Страница 112 из 139
– Это не твоя вина, что вся любовь досталась мне, а тебе только боль и страх, – в отчаянном порыве поделиться с невинно пострадавшей при разделе душевных качеств второй половинкой Нилуфар протянула руки и обняла ошарашенную столь панибратским жестом девушку. – Мы исправим эту несправедливость.
Вряд ли сердобольная женщина действительно собиралась немедленно осуществить свой план по перемещению в чертоги Владыки Джамшида, однако поскольку подруги в тот момент стояли на парапете башни, то её порыв мог быть истолкован именно в этом ключе. Не удивительно, что Майя расценила жест Нилуфар как нападение и принялась отбиваться. Если бы персиянка и впрямь была готова совершить насилие над своей подругой, то не выпустила бы жертву из своих объятий, но у неё и в мыслях не было сбросить Майю с башни, а потому столь яростное сопротивление девушки оказалось для неё полной неожиданностью. В итоге, Майя довольно легко вывернулась из смертельных объятий, оттолкнула агрессоршу и спрыгнула с парапета.
Увы, для самой Нилуфар сей чисто защитный приём оказался фатальным. Она не удержала равновесие и буквально повисла над пустотой в бессильной попытке зацепиться ступнями за шершавые камни. Майя обернулась и успела заметить, что натворила, но спасти подругу уже было не в её силах. Нилуфар словно в замедленной съёмке падала вниз, а ошарашенная убийца застыла в ступоре. К счастью для обеих подруг, за их разговором пристально наблюдали. Феликс словно чувствовал, что назревает скандал, и не сводил взгляда с обзорной площадки башни. В отличие от Майи, артанец не растерялся. Рядом с падающим телом Нилуфар на миг мелькнул размазанный в пространстве мужской силуэт, и две фигуры тут же растворились в воздухе.
Феликс решил не устраивать разборки со своей квартиранткой в присутствии Майи и сразу перенёс Нилуфар в свою квартиру. Всё случилось так неожиданно, что женщина даже не успела испугаться. Только оказавшись в безопасности, она осознала, что была на краю гибели, причём в прямом смысле этого слова. От подкатившей внезапно слабости ноги Нилуфар сделались ватными, и она бессильно осела прямо на пол. Пришлось Феликсу продолжить свою спасательную миссию, которую он уже легкомысленно счёл успешно завершённой.
Уложив разомлевшую барышню на диван, он метнулся за аптечкой. Однако Нилуфар довольно быстро пришла в себя, и добрый доктор решил ограничиться чаем с успокаивающими травками. Когда хозяин квартиры притащил поднос с чаем в гостиную, женщина уже приняла сидячее положение и даже слегка пригладила растрепавшиеся волосы. По идее, нужно было бы дать пережившей шок спасённой побольше времени, чтобы очухаться, и не донимать её расспросами, однако Феликс всё же не удержался и затеял разбор полётов, что называется, по горячим следам.
– Что ты удумала? – набросился он на Нилуфар. – Ты хотела сбросить Майю с башни? В твоей Гиркании именно так принято избавляться от соперниц?
– О чём ты говоришь? – от столь несправедливого обвинения женщина мгновенно вынырнула из своего когнитивного ступора. – Я ни за что не причиню Майе вреда, она же моя вторая половинка. К тому же это бессмысленно, Владыка Джамшид не дарует свою милость тому, кто её не желает.
– Так, ты мне эти глупости оставь, – строго произнёс Феликс. – Я не запрещаю тебе верить, во что сама пожелаешь, но Майю в свои религиозные бредни не впутывай.
– Замолчи, – Нилуфар едва ни задохнулась от такого святотатства. – Боги не прощают пренебрежения и насмешек. Они тебя накажут.
– Очень смешно, – презрительно фыркнул артанец, не веривший ни в бога, ни в чёрта и боявшийся только гнева своего работодателя. – Можешь мне поверить, меня есть кому наказывать, помимо этого твоего Джам-как-его-там. Может, Ефрем и не бог, но если разозлится, то мало никому не покажется. Вот что, милая, – он миролюбиво погладил женщину по спине, – ты тут отдохни, попей чайку, а я пойду поговорю с Майей. Она, наверное, тоже напугана.
– Возьми меня с собой, – Нилуфар сложила ладони в умоляющем жесте. – Обещаю, я даже не подойду к Майе, но мне обязательно нужно поговорить с Рэйем. Он имеет право знать правду.
– Извини, милая, но твой ухажёр теперь очень редко появляется около башни, – в голосе Феликса против его воли прозвучало откровенное облегчение. – Видать, боится встретиться с Майей после того, как приставал к тебе в Задракарте.
– Он там, я его видела, – Нилуфар упрямо сжала губы.
– Тебе просто померещилось, – отбрил упрямицу Феликс. – Это нормально, ты ведь едва ни погибла. Тебе сейчас нужно успокоиться, а не влезать в очередную историю.
Как Нилуфар ни умоляла вернуть её к башне, но артанец был непреклонен. Оно и понятно, ведь женщина явно была не в себе, и что она ещё отчебучит, оказавшись рядом с Майей, было известно разве что богам, которым она поклонялась. Разумеется, в её рассказ про Врана Феликс не поверил. Хитрая внучка ведьмы могла ещё и не такое придумать, чтобы заморочить голову своему похитителю. Проверить её слова, конечно, было не лишним, однако оставить женщину одну в столь истеричном состоянии Феликс не решился. Порывшись в аптечке, он отыскал снотворное и буквально насильно скормил своей пациентке солидную дозу. Только убедившись, что глаза Нилуфар начали сами по себе закрываться, Феликс вернулся к развалинам замка. На всё, про всё у него ушло где-то минут сорок, не больше, но эти минуты оказались роковыми.
Впрочем, недоверчивость Феликса была в какой-то мере оправданной: аэр и впрямь теперь очень редко появлялся в данной локации, правда, совсем не потому, что якобы боялся объяснения с Майей. Напротив, Врану очень хотелось увидеть свою подопечную и попытаться как-то оправдаться за своё неэтичное поведение, но война, разразившаяся в Скании, совсем не оставила времени для личных дел, а манкирование своими обязанностями капитана королевской гвардии без веской причины стажёр считал неприемлемым.