Страница 42 из 56
Я вся была в сырой земле! Вся, блин! Её разводы остались на этом бедном платье, как и комья; они же были в туфлях, явно для этого не очень предназначенных, за шиворотом и под платьем в целом. Ах, точно, ещё же мои бедные волосы…. Их после этого только стричь, по-моему!
— Тут недалеко озеро есть, в лесу, — тихо сказал герцог. Подойдя, он стал отряхивать меня, от чего я застыла, как вкопанная. В основном отряхивал именно волосы, кстати. А сам-то, скотина, весь чистый был!
— Ты думаешь, я при тебе полезу купаться? — ошарашенно спросила я, окинув его офигевшим взглядом с ног до головы, — Ты совсем⁈
— Помоешь ноги, лицо и волосы! — закатил он глаза в ответ, после чего повёл меня вперёд. Как он понимал, куда идти, я ума приложить не могла: вокруг был один молочно-белый туман, от обилия которого дёргался глаз. Мамочки…
— Спасибо, наверное, что помог выбраться, но дальше каждый пойдет туда, куда надо ему, — сказала я с усмешкой, вырвав свою руку из его и сделав пару шагов назад. Подняв лицо к небу, мужчина глухо зарычал, после чего, сжав челюсти и руки в кулаки, посмотрел на меня.
— А мне надо туда, где ты, ясно⁈ Эсми, хватит! Не надо… — начал было он, но я лишь хрипло рассмеялась в ответ.
— Хватит тебе, Эмильен! Чай на голову не я тебе вылила, не я говорила тебе, что ты — ничтожество! Не я, понятно!
— Да если бы я знал, что ты ничего не помнишь, я бы себя так не вел! — мне на секунду показалось, что он меня вот-вот убьёт, — Потому что без того, что ты вытворяла до этого, я кажусь монстром! Эсми, поверь мне и пойдём! Пойдем со мной! Боги, клянусь, все…
— Да? А я могу быть уверена, что ты мне не лжешь⁈ Я же не помню!… — язвительно заметила я, понимая, что мужчина неумолимо приближается. Синхронно с его шагами ко мне я стала отступать.
— Придётся поверить, Эсми. Просто поверить. Пока память не вернётся… — Эмильен неожиданно оказался настолько близко ко мне, что я вдохнуть нормально не могла, чтобы его не коснуться!
— А если она никогда не вернётся? И я буду помнить только чай? — растерянно прошептала я, уже не отступая. А смысл, блин? От этого идиота спасенья нет!
— Придётся доказывать, что я всегда носил тебя на руках, — в сумеречном свете луны его усмешка показалась какой-то жёсткой и даже жестокой, от чего я вздрогнула. Господи. Это кошмар просто!..
У меня уже нервы сдают, кажется…
И тут мой взгляд упал на то, что было за драконом и тихо кралось по земле.
Это действительно было нечто. Так тот, из «Властелина колец», ненормальный, ну, тот, что вечно приговаривал «моя прелесть»… Ненормальный такой, ещё Фродо к пауку заманил…
Так вот это было оно, но… Кожа была серая, почти как пепел, а рот украшали острейшие акульи зубы. Глаза же, две черные точки, смотрели аккурат на меня, из-за чего я пошатнулась. Опиралось оно на четыре тончайшие конечности, которые будто подламывались при каждом шаге.
Сказать, что я испугалась, — не сказать ничего. У меня аж сердце защемило…
— Милый, — да, это настолько я охренела, — А что это там? За тобой?…
Повернувшись ко мне спиной, Эмильен уставился на эту тварь, замер и… нет, не грязно выругался. Это был отборный местный мат!
Нам конец, да?
Глава 41
Я испуганно замерла вместе со своим бренным сердцем, которое сделало кульбит, добежало до горла и нафиг свалило ко мне в пятки, решив, что на прежнем месте ему делать своершенно нечего. На его законном месте стало как-то небезопасно!
И, в эту самую секунду, я завидовала своему сердцу со страшной силой! Мне-то валить было некуда, блин! И даже отдать этого красавчика-дракона на съедение я не могла — уж скорее он меня кинет этой твари с визгом «жри!», чем я сдвину этот шкаф хоть на миллиметр…
Но он же не сделает это, да?
Да же⁈
— А как нам… сбежать? — посмотрела я с надеждой на Эмильена, который посмотрел на меня в ответ. Как на дуру. Примерно. И смотрел так долго. И нудно, — Что⁈ — не выдержала я его молчаливого неодобрения.
В ответ послышался лишь его хриплый выдох. После же он демонстративно закатил глаза.
Кстати, всё это время мы не двигались, даже больше — мы просто замерли, наблюдая, как эта чокнутая тварь ползёт к нам!
И нервишки у меня пошаливали уже на этом этапе… А ведь до конфеток было еще далече!
— Нам не убежать, Эсми… — едва слышно шепнул герцог, тем самым согнав с моих плеч на мою бедную попу табун мурашек, где те и издохли от ужаса, — Нам не убежать от сеннаи.
От чего⁈
— Что это такое вообще? — тихо спросила я, прижимаясь сильнее к мужчине. Нет, ну а что? Пусть его жрут первым! Это он тут изменщик, чаем кидается! Так что сие было бы абсолютно заслуженно! Но, только я захотела осуществить свой план по жетрвоприношению, как чудище в облике Голлума (о, вспомнила!) замерло и заинтересованно уставилось на нас своими глазюками. Меня ощутимо передернуло.
— Это сенная — ещё нерожденный ребенок, проклятый собственными родителями, — сухо ответил генерал, отступая на малюсенький шаг и утягивая меня за собой. Монстр не пошевелился, молчаливо и осуждающе глядя на нас, пытающихся «сбежать», но при этом не догоняя. И слава Богу! Не слава была, правда, по поводу того, что я только что услышала! А, между тем, Эршанский невозмутимо продолжал, — Такие служат своему создателю, то бишь отцу. Мать чаще всего умирает в родах. Их невозможно ранить — раны затягиваются на них с невероятной скоростью. Только если отрубить голову, — Эмильен выдохнул через стиснутые зубы, вновь отступая на шажочек и утягивая меня следом, — Ещё их не берет никакая магия — на них поразительная природная защита! А раны, наносимые ими, не затягиваются и не лечатся. Лишь с огромнейшим трудом…
Я едва сдержалась, чтобы истерично не рассмеяться. Зашибись…
— И… Чего ты замолчал? — я посмотрела на него, чувствуя своим мягким местом что-то нехорошее. Вот ещё никогда я ничего такого не чувствовала! А тут прямо… Прямо писец! Не полупопия, а царство Снежной Королевы! Что, в общем-то, ни капельки не удивительно! Ни капельки! А-а-а!
— Ну, во-первых, мне очень интересно, кто их хозяин и сколько их в целом, — я кивнула, подтверждая слова мужчины. Да, сие важно. Сие очень важно! Хотя, я почему-то уверена, что на нас бедных хватит и одной, и не важно, чьей! — А во-вторых… Чтобы её убить, нужно быть быстрее её и хитрее.
— Обнадеживает! — съязвила я, памятуя интеллект Толкиенского Голлума. Что-то мне подсказывало, что эта тварь не сильно тупее! Закатив глаза, герцог окинул меня нечитаемым взглядом.