Страница 24 из 77
«Буду время от времени закидывать сюда продукты. Если понадобится что-нибудь — напиши и привяжи записку к бую. У трески можно есть и жабры, и внутренности, так что хорошо промой, натри солью и через две недели начинай есть. Она получается очень вкусная».
Пока я читаю, из глаз капает слеза. Я торопливо вытираю ее по привычке, будто пряча, и вдруг понимаю: здесь ведь никого нет, кроме меня. От этого становится чуть спокойнее, я снова моргаю — и слезы тихо текут дальше. На моих омытых морской водой руках появляется еще и соль от слез.
Хёнчжу — единственная женщина-капитан в порту Томун. Женщин-рыбачек здесь немало, но почти все они помогают на судах, где капитаны их мужья. Женщина, которая сама ведет судно, — редкость, а молодая капитанша, которой нет и сорока, вероятно, и вовсе одна на всю округу.
Здесь считается дурной приметой пускать на лодку женщину перед выходом в море. Говорят, что, увидев утром женщину в белом, рыбак может просто развернуться и пойти домой. И в таком вот месте она управляет судном… В обычной одежде Хёнчжу выглядит совсем как городская жительница. Интересно, как она оказалась здесь?
Я впервые встретила ее, когда без всякого плана приехала из Сеула в порт Томун. Было два часа ночи. Я просто сидела дома, а потом вдруг завела машину и отправилась к Восточному морю. Добралась я за три часа, но совершенно не знала, что делать дальше. И тут из темноты на дороге показалась фигура в резиновых сапогах. Когда она приблизилась, я поняла, что это женщина.
— Вы что-то ищете?.. — спросила она так, будто все это время наблюдала за мной издалека.
Я не успела ответить, как она добавила:
— Здесь сейчас негде переночевать. Вам, наверное, лучше поехать в другую деревню.
— А, нет, — замялась я. — Я просто немного отдохну и поеду дальше.
— Понятно. Тогда будьте осторожны, тут темно.
Мы обменялись еще парой слов, и она прошла мимо меня. В свете фонаря на ее плече на миг блеснули буквы. «Ёнильхо? Что такое “Ёнильхо”?»