Страница 20 из 22
Глава 8 Элинор Дейкворт
Аманда не могла назвать Элинор Дейкворт совсем уж плохим человеком, но было в ней что-то пугающее. В детстве она всерьез думала, что Элинор – старая ведьма. Впрочем, не она одна так считала. Эта байка ходила среди младших школьников наравне со страшилками о Мжути – хвойном лесе, который обрамлял восточную часть Лостшира.
Бабушка Криса была невысокой женщиной с сутулыми от бесконечной работы плечами. Она была едва ли выше Николь, но все равно вселяла страх в каждого, кто имел честь с ней познакомиться. В молодости ее длинные худые пальцы, что унаследовал Крис, наверняка были изящными, но сейчас их покрывали черные узловатые суставы.
Больные суставы давали о себе знать и в ногах, поэтому Элинор никогда не расставалась с элегантной тростью с черным турмалином. Именно из-за этой трости Аманда когда-то решила, что бабушка Криса – настоящая ведьма. Ведь в книгах и мультфильмах они всегда опирались на подобный посох.
Кожа на лице Элинор была слишком морщинистая даже для ее возраста. Будто кто-то скомкал страницу, а затем постарался разгладить. В последние годы она и вовсе стала походить на старую змеиную кожу. Казалось, одно неосторожное прикосновение, и она слезет с лица Элинор.
Седые волосы старушка обычно собирала старомодным гребнем, но несколько тонких прядей все же выпадали, обрамляя осунувшееся лицо. Это делало ее похожей на старую растрепанную куклу, которая когда-то была красивой, но годы на чердаке взяли свое и покрыли лицо трещинами, а некогда яркие живые глаза выцвели до ледяного голубого оттенка.
Однако при всем ее болезненном виде, во взгляде Элинор не было той старческой усталости, что присуща даже энергичным Фреду и Патрисии. Поговаривали, что она способна видеть людей насквозь. Элинор не смущалась разглядывать каждого долгим тяжелым взглядом, от которого становилось не по себе. Она всегда смотрела свысока, любого заставляя чувствовать себя ничтожеством.
Но хуже всего, по мнению Аманды, был ее голос. Он напоминал девушке натужный скрип кресла-качалки, в котором бабушка устраивалась с вязанием по вечерам. От этого голоса волосы вставали дыбом.
Элинор Дейкворт недолюбливала людей и не скрывала этого. Даже ее манера речи была ядовитой и озлобленной. Одного ее надменного колючего взгляда было достаточно, чтобы из антикварной лавки сбежал любопытный приезжий, заблудший в Лостшир по ошибке или выбравший этот городок для того, чтобы переночевать и продолжить свой путь. Скрипучий голос Элинор бурчал в спину, выпроваживая:
– Это антикварная лавка, а не музей. Нечего тут пялиться.
Местные же, привыкшие к скверному характеру Элинор, держались чуть дольше.
Но что всегда оставалось загадкой для Аманды, так это причина ненависти Элинор к ее семье. Она могла бы понять, если бы все началось после несчастного случая с сыном Элинор – Мэттью Дейквортом, отцом Криса. Однако еще задолго до трагедии, словно предчувствуя беду, Элинор запрещала Мэттью общаться с Логаном Фелтрамом и его родными.
Когда Крис и Аманда подружились, оказавшись в одном подготовительном классе, Элинор начала возражать и против их дружбы. Мэттью и Логан давно привыкли к ее странным запретам, но их жены – Шарлотта и Сьюзан – встали на сторону детей, прося оставить их в покое. Для Элинор же эти просьбы были всего лишь пустым звуком.
Как-то Крис поделился с Амандой, что подслушал разговор бабушки и матери. Шарлотта пыталась объяснить Элинор, что старая ссора с Лидией не должна касаться детей и внуков. Элинор молча выслушала ее и коротко ответила:
– Вы не понимаете, Шарлотта. Это не просто старая ссора.
– Тогда что же?!
– Вам не дано этого понять.
На этом разговор был закончен. Элинор никогда не вдавалась в подробности, как и Лидия. И несмотря на то, что причина ненависти была неясна, Аманда чувствовала, что под этим скрывалось нечто большее, чем банальная неприязнь. Любые ссоры со временем истончаются и забываются, находя если не прощение, то равнодушие. И если Элинор и Лидия за столько лет к этому не пришли, значит, в прошлом случилось что-то по истине серьезное.
В особенности ненависть Элинор обострилась спустя три года после исчезновения Эбигейл Фелтрам – после того самого дня, когда отец Аманды пропал без вести, а отца Криса обнаружили без сознания на лостширских болотах Вад. Он провел в коме больше двух месяцев, а когда вышел из нее и открыл глаза, мир вокруг оказался для него чужим и страшным.
Вначале врачи говорили, что это временно, что Мэттью просто требуется время на восстановление после черепно-мозговой травмы, полученной той роковой ночью на болотах. Но с каждым днем его поведение становилось все более странным. Он рассказывал о голосах в голове, но никогда не говорил, что именно они нашептывали. Зато постоянно повторял, что его кто-то ждет. Комиссар полиции поначалу предположил, что Мэттью говорит о Логане, и пытался выяснить, где того искать. Но вскоре он убедился, что это всего лишь бред больного человека.
Врачи пытались успокоить семью Мэттью, убеждая, что это лишь побочные эффекты травмы. Однако со временем стало ясно, что дело не только в травме головы, но и в психическом состоянии, которое, как предполагали, пошатнулось из-за сильного стресса. Мэттью стремительно лишался рассудка. Когда его организм окреп, он начал бросаться на врачей и пытался сбежать из больницы, требуя, чтобы его вернули на болота, туда, где его «ждут».
Из-за вспышек агрессии и паранойи врачи констатировали у Мэттью серьезное психическое расстройство и поместили его в психоневрологическую больницу-интернат на окраине Лостшира. Успокоительные, которые ему прописали, уняли вспышки агрессии и вместе с этим загнали Мэттью блуждать в закоулках помутневшего сознания.
С тех пор прошло почти десять лет, но Мэттью так и не смог вернуться в реальность. Шарлотта, Элинор и Крис навещали его, но с каждым визитом все больше убеждались, что прежний Мэттью никогда не вернется. Он почти не узнавал своих родных, не понимал, зачем они приходят. Его пустой взгляд и отрешенность причиняли боль Дейквортам.
Для Элинор это стало еще одним доказательством, что ее ненависть к Фелтрамам справедлива. Она винила Лидию и ее семью, считая, что именно их присутствие в жизни сына стало причиной всех бед. Она даже как-то высказала Крису:
– Если бы твой отец держался подальше от Фелтрамов, этого бы никогда не случилось.