Страница 16 из 18
Иманиси спросил о манере речи мужчины. Ему сказали, что он точно не говорил на местном диалекте. Речь его была ближе к стандартной, голос чуть глуховат. Общее впечатление – мрачноват и словно бы очень уставший. В этом все сошлись.
Ни саквояжа, ни чемодана у мужчины не было. Он носил только тканевую сумку через плечо, с какими ходили во время войны, в нее, видимо, и запихивал свои вещи. Сумка выглядела раздутой.
То же самое полицейские услышали, когда отправились в лавку, где делали удон. Рядом с лавкой сушилась лапша: стояли бамбуковые шесты, с них свисали длинные белые полосы – они сверкали на солнце и были похожи на белые водопады.
– Вот там он стоял, – объяснила вышедшая к ним хозяйка.
Она указала на тропинку, пролегавшую метрах в двухстах от сушильни. Здесь расстояния между домами были довольно велики, земля в промежутках заросла травой. По этим пустырям проходили дорожки, ведущие на главную улицу. Мужчина, о котором шла речь, около тридцати минут торчал на одном из пустырей, то садясь на корточки, то снова вставая.
– Шибко странным он мне показался. Но вроде плохого ничего не замышлял, бранить его было не за что. А потом приходил полицейский и спрашивал, не было ли чего странного, я и рассказала ему об том.
– То есть он наблюдал за тем, как сушат удон?
– Да вот то ли на удон пялился, то ли лоботрясничал – не поняла я.
Не получив никакой иной информации, Иманиси и Ёсимура ушли. Все было так, как им рассказали в управлении. Через какое-то время они вышли к берегу большой реки.
Верховья ее уходили в нависающие друг над другом горы. На насыпи вдоль берега росла трава.
– Значит, вот здесь он спал, – сказал Иманиси, оглядывая пейзаж.
На противоположном берегу по насыпи шла крестьянка с мотыгой на плече. Если бы не их дела, путешествие оказалось бы вполне спокойным.
– Иманиси! – окликнул его Ёсимура. – Как вы считаете, этот мужчина все-таки был тогда вместе с потерпевшим в Камате?
– Сложно сказать. Но обстоятельства складываются странные, это правда.
– Однако же концы с концами не сходятся.
Ёсимура с печальным видом стоял рядом с Иманиси.
– Как думаете, в гостиничной книге было фальшивое имя? – спросил он.
– Само собой. Самое что ни на есть вранье!
Иманиси сказал это так убедительно, что Ёсимура поверил.
– Но откуда вы знаете?
– Ты ведь видел эту запись?
– Да, видел. Коряво написано.
– Само собой. Он же левой рукой писал. Вот, смотри.
Иманиси порылся в кармане и вытащил аккуратно сложенный листок.
– Приглядись. Здесь же совершенно нет, так сказать, движения в буквах. Да и не бывает таких корявых записей. Ты ведь помнишь, что сказала прислужница? Гость заполнил книгу не у нее на глазах: она положила листы и ушла, а когда пришла в его комнату, все уже было заполнено. Значит, он написал это левой рукой, пока ее не было.
Ёсимура заглянул в листок.
– И правда, почерк странный.
– Это не просто плохой почерк, буквы так странно выглядят, потому что он писал левой рукой. Раз правша писал левой, значит, хотел, чтобы его почерк не узнали. А значит, и адрес, и имя выдуманные.
– Действительно, все так, как вы говорите. – Ёсимура выслушал его объяснения довольно спокойно. – Ну, хорошо, мужчина остановился в этой гостинице, но куда же он ходил с десяти до часа ночи? Если посмотреть на его перемещения днем, никаких особых дел у него не было.
– Я тоже как раз над этим размышляю.
Иманиси сунул руки в карманы брюк и остановился в траве. На реке небольшая рябь создавала барашки, за горы на том берегу садилось солнце, заставляя их отбрасывать тень.
– Какая-то странная у нас командировка, – сказал Ёсимура.
– Да уж, результаты разочаровывают.
Это действительно было так. Они забрались так далеко, только чтобы послушать о передвижениях странного мужчины. Неизвестно, какую роль впоследствии сыграет этот листок с записью, сделанной левой рукой, но сейчас выходило, что они приехали в маленький городок на Тохоку только чтобы о ней узнать.
– Что будем делать? – тусклым голосом спросил Ёсимура.
– Что-что… Здесь мы ничего не нашли, так что поедем домой.
– А выяснять, откуда взялся и куда делся тот мужчина, не будем?
– Думаю, это бесполезно. Скорее всего, здесь, в Камэде, он пробыл всего один день.
– Но с какой целью он сюда приехал?
– Кто же знает. Если он бродит повсюду в поисках подработки, так почему не спрашивал никого о работе? Но все же ты прав, давай на всякий случай поспрашиваем в ближайшем городе, раз уж мы здесь. Ну же, взбодрись! – сказал Иманиси, глядя на унылое лицо Ёсимуры.