Страница 51 из 55
Меня прошибло током. Иначе назвать нельзя. Сразу вспомнилось, как три дня назад Дознаватель прижимался ко мне. Он был обнажен, а моя сорочка едва ли что-то скрывала. Бесстыдно и горячо. И я хочу повторить.
Боги, что я творю? Неужели я действительно подумала о повторении? Почему я не могу выбросить из головы мужчину, который предпочел мне власть?
Глаза Дознавателя немного блестели. Он неотрывно изучал моё лицо, его дыхание стало рваным, впрочем, как и моё. Пульс мгновенно ускорился. Я вдруг поймала себя на мысли, что у Лориана необычайно чёрные ресницы, учитывая почти пепельный оттенок его волос.
— Привет, – выдохнула я растерянно, и Лориан сглотнул, нехотя отстранившись.
— Тебе следует быть осторожнее, особенно в платье со столь пышной юбкой.
Это забота или все-таки укор?
— Мне непривычно, – откликнулась я и, оглядевшись и удостоверившись, что тётушки рядом нет, добавила: – В моём мире я привыкла ходить в брюках или коротких шортах. Но знаешь, мне нравится такой элегантный стиль. По крайней мере, выходить из дома в свет вот так, точно принцесса, очень приятно.
Лориан с улыбкой смотрел на меня, словно мысленно радовался вместе со мной. А я вновь почувствовала к нему благодарность, завоевавшую место рядом с раздражением. У меня не было бы этого второго шанса, если бы не единственный и неповторимый маг смерти. Да, его мотивы были корыстны – не дать брату стать вдовцом, – а после Мортана привязала меня к нему, не оставив Лориану выбора, и всё же.. Мне нравилось думать, что его забота – искренна.
— Ты потрясающе выглядишь, – немного смущаясь, сделал комплимент Лориан. Чего он стесняется? Видимо, своего вчерашнего поведения и слов. – И ты что-то сделала с лицом.. макияж необычен.
— Надеюсь, я не буду смотреться нелепо? – запаниковала я. – Так модно в моём мире, но, быть может, здесь другая мода и..
— Не думаю, – тут же мотнул головой Дознаватель. – Ты очень красивая.
— Но ты видишь меня, а не Амари, – с ехидной улыбкой напомнила я. – Так что не можешь быть объективен в суждении людей о моей внешности.
Мы смотрим друг на друга неотрывно. Я не знаю, почему еще никто не подошел и не оттащил нас в разные стороны. Потому что вероятность взрыва увеличивается, если этого поскорее не сделать.
— Уверен, на Амари тоже этот макияж смотрится отлично, – отозвался Лориан и поднял руку, словно желая прикоснуться к моему лицу, но тут же опустил её. – Думаю, ты станешь законодательницей местной моды.
— Вряд ли, – я поморщилась. – Ты не мог не видеть, что пишут обо мне в газетах.
— Я уже попросил своего человека провести инспекцию в редакциях, – как само собой разумеющееся произнёс Лориан.
Я смотрела на него и не понимала, почему я сразу не увидела его доброты? Он ведь невероятно заботливый. И делает это инстинктивно, не прося ничего взамен.
Он станет отличным мужем для принцессы. Он будет невероятным отцом. Войдёт в историю как величайший король. В этом нет сомнений.
— Намиловались? – уточнила леди Севиль, и я смутилась, переведя на неё взор. – Нам уже пора.
Она подмигнула и развернулась к выходу. В этот момент из столовой вышли Улгур и за ним – тётушка Торильда. Я не могла не заметить, какой огонь зажёгся в глазах орка, когда он осмотрел мою наставницу.
— Сколько у вас обличий, леди Севиль? – откашлявшись, спросил Улгур.
— Много, мастер Улгур. Все их вам не разгадать и за всю жизнь. Но я весьма благодарна за тот комплект, что вы мне подарили, – леди провела вдоль своей талии. – Спасибо.
— Вы его надели уже сегодня? – казалось, глаза Улгура потемнели.
Ответить леди не успела. Из столовой выглянула и Катя и захлопала в ладоши.
— Какие они красивые! Папа, когда я вырасту, я тоже буду такой красивой?
— Разумеется, родная, – откликнулся Улгур.
— Ты будешь еще и статной, как леди Севиль, и с восхитительным оливковым оттенком кожи, – добавил Дознаватель.
Катя смутилась, а я улыбнулась Лориану. Он подмигнул мне. Кажется, лед между нами если не оттаял, то немного провалился под воду, сделав нас немножечко ближе друг к другу.
— Опустим лёгкий намёк на мой невысокий рост, – шепнула я ему.
— Если бы ты была выше меня, я бы чувствовал себя неуютно, – хохотнул Лориан и задумчиво добавил: – Хотя, впрочем, я бы смог пережить этот комплекс, если бы..
Если бы что? Он не договорил, прикусив кончик языка, словно собирался сболтнуть лишнего.
Я же мысленно продолжила: “Если бы мы были вместе, обручились, поженились?”
Но ничему из этого не бывать. Он сам мне сказал. Сам провел черту и расставил все точки. А мне гордость не позволит бегать за мужчиной. Изводить его своим откровенным видом – да, чтобы излечить как раз уязвленную гордость, – но просить и умолять его об отношениях – ни за что.
— Да-да, Амари невероятная красавица! – поддакнула леди Торильда тем временем. – И очень похожа на меня. В молодости. Я тоже обладала прекрасной фигурой, фарфоровой кожей и этими большими, невероятными голубыми глазами! Только разве что оттенок волос.. – Она запнулась, нахмурившись. – Амари, а ты перекрасилась?
Ох, я надеялась, что она это не заметит! Золотистые волосы Амари начинали становиться светло-сиреневыми.
— Нам пора, – спасла меня от щекотливого вопроса леди Севиль и подхватила под руку. – Не волнуйтесь, лорд Риатон, верну вашу.. э-э.. подопечную в целости и сохранности.
— Я рассчитываю на вас, леди Севиль, – откликнулся Лориан и наградил меня ещё одним долгим и мучительным взглядом.
Мучительным – потому что он мучал меня. Мне хотелось, чтобы он смотрел и смотрел. И уходить не хотелось. Лориан сегодня вернулся неожиданно рано, и этот вечер я бы предпочла провести с ним.
Но разве это к чему-то приведёт? Лишь ускорит мою влюблённость, а я и так еле сдерживалась.
Надев верхнюю одежду, поданную лакеем, мы с наставницей покинули дом Улгура. На улице уже ждала карета, запряжённая талагами. Вечерело, но закат ещё не наступил.
По дороге леди Севиль повторно инструктировала меня: как себя вести, как держаться, о чём разговаривать. Сейчас в городе в основном обсуждают предстоящие гонки на грифонах – важное событие в среде аристократии. Гонками увлекаются буквально все! Здесь делают крупные ставки на соревнованиях, и сейчас в фаворитах Горный Талисман – грифон, что выигрывал три года подряд.