Страница 70 из 118
Машина плавно тронулась с места. Викуся дремала на переднем сидении. Я подалась вперёд. Дремлет? Вика⁈ Она не спит уже третью неделю и никакой потребности в сне не испытывает.
— Сиди спокойно, — Лиля слегка сжала моё запястье. — Она просто летает вокруг машины, проверяет, может ли нас обогнать.
Герберт рассмеялся.
— Забавно выглядит, — с улыбкой согласилась Лиля. — Викуся, ты будешь порхать так всю дорогу?
— Иду, — Вика открыла глаза. — Я и не думала, что могу обогнать машину. Здорово!
Судя по её восторженному взгляду, действительно здорово. Разумеется, по меркам проклятого ордена, такой полёт — невинное баловство. Но как же страшно, что при служениях Граргу его приспешники могут развивать такую скорость.
— Налеталась? — Герб ласково взъерошил её волосы.
— Ага. Это было супер! Синичка, я завтра иду с тобой на концерт.
— Идёшь, — кивнул Герберт. — Нас с Лили там точно не будет, а ты, если хочешь, иди. Да, Танюш, у меня для тебя кое-что есть за хорошее поведение.
Он, не оборачиваясь, передал мне новенький айфон в кожаном футляре.
— Симкарта уже стоит, баланс пополнен. Наши номера вбиты.
— Спасибо, Герб, но это слишком дорого.
— Я не покупаю своим женщинам дешёвую дрянь, — спокойно ответил он. — Сегодня мы встречаемся у театра со старыми друзьями и, когда спектакль закончится, поедем в «Ностальгию». Я подумал, что ты вряд ли туда захочешь. Переночуешь одна в квартире?
— Да, — торопливо согласилась я.
Не могу представить ночь со слугами Грарга там, где мы отмечали наше с Вильгельмом венчание.
— Значит, я отвезу тебя домой и присоединюсь к ним попозже.
В зеркале я увидела, как весело блеснули его глаза. Ах да, сегодня вторник, день для права победителя. Кровь прилила к щекам, я отчётливо вспомнила, до какого скотского состояния напилась в пятницу и чем всё это закончилось.
— Синичка, не напрягайся, я понимаю отличие между пьяной девушкой и трезвой, — ухмыльнулся Герберт.
Лили тихо хмыкнула. Я взглянула на Вику. Кажется, она снова задремала.
Вскоре Герберт остановил машину около нового здания музыкального театра — бежевого строения в классическом стиле с колоннами и барельефами с изображениями античных муз.
Лили весело кому-то помахала. К нам подошли четверо парней — высокие, спортивного вида, лица молодые, взгляды у всех знакомые — пустые, жуткие.
Герб коротко поздоровался с друзьями и быстро повёл нас с Викусей ко входу, где уже собралась толпа.
— Герберт, ты куда? — окликнул один из них. — Познакомь нас!
— Потом, — отмахнулся он. — Здесь есть человек, который чувствует холод.
Я поймала себя на том, что прижимаюсь к Гербу, как будто ищу у него защиты. Он тоже заметил это и обнял меня крепче.
— Не бойся, никто тебя не обидит, — успокаивающе шепнул Герберт. — Ты живёшь с нами, они об этом знают.
В нарядном фойе царила праздничная суета. Сверкали огромные хрустальные люстры, звучала ликующая музыка. Герберт отправил нас с Викусей к большому зеркалу, где уже прихорашивались несколько женщин, а сам встал с вещами в очередь в гардероб. Я машинально причёсывалась, глядя в зеркало, как к Гербу подходят те четверо. Один из них шёл под руку с Лили. Судья грациозным движением скинула лёгкий плащ на руку спутника. Она эффектно выглядела в открытом вечернем платье до колена. Под ярким светом многочисленных ламп платье блестело и переливалось всеми оттенками зелёного. Распущенные вьющиеся рыжие волосы змейками спадали по плечам и спине, зелёные глаза весело блестели. Лили направилась к нам, и многие оборачивались ей вслед. Судья встала рядом, провела по губам помадой цвета пожарной машины, небрежно взбила волосы.
— Вы уже готовы, хватит тянуть время, — сказала Лили. — Пошли знакомиться.
Я машинально оглядела свой наряд — синий пиджак с вышитыми бисером узорами и длинную тёмную юбку с разрезом. На фоне красотки Лили мы с одетой в строгий тёмный брючный костюм Викусей смотримся почти Золушками. Ну, я-то вообще не люблю привлекать лишнее внимание, да мне это и не положено, а вот почему Вика выглядит так просто?
— Ты почему так одета? — шепнула я Викусе, когда мы шли через холл.
— Герберт настоял. Он пока не хочет, чтобы на меня лишний раз обращали внимание.
Мы подошли к парням.
— Вика.. Таня.. — с улыбкой представила Лили. — Олег, Роберт, Карел, Юрий.
— Очень приятно..
— Очень приятно..
Интересно, от меня ждут какой-нибудь реакции? И если ждут — то какой? Вежливые взгляды, кивки, которые можно принять за лёгкие поклоны.. Интересно, как Герберту и Лилиане удалось убедить своих друзей так на меня реагировать? Так, будто я им ровня.
— Помнится, на премьере «Кармен» провалилась с треском, — начал светскую беседу Олег, на руку которого опиралась Лиля.
Я вспомнила рассказы Равиля об игре Листа. Кажется, ещё один меломан делится воспоминаниями более чем вековой давности.
— Да, рецензии были разгромными, — согласилась Лили.
Прозвучал второй звонок — начало сверхпопулярной застольной мелодии из «Травиаты».
— Встретимся в антракте, — Герберт потащил нас в зал.
— А Лили? — я оглянулась.
— Не потеряется, — улыбнулся он. — Синичка, не надо их бояться. Наши друзья пытаются вести себя, как обычные люди, и, по-моему, у них неплохо получается.
Спектакль был поставлен великолепно. Хорошие певцы, блестящий оркестр, красочные декорации, яркие костюмы, красивые танцы.
За два антракта я немного привыкла к друзьям Герберта и Лили. После спектакля мы все вместе стояли в очереди в гардероб.
— Сколько у вас машин? — спросил Герберт.
— Две.
— Тогда прихватите Лили и Вику. Я отвезу Татьяну домой и вернусь к вам.
— Зачем? — не понял Карел. — Поехали все вместе. Берусь развлечь девушку, — он сверкнул белозубой улыбкой и весело подмигнул мне. — Я слышал, она неплохо танцует.
— С девушкой есть некоторые проблемы: ей, помимо танцев, нужен сон, — серьёзно ответил Герберт. — Причём хотя бы часов по семь в сутки. Татьяна в «Ностальгию» не едет.
* * *
Я проснулась от того, что в комнате кто-то был. И это был не Герберт. Человек как раз прикрывал дверь, когда я подняла голову.
— Кто здесь? — я постаралась, чтобы голос не дрогнул.
Положение аховое: лежу в постели совершенно голая, правда, под пледом, но кого он остановит? В комнате кто-то посторонний, наверняка из Грарга. Видимо, Герберт по привычке оставил входную дверь открытой.