Обнулённый

— Идём, — она схватила меня за руку и потащила к избе знахарки.

— Не задерживайтесь, — строго наказал из-за спины Свен. — Сегодня мы чествуем охотника, который сразил зверя!

Я оглянулся. Бертран опирался на здоровую руку и усмехался. Бон все-таки сдался: молодой охотник сидел на земле и показывал лапу Химеры пацанёнку. Бон поднял голову и посмотрел нам вслед. На его лице читалась усталость, но он поджал губы и тут же отвернулся, когда юркий пацаненок попытался потрогать конечность монстра.

Дана тащила меня до самой избы. Я удивлялся, откуда в её тонких руках столько силы. В избу мы ввалились вместе. Она захлопнула дверь и отрезала нас от деревни, от Свена и от всего, что было снаружи.

— Садись, — строго сказала она и указала на лежанку.

Я сел и с наслаждением вытянул затёкшие ноги. Дана уже без стеснения развязывала шнурки на моей тунике.

— Снимай рубаху, — скомандовала она.

Я стянул тунику и слегка поморщился: часть ткани успела прилипнуть к повязке, наспех сделанной в лесу. Дана охнула, когда увидела раны.

— И ты ещё в таком состоянии шутить изволишь! — строго произнесла Дана и начала снимать повязку. — Это ведь следы от когтей?

— Да, — не стал отпираться я.

— А говорил, что кровь не твоя, — она отвернулась к столу и загремела горшками. — Я же просила тебя быть осторожнее.

— Я и был осторожен.

— Ага, как же, — она фыркнула и повернулась ко мне, перемешивая мазь. — Сиди смирно.

Она втёрла пахнущую травами мазь в рану, и я почувствовал, как сначала кожу щиплет, а потом отпускает, и по телу разливается приятное тепло. Дана сосредоточенно работала. Я смотрел на её взволнованное лицо и непослушные рыжие локоны, разбросанные в разные стороны.

Я не удержался и убрал одну из прядей ей за ухо, но неудержимая прядь тут же встала торчком.

— Больно? — спросила Дана, её щёки слегка покраснели.

— Нет.

— Врёшь ведь опять, — она улыбнулась краешком губ. — У вас у наёмников так принято?

— Не всегда.

Дана покачала головой, наложила на рану чистую тряпицу и начала заматывать. Она закрепила повязку и оглядела свою работу. Убирать руки она не спешила.

— У тебя руки дрожат. — заметил я.

Ее пальцы на моих руках заметно дрогнули.

— Я не знала, вернетесь вы или нет. — Дана качнула головой, отчего ее рыжие локоны заплясали по ее лицу в такт огню в печи. — Не знала, вернешься ты или нет.

Она опустила голову, и её пальцы сжали мои запястья сильнее. Я чувствовал тепло её ладоней сквозь повязки.

— Ты… — она подняла свои изумрудные глаза и на мгновение замерла, а ее щёки вспыхнули. — Ты останешься?

Её дыхание было тяжёлым, а тонкие пальцы крепко держали меня за запястья. Я смотрел на неё, не торопясь отвечать.

А затем притянул Дану к себе и припал к её тёплым нежным губам. Девушка вздрогнула, но тут же ответила на поцелуй. Я посадил её себе на колени, и мои руки потянулись под подол её зелёного платья. Дана обхватила меня ногами и горячо застонала. До других пациентов очередь этой ночью не дошла.