Страница 84 из 107
Дракон быстро скрылся в небесах, сверкнув на прощание ярким золотым отблеском, а я остался висеть неподвижно, перелистывая в памяти все те миры, куда можно было бы переселить несколько стай крылатых разумных существ. На ум мне приходило лишь два мира: Цветочный мир Лотоса и мир Птиц. Но если в первом из них драконам попросту будет нечего жрать, а насколько я помнил, драконы являлись плотоядными существами, то во втором им придется делить ареал с более мелкими, но гораздо более многочисленными пернатыми местными обитателями. А затем я плюнул и не стал ломать себе голову, в конце-то концов, пусть драконы сами выбирают себе новый мир, я ведь всего лишь проводник, а никак не нянька, для неразумных детей.
Спустя сутки, которые я потратил на экскурсию по всему Южному континенту, я был на месте нашей первоначальной встречи. Золотой дракон уже находился тут и нетерпеливо нарезал круги среди редких кучевых облаков, развеивая их в лоскуты, своими мощными перепончато – суставными крыльями, с острыми, как бритва, костяными крюками, которыми заканчивались их мощные костные каркасы. Едва я появился, он тут же подлетел ко мне и просигналил ментально:
— Все наши рода согласны на переселение. За более чем полувековую борьбу мы все потеряли десятки наших кладок и соответственно самок, которые их защищали ценой своей жизни, и хотя борьба наша далеко еще не проиграна, мы не хотим более терять наших не рождённых детей и спутниц, которых и так осталось почти вдвое меньше, чем зрелых самцов. Мы уже даже вынуждены драться между собой за право спариться и принести потомство своему роду.
Я послал в ответ мыслеобразы с описанием двух выбранных мною миров, и мой собеседник не раздумывая, весьма ожидаемо сразу выбрал мир Птиц. Пока мы с ним беседовали, со всех сторон к нам уже спешили стаи из десятков драконов различных расцветок. Я видел в воздухе сверкающих золотых вожаков, серебряных и бронзовых воинов, а так же самок, тех же самых цветов. Очень скоро вокруг меня уже кружило под сотню чешуйчатых драконов, возрастом от зеленого молодняка, которому едва исполнилось несколько лет, до старых и грозных матерых хищников, крылья которых зачастую были неоднократно порваны, а затем зарощены, явно видимыми мне, в энергетическом плане, заплатами.
Я дал им команду выдвигаться и как когда-то уже поступал с переселяемой группой Наследия, сразу четко обозначил всем построение, чтобы предотвратить в пути хаос и неизбежные при этом потери. Мы дружно вышли вначале в астрал, а затем и в лимб, зависнув недалеко от его границы. Драконы источали видимую мне защитную ауру, которая предотвращала высасывание лимбом энергии из их тел. Я позавидовал такому явно природному механизму энергосбережения крылатых ящеров и вывел в своем сознании координаты мира Птиц. Потребовалось не более чем десяток ударов сердца, чтобы войти в нужное, описанное Россом состояние концентрации разума, и передо мной постепенно начала образовываться светящаяся рамка энергетического портала. Я прикинул в уме примерную ширину, которая позволит беспрепятственно пролететь через нее самому крупному из всех представителей, маячившей за моей спиной стаи, и когда рамка достигла расчетных размеров, я зафиксировал ее. Одновременно я подал сигнал своему знакомому, чтобы он первым пересек колышущуюся в белесом тумане лимба не прозрачную, ртутного цвета пленку и, проводив его взглядом, велел всем остальным, строго по одному, проследовать за ним и ожидать меня на той стороне. Сам я ушел в портал последним. Когда я оказался на той стороне, то с отчетливым вздохом облегчения прервал сосущую из меня, причем довольно активно энергетическую нить, питающую созданный мной энергопортал, и позволил ему схлопнуться за моей спиной.
Мы оказались в видимой близости от мира, где еще совсем недавно мы с Россом едва не сцепились с оказавшимися не слишком-то дружелюбными павлиноподобными птицами. Я окинул взглядом своих пассажиров и полетел к астралу, увлекая их за собой. Как только я продавил границу, то сразу раскрыл все свои входящие рецепторы, жадно поглощая свободную энергию местного астрального пространства. Я был более чем на половину пуст. Драконы же, словно и не было никакого перелета, свободно парили вокруг меня, активно обмениваясь мыслеобразами и своими почти на порядок более крупными телами, распугивали местных клювастых астральных обитателей. Немного отдышавшись и подзарядившись, я провел свою крылатую стаю через астрал, позволив им высадится в реальный мир, прямо над местными скалами. Драконы ринулись вниз, выжигая своим огненным дыханьем, выглядевшую жалко и несерьезно, по сравнению с ними местную крылатую братию, освобождая себе место для предполагаемого обитания. Подпаленная и даже частично хорошо прожаренная местная живность, еще не успев рухнуть на острые скалы, зачастую оказывалась в пастях огнедышащих ящеров, которые сочно хрустели необычными для них, новыми блюдами, перемалывая своими острыми зубами полые птичьи косточки и разламывая своими жуткими пастями свеже – запеченную корочку их разномастных пернатых тушек.
Я смотрел на быстро расширяющийся ареал, которые занимали разлетающиеся в разные стороны стаи различных драконьих родов и понимал, что только что весьма нетривиально отомстил местным обитателям за недавнюю их не дружелюбность, выказанную ими мне и моему ученому спутнику. Примерно через час по исчислению мира Пента, ко мне поднялся весьма довольный, знакомый мне золотой дракон, который передал мне мыслеобразы благодарности от всех лидеров родов и клятвы в их вечной дружбе. Я ответил, что принимаю как их благодарность, так и заверения в неоплатном долге, и возможно даже, когда-нибудь воспользуюсь данными мне словами лидеров их родов и может быть, затребую обещанную ими мне ответную виру.