Страница 27 из 31
Ещё через десять минут приходит ещё одно сообщение. С другого номера. Тоже незнакомого.
«Лена. Это Игорь. Я не буду просить прощения — я его не заслужил. Я только хотел сказать тебе одну вещь. Мне вчера, в четверг, позвонила Катя. Она в панике. Её выгоняет съёмщик из квартиры, ей негде жить, у неё долги. Она хотела, чтобы я приехал с ней вместе куда-то, просить тебя о помощи. Я отказался. Я сказал ей, что если она ещё раз окажется рядом со мной, я сам позвоню тебе и предупрежу. Я знаю, что тебе это, наверное, уже неинтересно. Но мне было важно, чтобы ты знала: я не пойду с ней никуда. Я уезжаю послезавтра в Алматы, нашёл там работу удалённого разработчика в благотворительном фонде. Попытаюсь хоть что-то делать правильно. Живи, Лена. Я правда желаю тебе счастья. И. никогда больше тебя не побеспокою».
Я сижу на лавочке с самсой в руке и долго перечитываю это сообщение. В какой-то момент я замечаю, что у меня по щеке катится слеза — не от боли, а от какой-то очень старой, наконец отпустившей усталости.
Я пишу в ответ одну строчку:
«Спасибо, что не пришёл с ней. И спасибо, что написал. Пусть у тебя получится, Игорь. Я правда желаю».
И отправляю.
Больше от него сообщений в моей жизни не будет.
Про Катю в этот вечер я узнаю ещё одну вещь — сама, без её участия и без участия Игоря. Ольга Юрьевна, ассистентка Виктора Николаевича, поздно вечером сбрасывает мне ссылку в рабочий чат: в одной из московских деловых газет — короткая заметка про то, что «маркетинговое агентство „Bright Voice“», где работала Катерина Анисимова, сегодня утром аннулировало её контракт по причине «несоответствия корпоративной этике». В комментариях под заметкой Катя написала истерическое сообщение в три абзаца про «несправедливость мира». Ольга Юрьевна ничего не пишет, только присылает ссылку и смайлик в виде поднятого подбородка.
Я не открываю комментариев. Я открываю окно, высовываю лицо в прохладный вечерний воздух и делаю длинный-длинный выдох.
Их имена — каждое в своём ящике памяти — ложатся рядом: не прощённые, не наказанные, просто оставленные позади.
Я думаю об Артёме. Он за эти десять дней написал мне три раза. Я не ответила ни разу. Не потому, что не хочу. Потому что — пока — рано.
Завтра у меня выходной. И впервые за полгода я не знаю, чем его займу.