Страница 18 из 103
— Итак: Мик, свет и тени. Дэн, лабиринт без трупов и пауков. Фло, рассадка и тотальный контроль. Через две недели мы превратим поместье лорда Эшфорда в такой лабиринт, что гости еще долго будут гадать, как мы прочитали их мысли.
Дэн направился к двери, но на пороге обернулся.
— Лабиринт я сделаю. Но если кто-то заблудится и начнет звать на помощь, я умываю руки.
— Пусть заблудятся, — ответила Вилла. — Им будет о чем рассказать за десертом.
Когда мужчины вышли, Вилла посмотрела на Флоренс. Та уже раскладывала папки по стопкам: «важно», «срочно», «можно проигнорировать».
— А что у тебя в папке «можно проигнорировать»?
— Мелкие, но пикантные детали. Лорд Эшфорд в юности хотел стать актером. Леди Грейсон пишет стихи. У сэра Генри есть незаконнорожденный сын в Испании.
— Сын в Испании — это правда?
— Правда. — Флоренс захлопнула блокнот. — Но пока он сам не решит сделать это достоянием вечера, нам это не нужно. А если решит… мы будем во всеоружии.
Вилла покачала головой.
— Ты, мое секретное оружие, Флоренс.
— Договорились.
Флоренс встала, поправила стопки.
— Я проверю рассадку.
— Проверь. И скажи Дэну, чтобы не ныл.
— Он будет ныть. Это его способ общаться.
— Знаю.
Флоренс вышла.
Вилла осталась одна. Посмотрела на разложенные папки, на карту рассадки, на пустую чашку. Взгляд упал на часы. Половина одиннадцатого. До вечерней встречи в клубе еще куча времени. Заехать к Торнтону можно успеть.
Вилла взяла телефон, набрала номер сэра Генри. Тот ответил после пятого гудка, с той ленивой интонацией, которая означала, что он прекрасно знал, кто звонит, и делал вид, что очень занят.
— Сэр Генри, это Вилла Ашер. Я сейчас заеду за своими эскизами.
— Мисс Ашер, я, право, не уверен, что они у меня...
— Вы в этом уверены. Я оставила их у вас после нашей встречи. Желтая папка. Ваша секретарша подписала подтверждение.
— Но сегодня я очень занят...
— Я буду через двадцать минут.
Вилла положила трубку, не дожидаясь ответа. Взяла пальто и ключи от машины.
◊◊◊
Полдень вторника. Лондон, Мейфэр. Улица, на которой располагался офис Артура Синклера — неприметное здание георгианской эпохи, внутри отделанное с той сдержанной роскошью, которая кричит о деньгах громче любого золота. Рой сидел в припаркованном Ягуаре, ожидая, пока Артур закончит телефонный разговор с женой и выйдет. Они должны были ехать на встречу в Сити, но Элинор, судя по обрывкам разговора, доносившимся из приоткрытого окна на втором этаже, обсуждала с мужем какие-то дела своего стрелкового клуба и заодно интересовалась, почему он вчера вернулся позже обещанного. Рой не вслушивался, это было не его дело. Он умел ждать.
Он смотрел на улицу рассеянно, сканируя пространство по привычке. Люди, машины, голуби, мусорный бак у соседнего здания, курьер на велосипеде. Утро было серым и холодным, типично лондонским. Его мысли текли вяло, и он позволил им течь, редкая роскошь для человека, чей мозг всегда работал в режиме анализа угроз.
А потом дверь здания напротив открылась, и из нее вышла Вилла Ашер.
Рой выпрямился на сиденье. Не резко, он никогда не делал резких движений без необходимости, но достаточно заметно для самого себя. Она была в строгом брючном костюме темно-синего цвета, с кожаным портфелем в руке и беретом, лихо сдвинутым набок. Волосы распущены, падают на плечи тяжелой волной. Она остановилась на крыльце, достала телефон, быстро что-то проверила, сунула обратно и быстрым шагом направилась в сторону Бонд-стрит. Не оглянулась.
Здание напротив. Рой знал, кому оно принадлежит. Сэр Генри Торнтон. Тот самый, с которым он разговаривал в галерее. Тот, что торгует антиквариатом сомнительного происхождения. Тот, которого Артур просил «посмотреть», и Р ой посмотрел, и выводы были не в пользу сэра Генри. А теперь из его офиса выходит Вилла Ашер, организатор мероприятий с кристально чистой биографией. Женщина, которая врезалась в него на Парк-лейн, которой он прикуривал в темном переулке, которая чуть не подстрелила его из лука в Суррее и с которой он стоял перед кричащим Папой Бэкона в галерее. Женщина, о которой он думал чаще, чем хотел бы признаться.
И она выходит из офиса человека, связанного с контрабандой антиквариата.
Рой проводил ее взглядом, пока она не скрылась за углом. Внутри у него все сжалось. Не от ревности, он не имел на нее никаких прав и сам это знал. От профессионального беспокойства, смешанного с чем-то более личным, во что он не хотел углубляться. «Зачем она там была? В галерее она явно избегала Торнтона, ушла сразу, как он появился. Но сегодня она выходит из его офиса с деловым видом. Встреча? Обсуждение заказа? Или что-то еще?»
Он не любил неопределенности. И он не любил, когда люди, которые казались ему интересными, вдруг начинали вести себя непредсказуемо. Хотя, если честно, вся Вилла Ашер с первой секунды была непредсказуемой.
Артур вышел из офиса через пять минут, сел в машину и хлопнул дверью.
— Элинор хочет расширить клуб. Говорит, нашла новое помещение, и ей нужно мое благословение. — Он усмехнулся, пристегивая ремень. — Благословение. Как будто она когда-нибудь спрашивала разрешения. Она просто ставит меня перед фактом, а я делаю вид, что это моя идея. Идеальный брак, Рой.
Рой ничего не ответил. Он завел двигатель и выехал на дорогу. Артур покосился на него.
— Ты чего молчишь? Опять кофе перепил? Или тебя кто-то расстроил?
— Все в порядке.
— Ну-ну. — Артур откинулся на сиденье и закрыл глаза. — Ладно, не хочешь говорить, не надо. Но когда захочешь, ты знаешь, где меня найти. Обычно я в баре или в постели с женой. Второе предпочтительнее.
Рой вел машину, но краем глаза все еще видел дверь здания напротив и женщину, вышедшую из нее.
Вечер того же дня. Частный клуб в Мейфэре — место, куда не ходят, чтобы быть увиденными. Старая кирпичная кладка, кожаные кресла, запах сигар и старого виски, впитавшийся в деревянные панели за десятилетия. В главном зале потрескивал камин, в читальне царила тишина, нарушаемая только шелестом газетных страниц и редким звоном ложечки о фарфоровую чашку.