Страница 31 из 56
— На выход! — кутузка неожиданно остановилась и дёрнулась, из-за чего все двенадцать человек едва не попадали друг на друга, впрочем, лично мне удалось удержаться каким-то чудом. Один из стражников рывком распахнул деревянную дверь и кивком головы повторил то, что мы услышали пару секунд назад. Народ в буквальном смысле повалил наружу, ругаясь на все лады, поэтому пришлось подождать, пока все выйдут. Лайза, кстати, поступила так же, — Вас ждать ещё долго? — обратился к нам стражник. Вздохнув, я медленно поднялась с места и вышла, а девушка следом за мной.
Вернее, я не вышла, а выпрыгнула прямо в уличную грязь, из-за чего забрызгала платье, но меня это даже не расстроило. Что меня вообще может расстроить во всей этой ситуации? Кажется, уже ничего!
Нас погнали в местный участок — большое двухэтажное каменное здание, с решётками на окнах, огороженное высоким железным забором, через который невозможно было перебраться. Не церемонясь, нас затолкали во двор и захлопнули за нами массивные железные ворота, дав внутрь заехать кутузке. Причём она настолько стремительно влетела внутрь, что пришлось кидаться в рассыпную, чтобы копыта коней ненароком не попали по нам.
Снег стал засыпаться за шиворот, от чего я поёжилась. Мне снова не было холодно, просто ощущение было… неприятным. Особенно от осознания, что нас всех сейчас загонят в помещение и он начнёт таять!
Вздохнув, я пошла в участок вместе с гудящей толпой, инстинктивно поплотнее запахивая плащ и то и дело щупая шкатулку с деньгами и драгоценностями, которую чудом успела сунуть в карман. От чего-то у меня появилось такое чувство, что ни Герцога, ни обоза, ни того, что внутри я больше не увижу, поэтому я рискнула и взяла её с собой.
Ну, и ещё небольшой кинжал, который был у меня в голенище сапога. Пользоваться им я совершенно не умела, только метать, причём идеально — это вполне входило в обязанности циркового артиста, однако… Какова вероятность, что я смогла бы его метнуть прямо в человека? А убить? Могла ли я сделать подобное?
Нет, ведь я всё ещё была человеком, как бы абсурдно это не звучало!
Нас завели в странное полутемное здание с обширным холлом, из которого вело несколько дверей: четыре решетчатых (две справа и две слева), две обычных прямо напротив входа и еще две наверху двух лестниц. Здесь же, справа и слева, стояли дубовые столы-стойки с большими свечами на них, что были единственными источниками света тут, за которыми сидели мужчины и женщины в красновато-серой форме, что активно что-то писали, сверяясь с документами. Подойдя к одной из девушек, стражник в латах склонился к ней и пробасил:
— Элдея, нужно оформить всех этих… Граждан, — он окинул нас странным взглядом, нечитаемым из-за опущенного забрала, а Элдея, пожилая женщина с темными волосами собранными в гульку, уже тронутыми сединой, подняла на него взгляд, полный претензии и недовольства:
— Хватит. Временная тюрьма переполнена. Это последняя партия до конца месяца. Всё равно их через некоторое время выпускать. У нас не такое финансирование, как в «Аластах», нам их кормить нечем, — я поёжилась. Господи, нас здесь голодом не заморят? Чтобы отвлечься, стала рассматривать причудливый узор на мраморном полу, напоминающий розу ветров, только лучей было всего восемь, — Что стоим, граждане? Подходим и предъявляем документы! У меня скоро обед!
У вас обед, а у нас, похоже, диета! Тьфу!
— Так это… Нету у нас, — сказал тот самый мужчина, которого стошнило в кутузке, повернувшись к ней и разведя руками в стороны, — Ни у кого.
— У нас есть, — сухо выдала я, взяв за руку Лайзу. Изогнув бровь, женщина вздохнула и указала нам пальцем на место возле стойки, а остальных велела увести одним взмахом руки. Подойдя к ней, я извлекла документы из плаща и протянула ей.
Посмотрев на них, она подняла брови, после чего перевела внимательный взгляд на нас и попросила оставаться на месте, пока она не вернётся. Медленно встав со своего места, при этом отодвинув стул так, что он загрохотал, она быстро взбежала наверх по одной из лестниц. Импровизированные паспорта мадам, естественно, забрала с собой.
Кстати, форма у неё была очень интересная — пиджак, белая блуза с небольшим жабо и длинная юбка в пол с оборками по бокам. Смотрелось это на ней очень органично!
Впрочем, я довольно быстро начала нервничать. Неужели она поняла, что паспорта поддельные? Если да, то что нам за это грозит? Лично я местный Уголовный Кодекс не изучала и понятия не имею, какой за это срок! Или смертная казнь, не дай бог!
Прошло около получаса, за которые я успела уже даже представить, как меня растягивают на дыбе, прежде чем дверь открылась и дама вышла оттуда. Без паспортов. Зато за ней шёл мужчина, судя по сморщенному лицу лет шестидесяти пяти, разодетый в пух и прах: тут тебе и сапоги, начищенные до блеска, и черные форменные брюки, и казмол, расшитый серебряной нитью, и рубашка с большим белым накрахмаленным жабо, белые кружевные манжеты, видимо, стираные руками и прочие излишества. Волосы у него были полностью седыми, а взгляд цепким и холодным, даже презрительным. И вот у него в руках и были наши паспорта!
Твою мать!
Глава 30
Я сделала судорожный вдох, пытаясь прийти в себя, но как-то застопорилась на половине пути. Вот не вхожу в саму себя, и всё тут! Слишком много нервов… слишком сильный стресс!
Пожилой мужчина, двигаясь лениво и медленно, так, будто весь мир принадлежит ему, цепким орлиным взглядом оглядел меня с ног до головы, после бросил быстрый взгляд на Лайзу и, вновь переведя его на меня, подошёл на расстояние метра к нам. Женщина проследовала к столу-стойке и села за него, продолжив что-то писать, как будто это всё её не касалось.
— Здравствуйте, герцогиня Эршанская, — он посмотрел на меня немигающим взглядом, будто ожидая чего-то, но я не шелохнулась, совершенно не понимая, кто передо мной. От шока, кстати, я даже не отреагировала на его «герцогиня» внешне. Но внутри был полный пи…сец.
Я нарочно оглянулась, делая вид, что не поняла, о ком вообще речь, а после повернулась обратно к нему лицом, подняв брови и посмотрев прямо ему в глаза, но мужчина не купился. Хотя, на что я надеялась?
— Герцогиня, не делайте вид, что не поняли, к кому я обращаюсь, — усмехнулся он, после чего щёлкнул пальцами. А я буквально кожей лица почувствовала, как с меня падает личина.
Ох-ре-неть.
Других слов у меня просто нет.
«Качественная иллюзия»… Тьфу! Я же теперь ни одну не смогу себе установить на лицо!