Дымок

– Кроме меня, – вставил риелтор и на миг перестал улыбаться, чувствуя вину за нежданное вторжение.

– Нет-нет, я не вас имела в виду, – заверила его Пег, хотя оба понимали, что именно его она и имела в виду.

– Что ж, я не стану отрывать вас от… О, «Холодный дом»! Боже, я читал эту книгу давным-давно.

– А я в первый раз.

– Джарндис и Джарндис.

[77]

[Судебное дело в основе сюжета вышеупомянутого романа Диккенса.]

– Зовите Меня Том хмыкнул и покачал головой. – Я мог бы рассказать вам несколько судебных историй, – в шутку пригрозил он. – Сделки с недвижимостью, откровенно говоря, выявляют тёмные стороны человеческой души. Я в этом уверен.

За его спиной, но на виду у Пег, на досках возле самой воды появился мокрый отпечаток предплечья.

– Возможно, вы и правы, – сказала Пег. – Но не в нашем случае. Нам очень нравится этот дом.

– Рад слышать. – Зовите Меня Том осмотрелся по сторонам, убеждаясь, что кроме них двоих никого нет, но мокрого отпечатка колена, появившегося рядом с отпечатком предплечья, он не заметил. Тем не менее, он понизил голос. – Вы говорили, у вашего друга кое-какие юридические проблемы. Развод со всеми вытекающими.

Пег никак не могла сосредоточиться на его словах, поскольку через правое плечо риелтора наблюдала, как один за другим появляются отпечатки ног на досках с другой стороны бассейна.

– Вы говорите о том, почему мы платим наличными, и тому подобное, – сказала она.

– Верно. – Зовите Меня Том придвинулся ближе, его тон стал более доверительным. Тем временем за его спиной полотенце вдруг взлетело с кресла и принялось неистово и бесшумно крутиться в воздухе. Пег понимала, что Фредди выражает таким образом свою злость из-за вторжения, но это было так

рискованно

. – Я подумал, что вам стоит об этом узнать, – пробормотал риелтор, ухитряясь выглядеть одновременно жизнерадостным, сочувствующим, встревоженным и солидарным. – Сегодня, прям с самого утра, мне позвонили из какой-то кредитной конторы в Сиракузах

[78]

[Это город в штате Нью-Йорк, а не на Сицилии, так что правильнее «Сиракьюс», но мне хотелось подчеркнуть, что назван город в честь «тех самых» Сиракуз.]

и расспрашивали о вас.

Чушь какая-то.

– Сиракузы? – ошарашенно переспросила Пег. – Спрашивали обо мне? В жизни не была в Сиракузах.

Между тем проклятое полотенце продолжало свой танец, хотя Зовите Меня Том мог в любую секунду обернуться. Но, к счастью, он этого не сделал. Не отрывая взгляда от лица Пег, риелтор сказал:

– Могу предположить, что это как-то связано с разводом вашего друга. Думаю, они узнали, что вы двое сняли дом в этом районе, и обзванивают всех агентов по недвижимости, пытаясь вас найти.

Полотенце расправилось, на мгновение воспарило, а затем плавно, как ковёр-самолёт, опустилось на доски. И в тот же момент до Пег дошло, что означал этот телефонный звонок.

– Боже мой, – прошептала она. Успей её лицо перед этим хоть немного загореть, сейчас бы от него отхлынули все краски.

– Вы мои клиенты, – заверил Пег Зовите Меня Том. На полотенце в некоторых местах проступили вмятины. – Я ничего против вас не имею и, надеюсь, это чувство взаимно.

– Ну что вы? О чём речь? – Пег выплеснула часть напряжения, всплеснув руками. «Только бы не впасть в истерику», – истерически подумала она. – Взгляните, какое прекрасное место вы для нас подыскали!

– О, спасибо. И правда прекрасное, – сказал Зовите Меня Том и наконец обернулся, оглядев все вокруг: бассейн, полотенце, безоблачное небо. Улыбнувшись, он добавил: – Порекомендуйте меня своим друзьям.

– Обязательно.

– Я записал, – риелтор достал из кармана брюк несколько сложенных бумажек, перебрал их, выбрал одну и протянул Пег, – имя и телефон этого человека, на тот случай, если вы захотите сами позвонить ему и потребовать оставить вас в покое. Иногда это помогает, если они докучают людям, напрямую не вовлечённым в дело.

– Неплохая идея, – кивнула Пег, взяв листок, но не глядя на него. Она ничего не могла с собой поделать; даже после получения дурных известий, её внимание оставалось приковано к долбанному полотенцу, лежащему с самым невинным видом. «Я сейчас огрею его палкой», – пообещала Пег про себя. – Я очень ценю вашу заботу, Том, – сказала она. – Большое вам спасибо.

– Всегда к вашим услугам. Что ж, не смею больше отвлекать вас от книги.

Они вместе подошли к двери в ограждении вокруг бассейна. Зовите Меня Том улыбнулся, затем слегка нахмурился. Некий уголок его разума озадачился вопросом: лежало ли пляжное полотенце на том же месте, когда он впервые его заметил?

– Я сегодня же вечером позвоню Фредди, – быстро сказала Пег, отвлекая риелтора. – Расскажу ему всё, что случилось. Он знает, что делать.

– Или его адвокат, – кивнул Зовите Меня Том. – Что ж, наслаждайтесь летним отдыхом, – сказал он и ушёл.

Пег, оставшись за заборчиком и закрыв дверь, провожала риелтора взглядом через решётку, пока Зовите Меня Том возвращался к своему автомобилю и сдавал задом до выезда на дорогу. Когда её плеча коснулась мокрая ладонь, Пег не обернулась посмотреть – какой смысл оборачиваться и смотреть? – лишь произнесла:

– Я с тобой не разговариваю.

– Он никак не мог оторваться от твоих прекрасных глаз, а я начал мёрзнуть в воде.

– Это бассейн с подогревом.

– Ну и что? С тех пор, как я стал невидимкой, я всё время мёрзну. Ладно, мы выяснили, что наш друг Барни натравил на нас какую-то розыскную контору, так?

Пег опустила взгляд на сложенный листок в руке, развернула его и прочитала вслух:

– «Стивен Гармейнстер. Частное агентство по поиску и розыску». Мы не станем звонить этому типу.

– У Барни, должно быть, денег куры не клюют, раз он может себе такое позволить, – заметил Фредди.

Зовите Меня Том уехал. Пег сунула бумажку в карман и вернулась к своему креслу и книге. Фредди, судя по голосу, последовал за ней.

– Если ты всё ещё собираешься завести банковский расчётный счёт, – сказал он, – указывай только адрес городской квартиры.

– Всё-таки здорово, что Зовите Меня Том нас предупредил, – сказала Пег, устраиваясь с книгой в кресле и мечтая вновь оказаться в Лондоне девятнадцатого века.

– Ну да. – Кресло по другую сторону стола отъехало назад и прогнулось. Пег ехидно взглянула на него.

– Думаешь, он хотел соблазнить меня, и это единственная причина, по которой он всё рассказал?