Страница 77 из 90
ГЛАВА 37. Гнездо. Гибель Вирдана
Погруженный в свои не самые веселые размышления, я не сразу осознал, что астральное тело Вирдана чуть сдвинулось. Это даже без слов говорило мне о том, что его сущность вернулась обратно, в свою родную энергетическую оболочку. Но не успел я обрадоваться тому, что его благополучно отпустили, как произошло невообразимое.
Одновременно с Вирданом в движение пришел и один из призраков. Почти синхронно, словно действуя в унисон, они оба плавно выплыли за границы клети, после чего разлетелись на приличное расстояние и застыли напротив друг друга. Пока я наблюдал за всем этим, ко мне пришло сообщение от паука:
— Никому не вмешиваться! – Судя по широкому спектру распространения, мыслеречь была послана по всей площади, и предназначена была всем без исключения.
Я попытался связаться с Вирданом, но из клети, как оказалось, сделать это было невозможно. По-видимому, любой энерго обмен через импровизированную решетку, составленную тушей и лапами пука, оказался им же полностью блокирован. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что разбор полетов завершается дуэлью, которая и должна была определить правого или виновного.
Либо Властитель слишком уж погрузился в наши традиции и законы, либо и в их собственных пространствах лимба существовал так называемый «суд богов». Я за свою жизнь также, не единожды участвовал в подобных методах разрешения непримиримых споров, а потому не дергался, резонно полагая, что и для Вирдана это, со всех точек зрения, самый привычный и предельно понятный ему способ улаживания любого значимого конфликта.
Конечно, меня напрягала мысль Росса, когда он предупреждал нас о том, что призраки, являясь высшей формой тряпок, не слишком подвержены урону от энергетического оружия. Об этом говорил и памятный залп Вирдана, попытавшегося поразить как их, так и самого Властителя. Успокаивало меня лишь то, что теперь он сконцентрирует всю свою мощь на одной единственной цели, не размазывая свой общий урон в семь раз.
Дуэль началась неожиданно. Не было ни гонга, ни фанфар знаменующих начало поединка. Вирдан начал первым, взяв диагональную траекторию для своего стремительно ускоряющегося полета, направленного вперед и вправо по отношению к противнику. В ответ призрак накрыл своей ментальной волной ту площадь, где находился Вирдан мгновением раньше, промахнувшись на какую-то долю секунды.
Хотя клеть и не пропускала энергию ни туда, ни обратно, служа своеобразным куполом, ограждающим всех нас от дуэлянтов, но никто не мешал мне покинуть ее, а потому я понемногу выдвинулся из-под брюха паука, застыв буквально на границе его лап. С этого места я мог «наблюдать» не только за явно видимыми действиями нашего бравого вояки, но и фиксировать ментальные атаки призрака, энергия которых подсвечивалась одним из моих сенсоров, засекавшим ее выбросы и траектории распространения опосредовано.
Первый раунд остался явно за Вирданом. Об этом говорили его прямые и скользящие попадания, чередующиеся редкими промахами, когда призрак успевал увернуться. Его же атаки ментальными волнами и площадными ударами, наоборот, в основном проходили мимо стремительно двигающегося дредноута, траекторию которого было просто нереально предугадать. Вирдан буквально танцевал вокруг своего врага, плетя замысловатые узоры, меняя скорость, угол атаки, выписывая невообразимо сложные кульбиты сразу в трех плоскостях. Призрак же в основном крутился на месте, пытаясь засечь своего противника и делая линейные движения лишь в случаях уворота от основных калибров врага.
Не знаю как Вирдан, но я уже сделал вывод о том, что все вспомогательные орудия нашего друга не причиняют отродью лимба особого вреда. Призрак чаще всего попросту принимал их на щит, совершая маневры ухода лишь тогда, когда к нему устремлялись самые мощные импульсы, выпущенные из основных орудий дредноута. Возможно, щит его рано или поздно иссякнет, а может быть, скорости его регенерации и достаточно было, чтобы восполнять большую часть урона от не самых сильных залпов нашего быстрого вояки.
Я любовался действиями своего друга совершенно искренне, вспоминая попутно рассказы Росса и Дельфина, где Вирдан расправлялся сразу с несколькими целями, не уступающими, а иногда и превосходящими его самого даже по отдельности. Маневры Вирдана практически не повторялись. А когда я все же улавливал что-то похожее на уже недавно виденное, он вдруг резко менял знакомый мне рисунок боя, или вовсе заканчивал свое движение каким-либо новым, не поддающимся логике продолжением. После чего это его хитрое движение плавно перетекало в очередной лихой вираж, являвшийся в свою очередь переходом к началу следующего танцевального па и так далее. Если бы все его траектории оставались видимым в пространстве рисунком, то вокруг призрака соткалась бы плотная трехмерная паутина, где в любом из ее секторов уже не раз побывал наш великолепный боец.
При всем при этом, он умудрялся вместе со всё продолжающимся бесконечным танцем, поливать своего визави трассерами энергетических лучей. И его залпы, к моему удовольствию, все больше и больше состояли из импульсов его главных калибров. Видимо он не хуже меня умел делать логические выводы, а потому теперь использовал свои менее мощные орудия лишь для отвлечения внимания противника, или для хитрых тактических ловушек.
Не раз я подмечал, как он лишь обозначал намерение выстрела одним лучом, а как только призрак дергался, тут же ловил его, отправляя очередной мощный залп на опережение в то место, куда его соперник только устремлялся, в попытке уйти из зоны мнимого поражения. При этом в роли обманки как раз и выступали не самые мощные из его орудий, в результате чего он экономил время на подзарядку основных калибров и снижал свои траты энергии на заведомо ложные, обманные выстрелы.
Призрак, вчистую проиграв первый раунд, и уже явно проигрывая второй, все же немного освоился к третьему, и уже несколько раз сам использовал изученные ловушки своего противника на нем же самом. Так он несколько раз заставлял Вирдана оказаться в нужном ему месте, заведомо расстреливая фланги, запирая того для центрального, мощного удара в одной плоскости, перекрывая им же и пути отхода сопернику вверх и вниз.