Спаси меня, командор!

Он передал документ судьям. Те принялись изучать.

Кассиан вскочил, лицо его побагровело.

– Это подделка! Я не подписывал ничего подобного! Моя печать хранится в сейфе!

– Печать можно снять со старого документа и поставить на новый, – заметил Корин с лёгкой усмешкой. – Но суд сам оценит подлинность.

Магистр Аргус, сидевший в кресле для свидетелей, поднялся.

– Ваша честь, позвольте мне взглянуть на документ.

Судья кивнул. Аргус взял пергамент, повертел в руках, поднёс к свету.

– Печать подлинная, – сказал он медленно, но… – он нахмурился. – На бумаге есть следы, словно пергамент перед этим подвергался лёгкому магическому воздействию.

Корин пожал плечами.

– Или это следы обычного хранения в сейфе с другими магическими предметами. Мои улики законны, магистр. Если у вас есть конкретные доказательства подлога – предъявите.

Аргус покачал головой.

– Конкретных – нет. Но я прошу суд учесть: документ вызывает сомнения.

Судьи переглянулись.

– Этого недостаточно, чтобы отклонить улику, – сказал главный судья. – Однако мы учтём ваше замечание, магистр.

Кассиан рванулся вперёд, его сдерживали стражники.

– Это всё Амалия! Она меня подставляет! Я никогда не нанимал убийц!

– А как же ваш собственный яд? – спросил Корин спокойно. – Амалия невиновна.

– Я не подсыпал. Кто-то другой…

– Кто? – Корин развёл руками. – Мои люди провели допрос слуг, ваша честь, и один из них указал на Кассиана – именно он сфабриковал отравление, подсыпав яд в собственный бокал, чтобы обвинить сестру и избавиться от неё. А мотив у него был в виде наследства.

В зале поднялся шум. Кассиан опустился на скамью, закрыв лицо руками. Он смотрел на меня с растерянностью? Впервые я увидела в его глазах не ненависть, а замешательство. Он действительно верил, что я его отравила. И теперь его мир рушился.

– Я… я не знаю, – прошептал он.

– Ваша честь, – сказал Корин, – я прошу суд рассмотреть вопрос об аресте Кассиана Торнвальда по обвинению в организации покушения на убийство и ложном доносе. Улики достаточно весомы.

Судьи удалились на совещание. Вернулись через десять минут.

– Решение суда, – объявил главный судья. – Амалия Торнвальд полностью оправдана по делу об отравлении. Кассиан Торнвальд, ввиду представленных улик , несмотря на отдельные сомнения в их чистоте, арестовывается до дальнейшего разбирательства по подозрению в организации нападения на сестру и ложном обвинении.

Стражники подошли к Кассиану. Он не сопротивлялся, только смотрел на меня пустыми глазами.

– Я не делал этого, – сказал он тихо.

Он опустил голову и позволил увести себя.

В зале воцарилась тишина. Корин поклонился судьям и, проходя мимо меня, бросил короткий взгляд – непроницаемый, холодный.

Аргус подошёл ко мне, шепнул:

– Документ странный. Будьте осторожны.

– Спасибо, магистр, – ответила я, хотя до конца не поняла его тревоги.

Вульф принёс мне стакан воды.

– Пейте, – сказал он.

Я выпила залпом.

– Командор, – спросила я, – что теперь будет?

– Кассиана посадят в тюрьму до суда. Ваше имя полностью очищено. Вы можете вернуться в свой род или остаться под моей опекой.

– А что лучше?

– Остаться под моей опекой, – ответил он без колебаний. – В вашем роду вас не любят. А я могу вас защитить.

Я посмотрела на него. Синие глаза, стальная челюсть, ни тени улыбки. И вдруг я поняла, что он не просто выполняет приказ. Он переживает за меня.

– Ладно, – сказала я. – Остаюсь. Но только при одном условии.

– Каком?

– Вы научите меня пользоваться магией. Не хочу больше тыкать пальцами в небо.

Он помолчал, потом ответил с лёгкой усмешкой:

– Амалия, я командор стражи, а не маг. Я не умею колдовать и никогда не умел. Если вам нужен учитель – обратитесь к магистру Аргусу. Я могу лишь защитить вас мечом.

– Но вы же помогли мне понять, что магия не заблокирована, а просто спит, – растерянно сказала я.

– Это наблюдение, – пожал он плечами. – За годы службы я видел много магов. Но учить вас. – Он чуть склонил голову. – Однако я могу поговорить с Аргусом. Он уже проявил к вам интерес. Думаю, он согласится давать вам уроки.

Я вздохнула, понимая, что он прав.

– Хорошо. Тогда поговорите с ним.

– Завтра же и поговорю. – Он сделал шаг к выходу. – А сегодня вы будете отдыхать. Вы это заслужили.

Я хотела возразить, но он уже повернулся и пошёл к выходу. Я вздохнула и пошла следом.

На выходе из дворца нас остановила женщина. Лет сорока, в строгом платье, с высокомерным лицом. Я узнала её – это была тётушка Лидия, сестра отца. Она всегда ненавидела меня.

– Амалия, – сказала она ледяным тоном. – Ты опозорила род. Даже если ты невиновна, твоё поведение в суде было неприемлемым.

– Тётушка, – ответила я так же холодно, – мой братец только что арестован за организацию покушения на меня. Моё поведение было единственным, что спасло мне жизнь. Если вам это не нравится подайте жалобу.

Она побелела от злости, развернулась и ушла.

Вульф посмотрел на меня с уважением.

– Вы умеете ставить людей на место.

Я пожала плечами.

– Научилась за годы жизни в этой семейке.

Мне показалось, что он чуть-чуть улыбнулся.

Мы сели в карету и поехали домой. Я откинулась на сиденье и закрыла глаза.

– Командор, – сказала я, не открывая глаз.

– Что?

– А вы бы действительно меня защитили, если бы братец меня ударил?

– Да, – ответил он без паузы.

Я улыбнулась.

– Тогда спасибо.

Карета покатила по мостовой. Впереди был дом, горячий ужин и новая жизнь.