Властители Лимба

ГЛАВА 18. Мир Некромантии. Темные грани магии смерти

Неожиданная драка не помешала нам с Россом обменяться любопытными результатами замеров, которые мы успели сделать, прежде чем лимб полностью растворил в себе, ставших зыбкими и совершенно прозрачными, тела умерших тварей. Эти его порождения выглядели сотканными из вездесущего тумана, который формируя их плоские, словно рубчатая ткань тела, сгущался, уплотняясь во что-то псевдо физическое, но вместе с тем неуловимое, для обычного глаза.

Я уже говорил, что без применения специальных настроек моих сенсоров, призванных определять тончайшие энергетические течения в лимбе, я бы вообще не смог бы заметить их, даже если бы разминулся с ними встречными курсами нос к носу. Их сущность была настолько же не материальна, как и наши тени, путешествующие через лимб или астрал в виде «пакетов» информации, или, если хотите, в виде определенных энергетических «слепков» наших сознаний.

Но в отличие от меня и моих друзей, они изначально были таковыми, никогда ранее и не имевшими реального воплощения, или иными словами – физического носителя. У меня закралось предположение, что сам лимб, осознавая себя, как некая мега сущность, рождал их из самого своего сгустившегося пространства, как своеобразный инструмент, призванный им для каких-то собственных целей, понять которые мы с Россом так пока и не смогли..

Астрал данного мира имел весьма специфичный спектр, составленный преимущественно из серых и совсем небольшого количества синих оттенков. Он представлял нашему взгляду свои мрачноватые завихрения, клубящиеся внутри его пространства, наподобие рваных туч и не слишком сильных, совсем малых по размеру, локальных торнадо.

Как реальный мир влияет на свое порождение – астрал, так, в данном случае и он, используя обратную связь, опосредованно влиял на породивший его мир. Возможно, когда-то ранее, они оба были более светлыми и приветливыми. Росс наверняка проведет нужные замеры и расскажет нам позже его историю. Сейчас же, астрал явно «болел», будучи зараженный вампирскими набегами тварей лимба, которые, как рассказали нам местные обитатели, случались с незавидной для него регулярностью.

Высасывание энергии тварями лимба, порождало процессы отмирания целых участков астрального пространства, превращая их в выжженные, или иными словами – в зараженные какими-то болезнетворными процессами области. Они, с каждым новым набегом, расширялись все дальше вглубь, а местами, уже достигли его самой нижней границы, то есть «поля астр».

Местные астральные обитатели, поначалу рьяно боровшиеся с этими энергетическими вампирами, понемногу погибали в схватках с тварями лимба, а значительно поредев своими рядами, уже были не в состоянии вести победоносные бои, с каждым разом становившиеся, неминуемо, все более не равными.

Увидев нас, они помогли не только нам, но и себе, с нашей помощью отогнав и уничтожив очередную стаю «пиявок», тем самым, сберегая свое пространство от очередного повреждения, а точнее от отмирания еще одной его части, становящейся более не пригодной для их обитания. Чем привлек именно этот астрал тварей лимба – предстояло узнать Россу, который наверняка сможет скоррелировать исследованную нами сущностную составляющую их тел, с энергетическим составом данного астрального пространства.

Я же занялся привычным для меня делом, являясь, как вы наверняка хорошо помните, единственным из нашей дружной компании, кто имеет возможность покинуть астрал и выйти в реальный мир.

(более подробно об этом можно прочитать в первой книге моего романа «Мир Теней»)

Влияние пагубного изменения зараженного астрала на сам этот мир, стало заметно мне сразу же, как только я вывалился в реал. Я специально вышел из астрала именно там, где зона отравленного пространства, граничила с еще полным жизни, бурлящим от энергии, живым его участком. Оказавшись в небесах этого мира, я, конечно же, не увидел под собой какой-то четкой границы, но зона «отчуждения» просматривалась, тем не менее на поверхности планеты, достаточно явно и была поистине огромной.

Серо-черная земля простиралась на сотни лиг, по сути, уже главенствуя над естественной для любого живого мира, зеленой поверхностью планеты, узкой кромкой жавшейся к океану. Но и сам океан не миновала напасть. Большую часть его поверхности покрывала такая же по цвету, как и зараженная земля, темно-серая пленка маслянисто бликующего, вязкого вещества, явственно препятствовавшая естественному газовому обмену между водой и воздухом планеты. Живой океан этого мира так же умирал, как умирают участки водных просторов, где разливается нефть, не позволявшая обитателям водных глубин нормально дышать, препятствуя своей, разлитой по поверхности воды пленкой, попаданию в нее кислорода.

Мир этот постепенно и неуклонно превращался в мертвый, копируя собой судьбу собственного астрала. Но магия все еще присутствовала в нем. Она, свободная от жизненных потуг агонизирующей планеты, не зависела ни от наличия в воде и в воздухе планеты кислорода, ни от вымирания животного мира, постепенно задыхающегося без массивов лесов и иной растительности, участвовавшей в фотосинтезе. Но магия этого мира все же неминуемо изменялась, ее энергия приспосабливалась к новому для себя виду существ, продолжающих использовать ее, хотя и в совершенно новых своих ипостасях.

Некромантия никогда не была для меня притягательной сферой в развитии собственного магического искусства. Я хоть и знал ее, с академической точки зрения, но не использовал никогда на практике. Первым явственно практикующим это искусство некромантом, которого я встретил на своем пути, был некий Мортос, прислуживающий Аннатару, пожелавшему после покорения своего мира, начать экспансию в соседние. И хотя Мортос, как некромант, был не совсем ортодоксальным, но все равно его присутствие рядом, не доставило мне никакого удовольствия. Его специфичная аура и характерные эманации темной силы, скорее заставляли меня от него отгораживаться, чем проявлять интерес к нему лично, или тем более к подобным видам магического искусства.