Страница 78 из 78
Дэвид Дубинский выпал из окна своего офиса на восьмом этаже.
Дэвид Дубинский, один из видных деятелей профсоюзного движения Нью-Йорка и многолетний конкурент Бенджамина Шлезингера найден мертвым ранним утром. Тело обнаружили прохожие у здания на Бродвее, где Дубинский снимал офис. По заключению прибывших на место полицейских, мужчина выпал из окна восьмого этажа.
В офисе была найдена записка, однако полиция отказалась раскрывать ее содержание в полном объеме, сославшись на интересы следствия. Однако детектив сообщил, что записка носит личный характер, и что человек, судя по всему, находился в тяжелом душевном состоянии.
Те, кто знал Дубинского, отнеслись к этой версии с нескрываемым скептицизмом. Один из его коллег, попросивший не называть его имени, сказал: «Дэвид был человеком несгибаемым. Он боролся всю жизнь, я не верю ни единому слову полиции. Это убийство».
Однако факты остаются фактами. Гибель двух видных профсоюзных деятелей в течение одной ночи вызвала волнение в рабочих кругах города. Ряд активистов уже потребовал от городских властей провести независимое расследование и не ограничиваться версиями об ограблении и самоубийстве.
Мэрия на данный момент отказывается давать комментарии'.
В общем, Лепке сделал свое дело и убрал оба препятствия к тому, чтобы мы взяли под свой контроль швейный профсоюз. Теперь остается вмешаться в выборы и поставить над ним нужного человека. И тогда все, он будет наш.
Только вот… Зачем эти придурки их за одну ночь-то убили? Я не давал такого приказа. Да еще и так топорно. И как будто все перепутали — им как раз надо было Шлезингера выкинуть из окна, а Дубинского зарезать, причем в разные дни.
Хочешь сделать хорошо — делай сам, честное слово. Ну вот рицин же уже изобрели, и в чем была проблема угостить его такой сигаретой, скажем, и просто сгорел бы за несколько дней. Прямо как в кино одном предполагалось. Выявлять его толком еще не умеют, а яд найти — не такая уж и большая проблема.
Вот ведь зараза. Полиция точно возбудится. Хотя сделано все равно должно быть чисто, никто никого не видел. Другое дело, что теперь они будут в профсоюзные дела лезть.
Да и неприятно это как-то, честное слово. Парой страниц раньше читал о том, что я гангстер с золотым сердцем, а теперь два убийства, в общем-то, неплохих людей, единственная вина которых была в том, что они оказались слишком несговорчивыми.
Но ладно, что случилось, то случилось. Радости у меня это не вызывает, но особой скорби тоже. Сколько еще впереди будет такого?
Но надо уже отходить, уходить в легальный бизнес, и уводить всю Семью, оставаясь при этом боссом. Только вот не все пойдут, многие привыкли жить по-старому. Да и силовое крыло нужно, никуда от него не денешься, периодически и так вопросы решать нужно будет.
Но и надо начинать уже пользоваться знанием будущего активно. Убивать тех, кто в будущем будет делать плохие вещи. Связаться с парнями со старой Родины и убийство Гитлера заказать, что ли? А мало ли, провалится, и Адольф совсем с катушек слетит, и только ускорю события. Нет, тут надо действовать иначе, так, чтобы его не просто убрать, а заменить на нормального человека.
Штрассера, например. Пусть и тоже немецкий националист, но при этом социалист, и таким уж ярым антисемитом, как Гитлер, не является. Надо думать об этом, копать в эту сторону, рассказать ему правду о планах Адольфа — они же потом всю левую часть НСДАП перережут за одну ночь. И денег дать на борьбу, миллион долларов, например. Не поймут, конечно, но я как-нибудь его достану, придумаю.
Но нужны связи, сперва через посольство, а потом ехать в Германию самому.
Ладно, года полтора у меня еще есть, а пока надо в Америке дела решить.
Я вернулся на предыдущую статью, снова прочитал про гангстера с золотым сердцем, но на душе уже так тепло не было. Послышались шаги, повернулся и увидел Гэй, уже переодетую в домашнее. Она взяла из моих рук газету, быстро пробежалась глазами и улыбнулась.
— Гангстер с золотым сердцем. Для газет сойдет. Чарли, а как ты думаешь, мальчик или девочка будет?
— Мне все равно, — честно ответил я. — Лишь бы здоровым и сильным родился.
— Я тоже так думаю… — сказала она. — Но мы все равно узнаем только когда рожать буду. Нет никаких надежных способов.
— Да, нет, — кивнул я. — Но когда-нибудь изобретут.
— Наверное. Есть хочешь?
— Хочешь куда-нибудь сходить? — спросил я.
— Давай лучше я приготовлю, что-нибудь простое. Не хочу никуда идти.
— Хорошо, — я улыбнулся.
Гэй ушла на кухню, а я свернул газету и отложил в сторону. Облокотился на спинку дивана и закрыл глаза. В общем-то, все идет по плану. А дальше — Рузвельт.
Набережные Челны, 2026 год.
Эта книга завершена. В серии Счастливчик есть еще книги.