Страница 86 из 171
Глава 32. Святилище Мирё
* Сабин *
Кричать, сопротивляться, пытаться привлечь внимание — бесполезно. Я была всего лишь слабой женщиной, которую двое похитителей легко скрутили и связали по рукам и ногам. Нужно признать, они не пытались ударить меня по голове или лишить чувств. Им это было просто ни к чему: достаточно оказалось заткнуть мне рот тряпкой, предварительно впихнув туда какой-то кляп.
— Убьёт нас взглядом, — пошутил один из моих похитителей.
Те самые двое темноволосых слуг. Не зря они показались мне подозрительными, точнее, такими их делали их же действия: напряжённые взгляды, избыток внимания и настоящая паника, которую я заметила утром.
Но сейчас они меня точно не боялись.
Невероятным образом лавировали по коридорам, ни на кого не натыкаясь, — почти все слуги смертельно устали после целой ночи гуляний. Похитители явно знали эти переходы как свои пять пальцев: они даже переждали группу людей в крохотной каморке, служившей кому-то спальней.
— Ммммм! — я не оставляла попыток привлечь к себе внимание.
— Не мычи, коровушка, — хохотнул один из них и звучно хлопнул меня по попе, которая торчала вверх, пока я висела на плече у второго.
Их говор был чистым, без малейшего акцента, и я никак не могла взять в толк, зачем они это делают. Работают ли они на Дорнесс? Или на разбойников Альмерэ? И что они собираются делать со мной?!
Ловко, оставаясь в тени, они спустились вниз и через служебные помещения добрались до внутреннего двора. Там их уже ждала телега, нагруженная мешками — на первый взгляд с зерном. К моему ужасу, один из мешков оказался пустым, его натянули прямо на меня, а сверху навалили настоящие, полные крупы. Я не могла даже шевельнуться, и любое моё мычание теперь тонуло в этой массе.
Больно…
Телега тронулась, я едва различала их голоса, зато всем телом чувствовала каждый камень и каждую кочку. Я просто не могла поверить, что всё произошло так быстро и нелепо, но в глубине души надеялась, что сэр Гектор всё же услышал мой всхлип и теперь следует по пятам. Он расправится с этой парочкой в считаные секунды…
К моменту, когда с меня наконец сняли верхние мешки, я готова была выть от свежих синяков. Рубцы от ожогов тоже натянулись, особенно на шее, которую нещадно натирал ошейник, придавленный дополнительным весом.
— Жива? — спросил первый.
— Жива, жива, — подтвердил второй. — Шевелится. Тяжко девке дышать, наверное, но лучше не рисковать. Оставим только пару мешков сверху: каэри живучие, я слышал, что с ними ни делай — всё равно восстанавливаются.
Это вовсе не значило, что нам не бывает плохо. Мы чувствуем боль так же, как и все остальные…
— Лорд Мазин будет недоволен, — произнёс один горько, с явным страхом в голосе.
— Она бы нас выдала, Габи, как пить дать! Я видел это по её взгляду, и никакие месяцы службы нас не спасли бы. Подозрительная девка, если бы не она…
— Ты уверен, что за нами не следили?
— Нет. Похоже, их леди… эта Элоиз, которая красавица… Она магичка, что-то творит с рыцарем смерти, и он ничего вокруг не видит. Он должен был отправиться с лордом Деро, но она остановила его одним словом. Каэри столько шуму наделала! Будь он в себе, сразу бы рванулся за нами, но он просто помешался на леди. Хотя до этого, с утра, не особо не обращал на неё внимания…
Я вскинулась под мешками, жадно вслушиваясь в их разговор и вспоминая, как сэр Гектор пришёл ко мне вчера и признался, что теряет себя. Могло ли… могло ли это быть правдой? Неужели леди Элоиз действительно воздействовала на него магией?
Но зачем?!
— Надо было её похитить, Эрик…
— Мы к ней теперь и близко не подберёмся, сэр Гектор от леди не отойдёт. Ну ничего, за каэри мы выручим хорошую монету, и это лучше, чем ничего. Уверен, лорд Мазин поймёт. Крепость потеряна, и считать, что мы найдём способ захватить её снова — полная дурость.
— Да и для нас слишком опасно.
Двое дополняли друг друга, почти заканчивали слова друг за другом, и я подумала, что они, должно быть, братья — уж слишком похожи. Но очередная кочка выбила из меня последние мысли, оставив в голове лишь поток ругательств.
Которые, впрочем, ничего не изменят.
***
Сколько мы так ехали? Я не знала, понимала только, что очень долго — в какой-то момент стемнело, а после снова стало светло. Несколько раз я проваливалась в сон. Похитители, как я поняла, никогда не оставляли меня одну, лишь один из них отлучался и возвращался с новыми лошадьми. Ели они на ходу, и мне еду, конечно же, не предлагали.
За это время я успела запутать себя еще больше, всё пытаясь выскользнуть из верёвок на руках за спиной. Теперь, когда на мне было не больше двух мешков, я чувствовала себя намного легче, и боль притупилась, однако это лишь позволило страху окончательно затопить сознание.
Как далеко меня увезли? Следовал ли кто-нибудь за мной? Заметили ли вообще мою пропажу? И где мы сейчас?
Где бы мы ни находились, похитители явно достигли места назначения — я услышала множество голосов, приветствующих их, и с ужасом осознала, что они говорят на другом языке.
Дорнесс…
— Где лорд Мазин?
— Завтра вернётся и бошки вам открутит, — грубо отозвался кто-то с сильным акцентом. — У вас был приказ…
— Сам отправляйся и подыхай там ради своего приказа! Крепость потеряна, и если вам что-то не нравится — мы уйдём, уж лучше в разбойники вновь подадимся… — огрызнулся один из моих похитителей, тот, кого звали Эрик. Он был главным и старшим их двух братьев.
— Мы привезли кое-что, что ему понравится. Бесценный подарок! Без неё сэр Гектор сильно ослабнет, к тому же её можно продать — на эти деньги мы сможем жить целый год! — гордо добавил Габи.
Послышались ругательства на незнакомом мне языке. Эрик пытался ответить, но им явно было непросто разговаривать и понимать друг друга. Я различала только одно слово — «каэри».
— Покажите её, — раздался чей-то приказ. — До возвращения лорда Мазина я сам попробую её, а вдруг вы врёте. Тем более каэри не привыкать.
Эти слова вызвали у меня отчаянный приступ паники, тут же оттеснивший и голод, и жажду, и усталость.
Что значит «попробую»?!
— Доставай, — устало произнёс Эрик.
Похититель стянул с меня два мешка и за связанные ноги потянул по телеге к тому месту, где они все стояли. Я слышала грубые смешки, полные ожидания и нетерпения. Скабрезные комментарии — их смысл был ясен по одному только тону.