Страница 68 из 90
Облако колышущейся вокруг меня и скелета тьмы, густой и непроглядной, образовалось в радиусе пяти метров, давая нам приличный иммунитет к стрелковому и метательному оружию. В темноте, царившей в подземельях, гоблины, как и я, могли неплохо видеть, а вот под покровом, мы стали неразличимы даже для обладателей ночного зрения. Осторожно спускаясь, я вглядывался во мрак второго этажа, но никого пока не видел. Скелет громыхал вслед за мной, гремя костями ступней по ступенькам, удивительно, что сюда еще не сбежалось половина второго этажа. Или все же кто- то услышал? Как оказалось, нас все же услышали.
Три пары светящихся круглых глаз приближались к нам с северной стороны. Я был уверен, что они нас не видят под покровом, но запах мой все же был ими учуян и гоблины шли именно туда, где мы стояли минуту назад, пока я не начал тихонько отступать к стенке.
— Волна порчи! – Тихонько прошептал я, направляя на них заклинание замедления и отравления, одновременно посылая вперед пета.
Как только скелет вышел из зоны покрова тьмы, который вместе со мной смещался сейчас к стене коридора, в него тут же полетели камни. Двое из троицы вертели пращи над головой, посылая в него обломки песчаника величиной с кулак. Я скастовал Запах смерти, увеличивая прочность и ловкость своему пету, и тут же метнул в первого из пращников Сферу чумы. Камни они метали не очень быстро, сказывался дебаф замедления, к тому же усиленный скелет ловко уворачивался, приняв на себя только два из них. Сфера же попала в цель, выведя из строя одного из пращников, правда, к моему разочарованию не убила его. Судя по всему, на втором этаже гоблины были поздоровее. Оставив упавшего и не представлявшего уже опасности гоблина умирать от отравления, я увидел, что мой скелет уже добивает второго, неся сокрушительные потери в количестве своих костей от кистеня третьего гоблина, одетого в драные штаны и такого же качества безрукавку. Тем временем второй пращник закидывает его камнями с фланга.
Пришлось помогать пету. Я бросил в пращника подряд две сферы и тот успокоился, упав на каменный пол и тихонько разлагаясь. Финал схватки наступил очень скоро. Скелет и гоблин забили друг друга, почти одновременно рухнув на каменный пол. Пришлось делать нового спутника.
— Призыв мертвеца! – Произнес я, наблюдая как еще недавний противник, поднимается с пола, подбирает кистень и отряхивает костяную пыль своего умершего собрата со своих рваных штанов.
Приглядевшись к нему, я увидел, что количество жизненной энергии поднятого мною мертвеца, почти вдвое больше чем у того, что я вызвал на первом этаже. Из чего я сделал вывод, что не только мое мастерство, но и класс убитого влияют на здоровье, силу и ловкость призываемого с его трупа пета. Сделав пометку в памяти – менять пета, как только представится случай завалить какого-нибудь здоровяка, я пошел в ту сторону, откуда появилась эта троица.
Следующая группа попалась мне минут через десять. Они вывернули с бокового коридора, в десяти метрах от меня. В этой группе было уже пятеро гоблинов, причем один из них мне еще не встречался. Это явно был кто-то из низшего командного состава, потому что в руках его была плеть с металлическим шаром на конце, а голос его я хоть и не понимал, но от его окриков остальная четверка начинала с шага переходить на бег. Одет он тоже был посолиднее остальных, одежда была хоть и рваная местами, но с кожаными вставками и поясом. Заметили мы друг друга практически одновременно.
— Запах смерти! Волна порчи! – Баф себя и пета, дебаф гоблинов.
— Сфера чумы! – Шар полетел в главаря, но он ловко разбил его своей плетью еще на подлете.
Двое пращников выпустили по нам камни, а мой скелет уже несся к ним, размахивая кистенем. От камня я увернулся и начал отступать, потому что ко мне бежал главарь этой группы. Когда по нему прокатился дебаф, скорость его сильно упала, а я тем временем выпустил на него Дыхание смерти – мощное отравление одиночной цели. Гоблин закашлялся и перешел на шаг, разгребая ладонями зеленый туман заклинания, укутавший его с ног до головы. Я успел еще дважды скастовать сферу чумы, когда понял что манне приходит конец.
Скелет тем временем разобрался с обоими пращниками и сейчас отважно сражался с двумя гоблинами, насевших на него с разных сторон. Один из них был вооружен копьем, немного получше, чем те, которые я уже видел, а второй размахивал дубинкой, утыканной ржавыми и кривыми гвоздями. Дела у пета шли неплохо, не смотря на то, что костей в нем немного поубавилось, а из грудной клетки торчало пара осколков выбитых ребер.
Тем временем я отступал под натиском их предводителя, который уже выбрался из отравляющего облака и, не смотря на язвы и лоскуты кожи на открытых местах тела, надвигался на меня, раскручивая над головой плеть. Я вытащил меч, доставшийся мне на первом этаже, и расставил ноги, с трудом вспоминая давние уроки, которые мне давал отец. Манна потихоньку восстанавливалась и если бы не стена, к которой я был сейчас прижат, я бы продолжил отступление, пока не спадет мой баф и замедление противника.
Первый свист плети я скорее услышал, чем увидел, так быстро он хлестнул ею по мне. Инстинктивно пригнувшись, я выставил вперед меч и сделал шаг влево. Шарик звонко щелкнул об стену, где секундой назад была моя голова. Гоблин снова завертел ее над собой, злобно скаля зубы. Длина плети была метра три, и мой меч в руке был абсолютно бесполезен. Краем глаза я увидел, что скелет уже расправился с копейщиком, но победить еще одного был уже не в силах, потому что правая его рука вместе с зажатым в ней кистенем валяется поодаль, а дубина гоблина крошила его грудь, которую он безуспешно пытается прикрыть левой, наполовину разбитой культей.
Новый свист пронесся понизу и я почувствовал, что плеть захлестнула мою левую ногу, овившись вокруг лодыжки. Рывок и я уже лежу, причем ногами к противнику. Я дважды успел ударить по кожаному шнуру плети мечом, прежде чем сумел ее перерубить, а гоблин тем временем вытащил из-за пояса кинжал и вонзил его сверху вниз в мою только что освободившуюся ногу.
— Загробный лик! – Проорал я хрипло, наполовину от боли, наполовину от злости на самого себя.