Страница 64 из 78
Я держалась. Не из гордости. Просто ноги действительно плохо слушались.
У лестницы нас догнала Лина. На ней был ночной передник, волосы выбились из косы. Она увидела мою руку и побледнела.
— Миледи...
— Все в порядке.
Это была неправда. Но не всякая неправда служит злу. Иногда она дает человеку возможность сделать следующий вдох.
Лина сунула мне в ладонь маленький сложенный листок. Так быстро, что даже страж не заметил.
— От госпожи Вейр передали через кухню до того, как началось, — прошептала она. — Я не успела.
Я разжала пальцы только в экипаже Совета, когда дом Терранов остался за окном темной громадой.
На листке было всего несколько строк, написанных рукой Мелисенты:
«Таисию Вард нашли. Она жива. Боится мостов и считает семь ударов перед каждым ответом. Если ночью случится принудительное вскрытие печати, требуйте Северный мост. Не соглашайтесь на чтение в доме».
Я подняла глаза.
Мелисента сидела напротив. Рядом с ней Дарвий держал футляр для следовых пластин. За стеклом второго экипажа виднелся силуэт Кассиана между двумя стражами.
— Вы знали? — спросила я.
— Подозревала, — ответила Мелисента. — Знать будем только после реконструкции.
— Где Таисия?
— Под охраной Совета. Ее привезут к мосту, если лекарь подтвердит, что она выдержит.
— Она видела Дамиана?
— Она видела того, кто вернулся с моста после него.
Я закрыла глаза на секунду.
Не для отдыха. Чтобы удержать лицо.
Кольцо на руке было горячим и хрупким. Внутри него, под трещиной и судебной печатью, лежали слова Кассиана. Не полное признание. Не приговор. Но уже не пустота.
Экипаж свернул к реке.
Ночной город за окнами становился темнее, улицы — уже, воздух — холоднее. Где-то впереди ждал Северный мост, седьмая арка, мостовая печать и место, где один мой муж умер, а другой решил, что сможет забрать не только его жизнь, но и мой голос.
Я положила поврежденную руку на колени и впервые за всю ночь позволила себе сказать вслух:
— Теперь он пойдет за нами не как муж.
Мелисента спросила:
— А как кто?
Я посмотрела на темный силуэт соседнего экипажа.
— Как человек, которому осталось уничтожить след.