Дымок

Но ему же не обязательно торчать здесь все эти чёртовы два с половиной часа, не так ли? Нет, совсем не обязательно. Барни развернулся и поехал обратно в Райнбек, где ещё раз перекусил – в том же заведении, где обедала Бриско – после чего воспользовался таксофоном и кредиткой, о которой не знали нюхачи, и сделал несколько звонков. Сперва он позвонил в отдел по борьбе с организованной преступностью и сообщил, что прорабатывает кое-какие наводки насчёт семьи Павиола в Бруклине. Потом набрал домашний номер, сказав жене, что звонит из офиса, но сейчас вновь отправляется на слежку, теперь на служебной машине без телефона, так что он свяжется с ней, когда сможет. Позвонил ещё в пару мест, улаживая другие вопросы, и убедился, что все дела на мази. Затем Барни зашёл в аптеку на углу, купил четыре журнала, две газеты и две местные карты.

Вернувшись к станции, Барни убедился, что Бриско и фургон по-прежнему на месте, припарковался в квартале от них и разложил карты поверх руля, прикидывая, где что находится и куда все они могут направиться.

Первое, на что обратил внимание Барни – большой мост в паре миль к северу, и то, что с тем берегом нет пассажирского сообщения. Похоже, Бриско собирается отвезти Нуна куда-то туда. Но не слишком далеко, иначе они бы выбрали другую железнодорожную станцию.

Закончив разглядывать карты, Барни полистал обе газеты и хотел было перейти к «Плейбою» в поисках стильных советов, когда поток машин, отъезжающих от станции, подсказал ему, что прибыл очередной поезд из Нью-Йорка. Отбросив журнал, Барни предался наблюдению и ожиданию, но даже после того, как уехали последние машины и такси, фургон не появлялся.

Барни вылез из «Импалы» и прогулялся до места, откуда было видно ведущую от станции дорогу – фургон стоял, Бриско сидела за рулём. Гадство! Барни вернулся к машине и сверился с расписанием – до следующего поезда

целых

три часа. Проклятье, местным жителям стоит пожаловаться. Серьёзно, они заслуживают лучшего.

Барни чуть не прошляпил момент. Он как раз брался за «Плейбой», когда заметил едва уловимое движение в зеркале заднего вида. Он присмотрелся – это была Бриско; она поднялась по дороге, остановилась наверху, огляделась по сторонам, затем повернула направо и пошла вдоль привокзальной парковки.

Что теперь? Барни следил за отражением в зеркале – Бриско пошла тем же путём, что и он чуть раньше – до следующей поперечной улочки, а потом направо, к другому входу в здание станции.

Барни жутко хотелось знать, что происходит, но при этом ему следовало быть чертовски осторожным. Покинув «Импалу», он поспешил к станции, за Пег. Он видел её макушку, мелькающую над крышами машин, стоявших на парковке. Барни следовал за ней, пока Пег не скрылась за углом здания. Завернув в свою очередь за угол, Барни увидел, что Бриско не вошла на станцию, а продолжает идти прямо. Миновав железнодорожную станцию, улица превращалась в своего рода эстакаду, ведущую вниз к крутому повороту налево перед низкой стеной. Вдоль правой обочины стояло ещё несколько автомобилей; Бриско прошла по улочке до конца и повернула налево.

Как только Пег скрылась из виду, Барни прибавил шаг. Он увидел, что эстакада проходит над железнодорожными путями, а после поворота налево, дорога – теперь она больше походила на мост или рампу – тянулась по склону до самой реки, к площадке для спуска лодок на воду. Там стояли несколько фургонов и пикапов с пустыми прицепами для лодок, и Бриско шла прямо к ним.

Неужели Барни ошибся, и она ждёт, что Нун прибудет на лодке? Или, что ещё хуже, он

уже здесь

и они собираются

отплыть

? Это стало бы серьёзной проблемой.

Но нет. Через минуту Барни понял – Бриско просто убивала время, осматривая окрестности в ожидании следующего поезда, вот и всё. Барни её вполне понимал.

На всякий случай он продолжал вести наблюдение. Бриско дошла до лодочной площадки, побродила там несколько минут, посмотрела на реку, замшелые скалы и белые особняки на другом берегу. Барни облокотился на ограждение эстакады, чувствуя, как солнечные лучи греют его тёмный пиджак, и посматривал на Пег.

Она провела у реки минут пять, затем повернулась и начала долгий подъём обратно по склону. Барни отступил на дальний край привокзальной парковки, в ожидании, что Пег свернёт и он увидит её голову над крышами припаркованных машин, но… она всё никак не появлялась.

Барни подождал. Он нахмурился. Посмотрел вниз, на асфальтированную площадку возле станции, где стоял фургон. А вот и его хозяйка – выходит со станции. Просто она не сразу нашла тот второй вход.

Хорошо. Всем можно сделать перерыв. Барни вернулся к своей машине, сел, потянулся за «Плейбоем» – и тут мимо промчался фургон Бриско.

Что? Грёбаный сигнал не сработал! Какое неудачное время для поломки. Понимая, что придётся вести визуальную слежку, что было ему совсем не по нраву, Барни спешно завёл двигатель, включил передачу и машина

шлёп

тронулась

шлёп

с места

шлёп

. От силы миля в час. И вся трясётся, как в лихорадке.

Барни надавил на тормоз. Вот ублюдки! Он уже всё понял, но вышел из «Импалы» убедиться. Фургон уже исчез за поворотом далеко впереди.

Все четыре колеса. Спущены или проколоты. А через несколько минут, когда Барни поднял с переднего сиденья кипу карт, газет и журналом – под ними лежал «жучок», почти как новый.