Страница 54 из 55
Сердце похолодело. Я не знала, что может быть хуже этого. Если всё так, выходит, что Элджен потерял любимую жену, когда сам пытался убить её высочество. Но кто тогда убийца Амари?..
— Без паники! Всем оставаться на своих местах! – раздался уверенный голос от входа, и затем в театр вошли жандармы.
Не меньше двадцати человек. Они выводили гостей. Я оглядывалась, пребывая в настоящем ужасе. Я еще никогда не попадала в ситуацию, когда совершались такие действия, неважно, на кого направленные. Это опасно! Это – бесчеловечно!
Меня затрясло. Татуировка на левом запястье потеплела. Мне ужасно захотелось стянуть перчатку и посмотреть на неё, но я сдержалась, вместо этого взглянув на вход. Там, быстро пробираясь через толпу, к нам спешил Лориан.
Мы встретились взглядами. Волна облегчения прокатилась по моему телу. Теперь все будет хорошо! Теперь он рядом. Он защитит. Поддержит, утешит. Теперь уже всё неважно. Я даже сделала шаг к нему, и мы оказались почти рядом, в трех метрах, неотрывно глядя друг на друга. Оставались считанные секунды, прежде чем я окажусь в крепких объятиях мужчины, вдохну запах хвои – и тревоги прошедшего вечера останутся позади..
— Лориан! – голос её высочества разбил очарование момента.
Дознаватель вздрогнул и повернулся к принцессе. Он бросил на меня растерянный взгляд, окинув с ног до головы. Мне показалось, или он тревожился? Не о её высочестве, а обо мне.
Но Лориан – слуга своего народа и своего правителя. Он аристократ до мозга костей! Дознаватель слишком быстро осознал своё поведение и склонился перед её высочеством. Она медлить не стала. Бросилась к нему, и маг смерти распахнул объятия, прижимая принцессу к себе. Почти всех гостей уже вывели, но оставшиеся оглядывались, осматривая парочку. Если кто и заинтересовался, то вряд ли сейчас из-за паники был способен мыслить здраво.
Впрочем, они знали, что Лориан будет их королем и её мужем. Они даже не шептались, не вздыхали – принимали их объятия как должное. Почему же так больно?
В сердце неприятно колет, когда руки Лориана обхватывают плечи принцессы, когда её лицо спрятано у него на груди, когда они так близко. Наверняка она чувствует запах хвои – такой умиротворяющий, дарующий счастье. Мне хочется закричать, окликнуть их, напомнить о себе!
“Эй, я тут! Тут! Ну почему ты обнимаешь другую?!” – мысленно стону я, но внешне лишь поджимаю дрожащие губы.
Всё это просто выводит меня из себя! Глаза увлажнились, но я сдерживаю слезы.
А я? Как же я?.. Лориан..
Еще три дня назад он целовал меня, обнимал и прижимал к себе, признаваясь, что сходит по мне с ума. А сегодня он с другой. С той, с кем ему должно быть. А нас всего лишь связала шутка богини.
Севиль прикоснулась к моей руке. Я вздрогнула и бросила на неё хмурый взгляд, тут же устыдившись своих чувств. Принцессе было страшно. Не меньше, чем мне. Она чуть не умерла. Лориан должен её утешить.
Еще бы! Он ведь её будущий муж.
Тогда почему смотрит на меня? Почему гладит другую по спине и смотрит на меня, будто хочет, чтобы на её месте оказалась я? Будто переживал именно обо мне и только потом – о её высочестве?
Или я лишь выдаю желаемое за действительное? Ошибаюсь, как и моё глупое сердце.
— Амари, – позвала меня Севиль, но её голос доносился словно через толщу, слишком шумно было вокруг. – Ты как?
Я перевела на неё взгляд и только сейчас начала осознавать, что произошло еще несколько минут назад. Я чуть не оказалась за гранью – снова..
— Ужасно, – не стала лукавить. – Я не такая смелая, как может показаться. Не сильная, не..
— Ты очень смелая, – возразила женщина и наклонилась ко мне, – а еще ты сегодня спасла всех нас. Ты предупредила об угрозе, я смогла поставить щит. Нас бы расщепило – я чувствовала волны и давление магии невероятной мощи. Ты молодец.
Только вот слова леди Севиль произвели обратный эффект: меня начало еще больше трясти, когда я осознала, как близко была к смерти. Второй раз. Неужели мы сегодня действительно могли умереть?
— Но, Ава, – она назвала меня настоящим именем, склонившись к моему уху, – как ты догадалась, что за стеной кто-то есть?
Я сглотнула. Секрет, что я хранила, судя по всему, выйдет наружу. Теперь уже неважно. Все равно начнется расследование. Но.. стоит ли мне говорить о причастности Элджена? Разведут ли нас или меня отправят на эшафот как соучастницу? Что, если Амари далеко не невинная овечка?
Мне было страшно. Ведь за последствия отвечать именно мне.
— Лориан, мне было так страшно, так страшно, – говорила принцесса.
Я стояла достаточно близко к ним, чтобы услышать их разговор. Но недостаточно, чтобы почувствовать аромат хвои. Вот такой парадокс.
— Знаю, Мэл, знаю. Но теперь я здесь. Все будет хорошо. Я не дам тебя в обиду. – Она подняла на него доверчивый взгляд, и он провел пальцем по её щеке, стирая слезы. – Я рядом.
Я не могла больше на них смотреть, сосредоточившись на сотрудниках тайной канцелярии, разбирающих завалы. Но краем глаза я все равно видела принцессу в объятиях Лориана и слышала их разговор.
— Спасибо тебе. Я так рада, что ты у меня есть! Я так испугалась.
— Я тоже, – хрипло откликнулся Дознаватель и мне показалось, что он вновь бросил взор на меня, но я старалась не смотреть, поэтому не знала точно. – Я прибыл сразу, как.. – Он осекся, и я все-таки посмотрела на него. Да, он тоже смотрел на меня. – Как сработал артефакт.
Артефакт или?.. Я прикоснулась к своему запястью с татуировкой. А ведь Лориан прибыл слишком быстро. Даже если летел на Ветре – все равно слишком быстро. Что, если он заранее почувствовал сигнал через нашу связь, дарованную Мортаной?
Принцесса тоже проследила за взглядом мага смерти и нахмурилась. Она поняла, что он смотрит на меня, и ей это не понравилось. Мне вдруг стало безразлично.
— Мне не хватает воздуха. Я выйду, – сказала я и уверенным шагом направилась к выходу.
Гувернантка поспешила за мной – я слышала стук каблуков. Я даже не посмотрела на Лориана, даже не стала расшаркиваться перед её высочеством. Уверена, будь я рожденной в этом мире и воспитываемой согласно местным традициям, то обязательно сделала бы реверанс и попрощалась с её высочеством, высказав ей соболезнования.
Но вот беда: я уроженка другого мира. И мне плевать. Будь она хоть трижды принцесса – сегодня я пострадала не меньше.