Дымок

не осознавал – включая Питера и Дэвида – сколько проблем создаст этот тип, когда поймёт, что последствия эксперимента необратимы. Это ужасно его расстроило и, по-моему, всем нам стоит посочувствовать тому, через что он прошёл, несмотря даже на нанесённый им ущерб, тоже достойный сожаления. И вот, вы услышали всю историю; ужин подан и, думаю, мы можем забыть об этом происшествии и перейти к другим темам.

За все выходные не прозвучало ни единого слова на какую-либо другую тему.

– Чудесные выходные, – сказал Дэвид, пожимая вечером в воскресенье руки Роберту и Мартину возле машин на парковке. – Вы так умело справились с ситуацией.

– Ты тоже не оплошал, Дэвид, – заверил его Мартин. – Как и Питер.

Роберт, сопровождая речь хриплым фальшивым смешком, добавил:

– Ландшафт в любом случае пора было обновить. Одни и те же старые фонтаны надоедают.

– Мы всё ещё чувствуем ужасную вину из-за произошедшего, – сказал Питер. – Вы двое всегда были нашими лучшими друзьями, и мне больно думать, что случившееся вобьёт клин между нами.

– Питер, пожалуйста, не переживай больше об этом, – сказал Мартин с милой улыбкой.

Последовали улыбки, воздушные поцелуи, прощальные взмахи руками. Питер с Дэвидом забрались в свой красный «Форд Таурус», кажущийся таким мелким, гадким, плебейским и кричаще окрашенным по сравнению со стоящими рядом автомобилями. Они угрюмо и молча натянули свои яхтсменские кепки.

На обратном пути в город машину вёл Дэвид. Когда они выехали на Карантинную дорогу, Питер произнёс:

– Ох уж этот Мартин… Что за пронырливый тип. И впрямь – нянечка Мартин! Ты его слышал? Роберт хотя бы прямо говорит, что думает.

– Нет, не всегда, – возразил Дэвид.

– Ты понимаешь, о чём я. «Не переживай больше об этом», – передразнил Питер, подражая Мартину. – Ты же знаешь,

что

это означает. Не переживай, потому что больше ты сюда

не вернёшься

.

Дэвид вздохнул, но не видел смысла и дальше обсуждать их изгнание из Эдема. Они уже ехали по окружной дороге 14, и Дэвид заметил на обочине останки велосипеда, похоже, угодившего в серьёзную аварию. «Не хотел бы я ехать на том велосипеде», – подумал Дэвид, пытаясь отыскать кого-нибудь, кому было хуже, чем ему самому.

– И теперь вся история выплыла наружу, – пожаловался Питер.

– О, не совсем так, – сказал Дэвид. – Об этом я меньше всего беспокоюсь. Уже сейчас всё это кажется шуткой тем, кого там не было. Они так до конца и не поверят; будут думать, что это ещё одна городская легенда.

– Хотел бы я сейчас увидеть Фредди, – задумчиво проворчал Питер.

Дэвид вздохнул.

– В этом-то и заключается проблема, не так ли? – спросил он.