипела я и указала на дверь.

Глаза Хейза стали жесткими. Он сорвался с места и выбежал за дверь, на ходу доставая телефон.

В лице Беккета было одно сплошное опустошение, когда он поднял меня на руки.

— Я держу тебя.

Он понес меня по коридору и сквозь толпу. Люди смотрели. Мое лицо горело.

— Что случилось? Адди, ты в порядке? — Эверли прорвалась сквозь толпу, а за ней шли Хэдли и Калдер.

— В-норме.

Но это было не так. В детстве для меня слова «нет» никогда не существовало. У меня не было выбора, когда речь шла о приказах отца. Или о людях, которые на него работали. Я могла только согласиться и сделать все быстро. То же самое было бы, если бы он выдал меня за Уолтера Крише.

Меня начало трясти. Я пыталась заставить тело остановиться, но оно не слушалось. Я видела только этого мужчину. Чувствовала на себе его руки. Представляла, каково было бы, если бы меня отдали ему.

Беккет выругался себе под нос и крепче прижал меня к себе.

— Я отвезу ее домой. Скажите Хейзу.

А потом он двинулся вперед. Толпа расступилась, и я спрятала лицо у него на шее, не желая видеть чужие взгляды. Меня все никак не переставало трясти.

Хлынули холод и тишина. Улица. Я втянула свежий воздух в легкие, надеясь, что он вычистит из меня все это.

Позади послышались шаги.

— Я поведу твой пикап. Калдер поедет следом.

Беккет лишь глухо буркнул в ответ. Мы дошли до машины, и он осторожно поставил меня на землю, передавая Хэдли ключи.

— Я тебя подниму, ладно?

— Я сама.

Я начала забираться на заднее сиденье, но рука Беккета уже обхватила меня за талию. В следующее мгновение мы оказались внутри, и Беккет усадил меня к себе на колени. Пока мы ехали, никто не произнес ни слова. Я пыталась сосредоточиться и унять дрожь в мышцах, но тело не слушалось. Меня била крупная дрожь, и Беккет крепче прижал меня к себе.

— Сейчас согреем тебя.

Мы почти мгновенно вернулись к дому на ферме. Беккет вынес меня из пикапа и понес к дому. Хэдли побежала вперед, отперла дверь и отключила сигнализацию. Беккет не остановился. Он поднял меня наверх и внес в свою ванную.

Он опустил меня на табурет рядом с ванной и включил воду. Потом присел передо мной на корточки и обхватил мое лицо ладонями.

— Я пойду запру дверь за Хэдли. Сразу вернусь.

Мои руки метнулись вперед и вцепились в рубашку Беккета.

— Не оставляй меня.

Стыд накрыл меня сразу, как только слова сорвались с губ. Мне было страшно остаться одной. Будто только Беккет удерживал чудовищ на расстоянии.

Он выругался, но притянул меня к себе.

— Ладно. Не оставлю.