Страница 19 из 153
Провела пальцами по холодной стали.
— А вкус можно менять?
— В каком смысле?
— Добавлять что-то.
— Можно ароматизировать готовое масло. Можно совместно перерабатывать оливки с определёнными ингредиентами. Но там много нюансов — безопасность, стабильность, рецептура, маркировка.
Клэр кивнула.
— Лимон.
— Есть.
— Чеснок.
— Есть.
— Базилик.
— Конечно.
Она нахмурилась.
— Скучно.
Натан посмотрел на неё.
— Простите?
— Я не говорю, что невкусно. Я говорю, что ожидаемо.
— Это классические вкусы.
— Именно.
Она пошла к дегустационной зоне.
Натан последовал.
— А что вы хотите?
— Не знаю.
— Тогда почему уже критикуете?
Клэр остановилась.
— Я не критикую. Я думаю.
— Опасно.
— Очень.
Мэгги появилась с другой стороны стола.
— Что ей не нравится?
— Всё, — сказал Натан.
— Неправда.
— Пять минут назад вы назвали наши вкусы скучными.
— Я сказала «ожидаемые».
— Вы сказали «скучно».
— Не цепляйтесь к словам.
Мэгги поставила перед Клэр три маленьких синих дегустационных стаканчика.
— Пробуй.
— Так?
— Грей в ладони.
Клэр взяла первый.
Натан показал.
— Накройте сверху. Немного согрейте.
— Вы говорите с маслом, как с капризной женщиной.
— Обычно масло спорит меньше.
— Вам везёт.
Мэгги хмыкнула.
Клэр вдохнула аромат.
Попробовала.
Немного воздуха.
Масло сначала показалось мягким, потом вкус раскрылся — зелёный, травянистый, в конце появился перечный удар.
Клэр кашлянула.
Натан протянул воду.
— Не надо.
— Почему?
— Это нормально.
— У меня горит горло.
— Хороший признак.
— У вас странные критерии хорошего.
Мэгги засмеялась.
Второе масло было мягче.
Почти сливочное.
Третье — яркое, горьковатое.
Клэр попробовала ещё раз.
— Вот это.
— Что? — спросил Натан.
— Третье.
— Почему?
Она задумалась.
— У него характер.
Мэгги посмотрела на сына.
— Слышал?
— Что?
— Женщине нравится характер.
— Мама.
— Я про масло.
— Конечно.
Клэр опустила стакан.
— Мэгги.
— Да?
— Я вас знаю сорок минут.
— И уже правильно зовёшь. Отличное начало.
— Не помогайте Элеоноре.
— Никогда.
— И мне тоже.
Мэгги улыбнулась.
— Поздно.
---
Софи ворвалась в дегустационную комнату через боковую дверь.
На этот раз волосы были заплетены в две небрежные косы, одна почти распалась. За плечами болтался рюкзак.
— Клэр!
Клэр удивилась тому, как приятно прозвучало собственное имя.
— Привет.
Софи подошла.
Обняла отца одной рукой за талию.
Быстро.
Привычно.
Натан положил ладонь ей на макушку.
— Как школа?
— Была.
— Содержательно.
— Ты спросил — я ответила.
Мэгги поставила перед внучкой хлеб.
— Не порть ребёнку аппетит, — сказал Натан.
— Хлеб никогда ничего не портил.
Софи взяла кусок.
Посмотрела на Клэр.
— Элеонора сказала, вы хотите чинить оливки.
Клэр медленно повернулась к Натану.
Он поднял обе руки.
— Я ни при чём.
— Она написала мне, — объяснила Софи.
— Элеонора переписывается с десятилетним ребёнком?
— Да.
— О чём?
Софи пожала плечами.
— О людях.
— Боюсь спрашивать.
— Она сказала, что большинство разочаровывает.
Мэгги громко фыркнула.
— Вот старая змея.
— Мама.
— Что? Я ласково.
Софи откусила хлеб.
— А ещё она сказала, что Клэр задумала какую-то глупость.
Клэр замерла.
— Какую?
— Не сказала.
— Когда написала?
— Двадцать минут назад.
Клэр достала телефон.
Ни одного сообщения.
— Прекрасно.
Натан посмотрел на неё.
— Что вы сделали?
— Почему все сегодня задают этот вопрос?
— Потому что у вас лицо.
— Моё лицо прекрасно.
— Я не спорю.
Тишина.
Очень маленькая.
Но Клэр почувствовала, как что-то внутри на секунду сбилось.
Натан тоже будто понял, что сказал.
Мэгги перестала жевать.
Софи посмотрела на отца.
Потом на Клэр.
Клэр медленно положила телефон на стол.
— Хорошая попытка сменить тему, Коул.
Он чуть улыбнулся.
— Сработало?
— Нет.
Мэгги вдруг очень заинтересовалась хлебом.
Слишком заинтересовалась.
Клэр мысленно показала ей предупреждающий палец.
---
Домой она вернулась в половине седьмого.
С двумя бутылками масла.
Коробкой хлеба.
Банкой оливковой пасты.
И головой, полной мыслей.
Натан подвёз её.
Не потому, что она хотела.
Потому что её машина осталась у Bellwether.
И да, это было логично.
Совершенно логично.
Когда пикап остановился у дома, Элеонора уже ждала на террасе.
Конечно.
Клэр открыла дверь.
— Даже не начинайте.
— Я молчу.
— Ваше лицо говорит.
— Плохо знаешь моё лицо.
Натан тихо рассмеялся.
Клэр повернулась.
— Это заразно?
— Видимо.
Элеонора посмотрела на пакеты.
— Что это?
— Масло.
— У нас есть масло.
— Теперь есть хорошее.
Элеонора подняла подбородок.
— Я покупаю хорошее.
— Вы покупаете у Коулов.
— Именно.
— Значит, мы обе правы.
— Неприятное ощущение.
Натан вышел из машины.
— Добрый вечер.
— Ты вернул её поздно.
Клэр посмотрела на часы.
— Шесть двадцать восемь!
— Ужин.
— Вы ничего не готовили?
— Я ждала тебя.
— Роза оставила еду!
— Я не хочу разогретое.
Клэр уставилась на неё.
— Вы специально?
— Что?
— Превращаете меня в жену после развода.
Натан кашлянул.
Элеонора замерла.
Потом её губы дрогнули.
— Хорошо. Это было смешно.
— Запишу дату.
— Не надо.
Клэр взяла пакеты.
— Натан, спасибо.
— Завтра утром могу пройти по роще подробнее.
— Во сколько?
— Семь.
— Нет.
— Восемь.
— Девять.
— Восемь тридцать.
— Согласна.
Элеонора наблюдала.
Клэр заметила.